Предсказанная судьба - Ксения Власова

— Не смогла, — глубокомысленно согласилась я. — И пусть от дара я не в восторге, но… Что?

Джейсон вдруг фыркнул, а затем и вовсе негромко рассмеялся. Под рубашкой перекатились мышцы, а в вороте блеснула цепочка. Я невольно потянулась к тяжелому амулету — концентратору — лежащему на столе.

— Просто это прозвучало так, будто ты не в восторге от себя.

Я замерла, ненадолго растерявшись, а Джейсон продолжил:

— Тем более что дар — это отражение нашей души.

— Так говорят дикари, верно? — вспомнила я. Кажется, об этом упоминалось в одной из книг по истории и географии. — Вы и правда в это верите?

Улыбка, как и неожиданное веселье, вдруг слетело с Джейсона. Он не стал замкнутым, но будто бы мгновенно посерьезнел. В глазах мелькнул блеск застарелой боли.

— Так считала мама, — тихо, с едва уловимой грустью сказал он и, тряхнув головой, резко перевел тему: — Начнем?

— Ну наконец-то! — встрял Бред, все это время старательно изображающий деталь интерьера. — К делу, делу!

Мне безумно хотелось расспросить Джейсона о матери и о жизни в общине, но я понимала, что вряд ли это будет уместно. Я сбросила с плеч шерстяную накидку, но осталась в платье. Переодеваться в ночную сорочку в мои планы не входило. Джейсон чуть задержал на мне взгляд, но затем, словно заставив себя, перевел его на стену напротив. Я забралась с ногами на кровать и пояснила:

— Мне будет сложно уснуть, я слишком сильно нервничаю, поэтому сначала придется погрузиться в медитацию, а затем при необходимости выпить сонное зелье. Но лучше бы без него, иначе есть риск, что я не смогу вовремя проснуться.

Джейсон кивнул.

— Понял.

Я на всякий случай решила еще раз все проговорить, поэтому продолжила:

— Чаще всего я просыпаюсь резко, с криком, так что не пугайся. Иногда мне сложно сразу отличить реальность от видения, но момент дезориентации быстро проходит.

Джейсон снова кивнул. В его взгляде мне почудилось… сочувствие?

— Что требуется от меня?

— Я не стану рассказывать видение, но, как смогу, покажу. Надеюсь, ты поймешь, ведь речь идет…

Я торопливо прикусила язык.

— О шпагах, я помню.

С губ сорвался вздох облегчения. Все-таки Джейсон на редкость понятливый парень.

— Верно.

Чувствуя себя крайне неловко, я уселась в позу лотоса и, положив запястья на колени, прикрыла глаза. Разум никак не хотел отключаться, подкидывая то одни образы, то другие. Перед мысленным взором все время вставал Джейсон, сидящий в кресле у камина. Краем уха я улавливала шорох крыльев Бреда, устроившегося на подоконнике.

Огромным усилием воли мне удалось сконцентрироваться и все-таки помедитировать. Дыхание выровнялось, пульс стал спокойнее, а на душе полегчало.

С подобием умиротворения я повесила на шею концентратор. Он приятной тяжестью лег на грудь и соприкоснулся холодным металлом с обнаженной кожей. Я нырнула в постель, чувствуя, как голова затуманивается сонной дымкой. Кажется, получится обойтись и без зелья!

Бред подлетел к люстре и по очереди погасил все свечи. Комната погрузилась в приятный полумрак, разбавляемый лишь огнем в камине.

— Спокойной ночи, — сказала я.

— Вряд ли она будет спокойной, — со вздохом пробормотал Джейсон.

Я не могла разобрать выражение его лица, поскольку сам он сейчас казался мне одной большой тенью, но в его словах промелькнула какая-то странная обреченность. Я не успела об этом как следует подумать. Буквально через пару минут меня сморил сон.