Утерянная принцесса - Валентина Гордова

Послушай мой совет в формате мр3:

Не жди, пока состаришься, скорей умри,

Жаль, что твои родители не чайлдфри,

Гори в аду, в аду гори.

— Варвара! — вопль вышел столь знатный, что я попросту заткнулась, а лес вокруг нас, кажется, попятился.

Затряслись ветки и кусты, захлопали крыльями потревоженные птицы, что-то зашуршало, зашелестело, зашевелилось.

— Кажется, так кто-то есть, — флегматично заметила я, указывая пальцем в наиболее трясущиеся кусты.

Просто они вдруг все трястись начали, а вот те сильнее всего. И мальчики-спальчики напряженно замерли, глядя кто куда, и сразу напряжение в воздухе заискрилось.

— Варя, на землю, — приказал Ник, не оборачиваясь ко мне и пристально глядя на те самые кусты, куда я указывала.

— Да пожалуйста, — спокойно согласилась, присаживаясь на зеленую травку.

Но сражения не было, хотя как раз всё на это и указывало.

Было куда круче и страшнее!

Вначале прямо перед вооружившимся мечом Ником вспыхнул ослепительно яркий свет. Яркий, резкий, насыщенно золотой! Затем на дорогу решительно, зло и вместе с тем величественно выступило нечто… Он был высок, в черных штанах и длинном черном камзоле, расшитом изумрудными нитями по краю рукавов и воротника. Высокий, выше Никиты, с крепким накаченным телосложением, но не как современные бодибилдеры, у которых кроме мышц ничего и не было. Нет… У этого мужчины фигура была красивой, с широкими плечами, а черная плотная ткань камзола выгодно обтягивала.

А ещё у него были черные длинные волосы, ровным, волосок к волоску, водопадом спадая по спине и плечам. И лицо… С правильными чертами, ровным носом, высокими скулами, внимательными проницательными глазами глубокого оливково-зелёного цвета, безразлично скользнувшими по Никите, застывшему перед мужчиной.

А ещё от него исходила сильная энергетика. Да что там сильная, кажется, с его появлением запульсировал сам воздух! Если я считала, что до этого все были напряжены, то я жестоко ошибалась. Напряжение пришло сейчас! И действовало оно сногсшибательно! И тишина повисла убийственная, но я даже предположить не могла, насколько буквальной будет эта мысль.

Краткий миг бездействия, в который Ник удостоился нечитаемого взгляда, затем опасно-плавный, хищный разворот в сторону леса, плавно поднятые вперёд руки… Воздух сгустился вокруг, все замерли, напряженно ожидая…чего-то, а мужчина…

Резкий выдох и с его рук сорвалось пламя! Ревущее, бушующее, пожирающее золотое пламя! Оно выросло стеной! И эта стена мгновенно устремилась в лес полукругом, не тронув наш отряд, находящийся за спиной мага…

А лес горел! Да что там, от леса ничего не оставалось! Ничего! Только черная обожженная земля, лишившаяся жизни за какие-то секунды!

Где-то там закричали! Кто-то бросился бежать, но… не успели.

Какие-то жалкие десять секунд, наполненные криками ужаса убегающих из леса людей, напряженным оцепенением отряда и моей паникой, и мы уже находились в центре огромного выжженного черного круга!

Тишина. Мертвая.

Воины боятся даже пошевелиться, мне просто хочется провалиться куда-нибудь туда. Думаю, сейчас самое время потерять сознание.

И я в своей мысли утвердилась, едва грозный мужчина, от которого за километр несло могуществом и силой, совершил столь же плавный опасный поворот и посмотрел на меня.

Когда глаза тёмного-тёмного оттенка зелёного остановились ровно на моих широко распахнутых от страха глазах, я поняла, что очень хочу жить. Очень! Потому что он только что за секунды спалил целый лес и находящихся в нём людей! Сжег золотым пламенем! Совершенно не напрягаясь! И только где-то на самом краю понимания скользнула мысль, что это была ещё одна засада. То есть, готовилось нападение и…

— Варь, не бледней, — шепнул Ник, но его шепот в повисшей тишине прозвучал очень громко, вынуждая рефлекторно дернуться.

Какое тут не бледней… Кажется, под этим пристальным изучающим взглядом я могла совершенно спокойно прямо сейчас скончаться от дикого ужаса.

— Варэа, — произнес едва слышно объект моей паники и желания убежать.

Только вот бежать некуда было, лес-то того… сгорел.

— Варя, — исправила неосознанно побелевшими губами.

И замерла. Просто застыла, с ужасом раздумывая над тем, что со мной сейчас делать будут.

Меня не убили. Более того, серьезное лицо сурового и явно опасного мужчины осветилось несмелой улыбкой. Реально несмелой, будто он очень боялся улыбаться, но не мог не улыбнуться.

Я невольно вздрогнула и поняла страшное: я его знаю! Чёрт возьми, я знаю эту улыбку! Я видела её, точно, видела! Но где…как? Не помню… Нахмурившись, во все глаза следила за его выражением лица. Смутно, очень смутно знакомое и совершенно чужое, известное мне и увиденное впервые в жизни. Как такое возможно?

— Лорд Эргас, — обратился Ник, не спеша подходить к мужчине, — она не помнит вас…

Очень сомневаюсь в этом. Точнее, да, не помню ничего, и в тот же самый миг где-то в голове отчаянно стучит радостно-возбужденная мысль, что я помню! Я задышала часто, отчаянно пытаясь ухватиться за эту призрачную мысль, а мужчина улыбнулся шире.

— Помнит, — произнес он негромким, слегка рокочущим голосом.

И я была вынуждена с ним согласиться.

Неловко поднявшись на ноги, я с искренним интересом принялась рассматривать мужское лицо. Красивое, по меркам…м-м, моего мира. Или не моего? Ну, того, в котором я была всю свою жизнь.

Но не об этом я!

— Не помню, — отчаянно прошептала, хмурясь от бессильных попыток возродить в сознании затуманенный образ.

Тонкие губы сурового мужчины изогнулись в доброй улыбке.

— Я помогу, — предупредил он, протянул ко мне руку и начал медленно приближаться, не сводя с меня пристального взгляда, как с диковинного опасного зверя, способного вот-вот броситься прочь.

Я покорно стояла, чуть дрожа, ожидая его приближения. Страшновато было, особенно после проредения красивых деревушек и сокращения численности населения, но в тот же самый миг я отчетливо понимала, что могу ему верить. Ощущение пришло из глубины сознания и было сильным и столь убедительным, что я не посмела в нем сомневаться.

И не прогадала, едва длинные пальцы правой руки, на среднем из которых красовался массивный перстень с каким-то символом, коснулись моей груди аккурат там, где под черной майкой скрывался кулон.

Стало жарко и в тот же момент меня захлестнуло волной! Огромной горячей волной из сплошных воспоминаний, уносящих на дно!

— Тихо-тихо, — обессилевшее тело лорд ловко подхватил на руки, прижимая к своей теплой груди с гулко бьющимся сердцем.

Так странно и одновременно с тем правильно было ощутить окружающий его ореол уверенности, надежности, странной нежности и, кажется, любви? Я могу ошибаться. Более того, я почти наверняка ошибаюсь.