Изумительный Морис и его ученые грызуны - Терри Пратчетт

Крысы!

Они гоняли собак, они «всех кошек одолели, взбирались к детям в колыбели», и…

Но это еще не все. Как сказал Изумительный Морис, это просто история про людей и крыс. А самое сложное в ней – это решить, кто тут люди, а кто – крысы.

А вот Злокозния Грымм уверяла, что это история про истории.

И началась она – отчасти – в почтовом дилижансе, который ехал из-за гор, от далеких равнинных городов.

Эту часть пути возница терпеть не мог. Дорога петляла по лесам и по осыпям вдоль склонов гор. Между деревьев лежали густые тени. Иногда вознице мерещилось, будто за дилижансом, стараясь по возможности остаться незамеченными, крадутся какие-то твари. Его прямо в дрожь бросало.

А в этом путешествии – вот где самая жуть-то! – возница слышал голоса. Точно-точно! Голоса раздавались откуда-то сзади, с крыши дилижанса, а ведь там ничего не было, кроме туго набитых клеенчатых мешков с почтой да жалкого мальчишкиного багажа. Спрятаться там явно негде. Но возница готов был поклясться: он то и дело слышал, как перешептываются писклявые голоса.

На тот момент внутри ехал только один пассажир. Светловолосый парнишка сидел себе один-одинешенек в раскачивающемся дилижансе и читал книгу. Читал он медленно, вслух и водил пальцем по строкам.

– «Уббервальд», – прочел он.

– Не «Уббервальд», а «Убервальд», – возразил тоненький, писклявый, но вполне отчетливый голосок. – Точки над «у» означают, что тянуть звук надо долго: «ууу». Но ты неплохо справляешься.

– Уууууубервальд, да?

– Не стоит злоупотреблять прононсом, малыш, – полусонно откликнулся новый голос. – А знаешь, чем так хорош Убервальд? Тем, что он очень-очень далеко от Сто Лат. И от Псевдополиса тоже. И от любого другого места, где командор Стражи грозится сварить нас заживо, если еще хоть раз увидит. А цивилизацией, между прочим, здесь и не пахнет. Скверные дороги. Повсюду – горы. Особо не попутешествуешь. То есть новости распространяются медленно, понимаешь? И полиции тут, скорее всего, вообще нету. Малыш, мы тут озолотимся!

– Морис? – опасливо спросил парнишка.

– Да, малыш?

– Как думаешь, то, что мы делаем, ну, в общем… ты не думаешь, что это нечестно?

Повисла пауза.

– Что значит «нечестно»? – наконец откликнулся голос.

– Ну… мы же берем с них деньги, Морис. – Дилижанс подпрыгнул, угодив колесом в выбоину.

– Допустим, – произнес невидимый Морис. – А теперь спроси сам себя: с кого мы берем деньги на самом-то деле?

– Ну… обычно это мэр, или члены городского совета, или кто-то в этом роде.

– Верно! А это значит… что? Мы с тобой эту подробность уже проговаривали.

– Эгм…

– Это пра-ви-тель-ствен-ные средства, малыш, – терпеливо объяснил Морис. – А теперь повтори. Пра-ви-тель-ствен-ные средства.

– Пра-ви-тель-ствен-ные средства, – послушно произнес мальчуган.

– Верно! А что правительство делает с деньгами?

– Эгм, оно…

– Оно платит солдатам, – сообщил Морис. – Оно ведет войны. На самом деле мы, вероятно, предотвратили немало военных конфликтов, забрав деньги и помешав использовать их во зло. Да если задуматься, нам памятник надо поставить! Монимент, вот!

– Морис, но некоторые города, как мне показалось, были ужасно бедными, – с сомнением произнес мальчуган.

– Именно в таких местах войны совершенно точно не нужны, так?

– А вот Фасоль Опасно-для-Жизни говорит… – Мальчуган сосредоточился, губы его задвигались, точно он попытался сперва произнести сложное слово про себя. – Это не-э-тичи-но.

– Вот именно, Морис, – вклинился писклявый голосок. – Фасоль Опасно-для-Жизни говорит, нам не следует жить за счет обмана.

– Слушай, Персики, обман – это то, чем занимаются все человеки без разбору, – раздался голос Мориса. – Человеки только и делают, что друг друга обманывают, – а если не справляются сами, то выбирают правительство себе в помощь. А мы даем им качество по разумной цене. Приключается страшное нашествие крыс, люди платят дудочнику, все крысы следуют за мальчонкой вон из города, прыг да скок, конец нашествия, все рады-радехоньки, что никто больше не гадит в муку, благодарное население переизбирает правительство на новый срок, ура, всеобщее ликование. Разумно потраченные деньги, вот как я это называю.

– Да, но нашествие-то ненастоящее, это мы просто вводим всех в заблуждение, – раздался голос Персиков.

– Ну, милая, все эти мелкие органы власти, помимо прочего, выделяют деньги еще и на крысоловов, так? Взять не могу в толк, зачем я вообще с вами связался, вот прямо в толк взять не могу.

– Да, но мы…

Внезапно дилижанс остановился. Снаружи, под дождем, звякнула сбруя. Дилижанс слегка качнулся из стороны в сторону, послышался топот убегающих ног.

Из темноты раздался голос:

– Волшебники внутри есть?

Пассажиры озадаченно переглянулись.

– Нет? – отозвался парнишка, причем его «нет» прозвучало как «А почему вы спрашиваете?».

– А как насчет ведьм? – не отступался голос.

– Не, никаких ведьм нету, – заверил парнишка.

– Так-так. А нет ли внутри тяжеловооруженных троллей, специально нанятых почтовой компанией?

– Очень в этом сомневаюсь, – откликнулся Морис.

Повисла недолгая пауза. Тишину нарушал только дождь.

– О’кей, как насчет вервольфов? – наконец раздался все тот же голос.

– А как они выглядят? – уточнил парнишка.

– Ну, это, выглядят они вполне обычно, пока у них вдруг не отрастут шерсть, и клыки, и гигантские лапы, а тогда эти лохматые, зубастые твари ка-а-ак прыгнут в окно прямо на вас, – объяснил голос. Похоже, вопрошатель двигался строго по списку.

– Мы тут все лохматые и зубастые, – отозвался парнишка. – Это считается?

– То есть вы все-таки вервольфы?

– Нет.