Ворожея. Выход в высший свет - Елена Помазуева

Мэтр Броссар всю дорогу упорно молчал и на вопросы отвечал односложно. Вообще складывалось впечатление, что чем ближе мы подходили к дворцу, тем больше у него пропадало желание разговаривать со мной. В конце концов сдалась, прекратив расспросы, и отдалась восхищению, охватившему меня.

Главная резиденция королей поражала своими размерами. Здание строилось великим метром Градауде, архитектурный гений которого оставил много памятников в королевстве. Но дворец оставался его самым великолепным творением. Была продумана не только планировка, но и каждая декоративная деталь. Парк вокруг разбит строго по плану. И даже зимой поражал своей красотой. Статуи из белого мрамора не казались одинокими или заброшенными на снежных аллеях, их освещали разноцветные огни. Ледяные фигуры радовали взгляд, а на деревьях весело щебетали зимующие птицы. Яркое солнце, искрясь, отражалось от снега, создавая праздничное настроение. Как-то даже не верилось, что во дворце случилась беда. Однако на главном шпиле развивался траурный стяг, а черные повязки на рукавах у слуг говорили о произошедшей здесь трагедии.

– Мэтр Броссар, метресса Алузье, – представил нас слуга, распахивая двери кабинета.

Наставник вошел первым, а я робко последовала за ним.

– Входи, Эмири! – раздался молодой мужской голос. – Как же я рад, что ты выбрался из той дыры, куда отправился в добровольную ссылку!

– Ваше высочество, – поклонился мэтр Броссар, а я поторопилась сделать реверанс.

– Эмири, прекрати. Мы с тобой слишком хорошо друг друга знаем, – с этими словами наследник престола подошел к наставнику и обнял за плечи. – Мне необходима твоя поддержка.

– Именно поэтому я поторопился в столицу, ваше высочество, – ответил Броссар.

– Эмири, я желаю, чтобы ты называл меня так же, как и раньше. По имени, – с деланной строгостью приказал принц. – А это что за очаровательное создание?

– Моя практикантка. Метресса Клер Алузье, – развернувшись в мою сторону, представил наставник.

– Ваше высочество, для меня такая честь быть представленной вам, – залепетала я, снова приседая в реверансе.

– Ты и наставник? – искренне удивился принц. – Это что-то новенькое.

– Это был план дяди, старавшегося вернуть меня из Камарга, – весело хмыкнул Броссар.

– Что ж, как мы видим, план мэтра Вальяна вполне удался, – сказал довольный наследник.

Дядя. Мэтр Вальян. Богиня! Так значит, директор – брат матери моего наставника! А я-то напридумывала себе!

– Я здесь из-за смерти короля Эдуарда, – оборвал веселье наставник. – Что произошло?

– Сегодня глашатаи разъехались по всем городам с сообщением, – жестом пригласил присесть нас за стол принц.

– Что произошло с королем? До сих пор не могу поверить в его смерть, – вновь вернулся к своим расспросам наставник.

– Никто не может. Ты же знал его. Казалось, скорее мир рухнет перед ним на колени, чем король покинет его, – откинувшись на спинку кресла, принц положил ладонь на стол и принялся барабанить пальцами. – Но, как видишь, и он оказался смертным.

– Как он умер? – Броссар не сводил внимательного взгляда.

– Убийство, – коротко бросил принц.

– Яд?

– Его убили кинжалом, прямым ударом в сердце, – последовал сухой ответ.

– Убийцу нашли? – наставник поддался вперед.

– Камердинер видел мужскую фигуру, выходящую из кабинета, но короля убили в его спальне, – принц резко перестал стучать пальцами.

– Король был один? – жестким тоном задал вопрос Броссар.

– Нет. Но имя женщины не известно. Камердинер говорит, что она пришла потайным ходом, и он ее не видел.

– Кто в последнее время была его любовницей? – прямо задал вопрос наставник.

После этих слов почувствовала, как мои щеки медленно, но верно начали краснеть. Понимаю, убийство короля это серьезно, детали важны, но моя скромность не позволяла спокойно относиться к обсуждаемой теме. Принц и наставник прямым текстом, не жалея моих ушей, обсуждают любовницу короля! Как-то иначе представляла себе встречу с наследником престола.

– В последнее время король не отличался постоянством, – ответил принц на поставленный вопрос.

Богиня! И это наш государь! Пусть его жизненный путь продолжится в царстве небесном. Но как же можно быть таким распутным?

– И все же мэтр Бертлен должен был знать обо всех любовницах.

Броссар спрашивал, игнорируя мое присутствие. Мог бы тогда не брать с собой. Зачем благовоспитанной метрессе выслушивать подробности личной жизни короля?

– Он передал список, – согласился с ним принц.

Богиня, это ужасно! Неужели они теперь станут обсуждать каждую из метресс?

– Это все? – бегло просмотрев лист, спросил наставник.

– Король мог воспользоваться магией и скрыть любовницу, – отозвался принц Роберт, – но он не привык заботиться о чужой репутации. Так что, думаю, это полный список подозреваемых.

– Вы имеете в виду кого-то из этих метресс? – от неожиданности такого предположения осмелела и задала вопрос вслух. – Кинжал какого размера? Его сможет удержать женская рука? И сила удара…

– Клер! – прикрикнул на меня наставник, и я испуганно замолчала.

– Простите, – потупившись, прошептала.

– Практикантка? Эмири, а метресса Алузье правильные вопросы задает, – хмыкнул принц. – Бертлен провел тщательный осмотр тела. Его вывод однозначен – удар нанесли прямо и глубоко. Метресса могла убить короля, если бы воспользовалась магией для усиления, но ее следов не обнаружили. Значит, это мог быть только мужчина.

– Правой рукой? – пискнула я, понимая, что вновь получу замечание.

– Убийца правша, – подтвердил Роберт.

– Троллий потрох! Это не дает нам ни-че-го! – последнее слово Броссар произнес по слогам. – Сколько во дворце мужчин, владеющих кинжалом, и без магии? Три сотни, четыре?

– Камердинер видел мужской силуэт, но опознать убийцу не сможет, – закончил подводить итоги наследник.

– Тогда почему вы составляли список… эээ… метресс? – замялась я, не в силах произнести слово «любовница».

– Ревнивый муж, – сухо ответил Броссар.

– А эти метрессы все замужем? – любопытство во мне победило стеснительность.

– Нет. Но мы не можем игнорировать предположение о родственниках, – ответил принц Роберт.

Я пригорюнилась. Список выглядел внушительным. Даже издалека виднелись имена и фамилии, написанные убористым почерком. Не меньше двух десятков. Богиня, вот о чем я думаю! У короля было столько любовниц, а я рассуждаю об этом с таким хладнокровием. Что-то неправильное творится в нашем королевстве!