Норвуд - Максим Майнер

Интересно! Немного возвращаюсь назад – порождение тьмы вновь начинает шевелиться, отхожу – замирает. Нетрудно было догадаться – его активность как-то связана со мной, потому что на господина Глена покойник вообще никак не реагировал. Ну а так как ничего необычного во мне самом быть не могло, значит, дело в Клинке, который я стащил с пояса бургомистра.

Вспомнилось, что Клинок появился у него совсем недавно – несколько недель назад. Но при жизни управитель к нему такой тяги явно не испытывал, хотя и ценил, что не удивительно – вещь-то дорогая.

– Господин Глен, – я прошёлся вдоль оградки, чтобы быть поближе к интерфектору. – Я, кажется, кое-что выяснил!

Мужчина безучастно наблюдал за схваткой упыря и оставшихся мертвяков, которая тоже была уже не так яростна, как вначале. Силы вампира, похоже, были на исходе, а покойники, которые вряд ли уставали, просто получили слишком много повреждений. Да и осталось их только двое.

Лучше всего было мастеру Фонтену, ведь он так и не пришёл в себя и лежал там же – на земле у разбитого окна.

«Столько всего случилось, – меня закружили неуместные мысли, – и кажется, что прошло много времени. Но на самом-то деле мало. А кажется, что много. Удивительно».

А ещё, глядя на связанного пленника, мне почему-то вспомнился случай, когда сапожник Сано Бентал, живший на соседней улице, выпал со второго этажа прямо на камни мостовой. Бедняга помер не сразу и долго мучился, потому как не мог пошевелить ни рукой, ни ногой, ни головой. Лекарь тогда сказал, что это из-за перелома хребта и вылечить такое невозможно…

– Господин Глен, – трясу головой и тру лоб, пытаясь сосредоточиться, – он оживает при приближении Клинка!

– И что? – кажется, у интерфектора опустились руки, и никакой заинтересованности в голосе слышно не было.

– А то, что у меня есть идея! – я, наконец, смог собраться с мыслями. – Пока он недвижим, нужно перебить ему хребет!

К чести господина Глена, уныние быстро оставило его. Он глянул на оружие в моих руках, забрал стилет и бросился к бургомистру, который так и валялся, распластанный на траве. Но что он стал делать, я уже не видел, потому как именно в этот момент в себя пришёл мастер Фонтен.

Вместо того, чтобы потихоньку откатиться или отползти в сторону, он согнул ноги и, распрямившись, словно часовая пружина, впечатал их в бок упыря.

Нельзя сказать, что это нанесло порождению тьмы какой-то серьёзный вред. Вампир только отвлёкся на мгновенье, но именно этим и воспользовались мертвяки, разом повиснув на обеих его руках.

А я вдруг понял, что это мой шанс. Кровь забурлила, и сейчас через ограду удалось перемахнуть без каких-то проблем. Выдохнув, я рванул к упырю, старясь не запнуться о разорванные на части тела…

Крепко зажав рукоять, безо всяких раздумий бью вампира в спину, но неудачно – как раз в этот миг он немного развернулся, и клинок только скользнул по рёбрам, распоров ткань камзола. В груди ёкнуло, будто сердце пропустило удар – я испугался, что упырь теперь займётся мной.

Но зря – тёмной твари тоже был ведом страх, ведь господин Глен закончил, наконец, с бургомистром и присоединился к схватке. И пусть от его Клинка остался один обломок, заметить это в темноте было довольно трудно. Кроме того, на перчатках интерфектора сохранилось какое-то количество шипов из чёрного серебра.

Похоже, упырь понял, что глупостью загнал себя в западню и единственный путь к спасению – бегство. Он зарычал, словно настоящий зверь, стряхнул с рук мертвяков и бросился мимо меня прочь – в темноту.

Не знаю, как удалось среагировать, но напоследок я всё-таки успел ткнуть упыря в бедро, что хоть и не замедлило его, но зато, судя по вскрику, причинило боль.

С оставшимися на ногах покойниками интерфектор разобрался достаточно быстро – без поддержки неуязвимого бургомистра, они теперь не представляли большой угрозы. Да и упырь обработал их на совесть.

Мастер Фонтен сидел на земле, оперевшись на стену особняка, а я решил поглядеть, что же господин Глен сделал с управителем. Оказалось, просто вбил стилет по рукоять в спину, повредив хребет мертвяка и тем самым обездвижив его. Неизвестно что будет, если вытащить оружие, возможно бургомистр снова «оживёт», потому как пальцы его всё ещё слегка подрагивали. Но выяснять это, конечно же, не стоит.

– Ничего не понимаю, – произнёс интерфектор, осматривая останки порождений тьмы, – и никогда таких тварей не видел! Даже эти, – мужчина указал на тех, с кем сражался упырь, – отличаются от обычных мертвяков силой и живучестью, а уж бургомистр…

Господин Глен замолчал, будучи не в состоянии описать своё потрясении от встречи с нечистью, неуязвимой для чёрного серебра.

– Надо его сжечь, – предлагаю я и сразу же добавляю, осенённый новой идеей: – А может, стоит попробовать разломать Клинок, раз уж он так к нему привязан?

– Не будем торопиться, – хмуро ответил интерфектор, – стоит внимательно всё изучить, но сделать это можно будет только утром… А запалить костёр мы всегда успеем, Норвуд.

– Уверен? – прохрипел мастер Фонтен. – Мне почему-то кажется, что эта ночь ещё не закончилась…

Я хотел было спросить, что он имеет в виду, но осмотревшись по сторонам, понял и сам. Город не спал, как ему было положено в это позднее время. Отовсюду доносились вскрики, короткие и обрывающиеся в самый неожиданный момент. Далёкий звон разбитых стёкол отражался от каменных мостовых и прокатывался по кривым улочкам. Слышался топот невидимых из-за темноты людей, а вдалеке, на окраине, где было много деревянных домов, начинало подниматься оранжевое зарево.

– Пожар, – казалось, интерфектор спокоен, но впечатление было обманчивым. Через мгновение мужчина проревел: – Да что, тьма раздери, происходит в этом…

Закончить он не успел, потому как послышалось тревожное ржание лошади, и господин Глен, оборвав крик, бросился выручать свою верную спутницу. Я хотел отправиться следом, но ноги подкосились сами собой, вынудив опуститься на землю. Совсем рядом валялись куски плоти, которую упырь во время схватки с мертвяками, отрывал голыми руками, но мне было наплевать. За последние дни я, кажется, совсем очерствел.

– Развяжи меня, Норри, – тихонько попросил пленник. – Ты же видишь, какие дела творятся…

– Всё наверняка из-за вашей внучки, – я припомнил слова, сказанные девушкой, о каком-то зрелище, которым мне удастся насладиться из первых рядов. – Готов поспорить на что угодно!

– Не нужно спорить, – мастер Фонтен не собирался оправдываться, – ты, разумеется, прав. Но я ничего не знаю об этом, мне было поручено только оказывать содействие…

– Кем? – заинтересовался я. – Кем поручено?

– Да неважно, Норри! – из темноты снова послышалось ржание, а затем глухие удары, сменившиеся цоканьем копыт – похоже, интерфектор возвращался, и мастер Фонтен торопливо зашептал: – Сейчас я с вами в одной лодке! Ты же видишь, меня тоже хотят убить… Поэтому развяжи меня, а если нет, тогда прикончи – не хочу становиться кормом для какого-нибудь мертвяка или упыря!