Принцесса на одну ночь - Ольга Иконникова

На следующий день бабушка намеревалась отправиться с визитами к тем друзьям и знакомым, которые еще помнили о ее существовании. И первой, кого мы посетили в столице, была лучшая подруга ее юности маркиза де Пуарье.

— Ах, как я счастлива видеть твою внучку, Соланж! — старая дама не сводила с Анабель восторженного взгляда.

Вообще-то она видела сразу двух внучек своей подруги, но на меня она почти не обратила внимания. Она сразу поняла, кто из нас двоих был приглашен на королевский бал, и всё своё восхищение излила на мою сестру.

— Надеюсь, ты понимаешь, дорогая, насколько это важно и почетно — быть представленной ко двору именно на таком балу? Когда-то я и сама была удостоена подобной чести.

— Вот как? — проявила живой интерес Анабель.

— Именно так! — томно вздохнув, подтвердила хозяйка. — Я была в числе тех немногих девушек, которых прочили в невесты Анри Десятому — отцу нашего нынешнего короля. Он тогда как раз выбирал себе уже вторую жену. — Она чуть понизила голос. — Должно быть, вы помните, что случилось с первой? Мне передавали, что его величество обратил на меня особое внимание. Я была тогда дивно хороша.

Сейчас было трудно поверить, что когда-то она была молода и красива.

— И что же случилось потом? — поторопила Ана ее рассказ.

Маркиза горестно вздохнула:

— Мои соперницы не дремали. Я была слишком наивна, чтобы отвести удар. Кто-то перед самым моим танцем с его величеством посыпал мой веер красным перцем. А у меня всегда была на него страшная аллергия. И всё время, что мы с королем кружились по залу, я непрерывно чихала. Его величество прервал танец и проводил меня на балкон, чтобы я могла вдохнуть свежего воздуха. Он был очень вежлив, галантен, но, разумеется, после такого конфуза о предложении руки и сердца не могло быть и речи.

Я заметила, как заблестели ее глаза. Неужели она до сих пор расстраивалась из-за того давнего случая?

Уже по дороге домой бабушка подтвердила, что это именно так.

— Да, Дениз так и не вышла замуж. Все другие мужчины, кроме его величества, казались ей недостаточно привлекательными. Она рассказывала мне, что ей часто снится один и тот же сон — что она снова танцует с королем, а потом он ведет ее под венец. Она всегда мечтала стать королевой.

— Ну, — хмыкнула я, — после того, как его величество женился на другой, она должна была расстаться с этой мыслью. Глупо всю жизнь посвящать человеку, который отказался от тебя из-за чьей-то дерзкой шутки.

— Ты ничего не понимаешь, Марго! — воскликнула Ана. — На месте маркизы я повела бы себя точно так же. Как можно думать о ком-то другом, когда ты была рядом с его величеством, танцевала с ним, видела его внимание к себе?

Я покрутила пальцем у виска, и бабушка тут же взглядом осудила меня за этот жест.

— Дениз еще в юности мечтала только о принце. Когда ей было пятнадцать лет, странствующий маг предсказал ей, что она выйдет замуж за особу королевской крови, и это предсказание разрушило ее жизнь. Она была уверена, что оно сбудется. Так могла ли она выйти замуж за кого-то другого и отказаться от возможности стать принцессой или королевой?

Мне казалось это немыслимым.

— Но когда молодость прошла, а красота увяла, она должна была оставить эту надежду и попытаться стать счастливой с кем-то, в ком не текла королевская кровь.

— Да, наверно, — согласилась бабушка. — Но Дениз сделать этого так и не смогла.

А Ану в этой истории больше всего поразило другое:

— Но ведь это ужасно — что даже в королевском дворце нельзя чувствовать себя в безопасности. Кто-то не побоялся гнева его величества и навредил одной из девушек на балу. А может быть, и не одной.

— Да, Анабель, — подтвердила бабушка, — ты должна быть осторожной. Найдется немало желающих вывести тебя из игры. Во дворце не следует ни есть, ни пить. Не так трудно подсыпать в бокал какую-нибудь гадость.

— Ох, нет! — простонала сестра.

Мне кажется, она только сейчас начала понимать, во что собирается ввязаться.

— Но разве можно отравить кого-то в резиденции короля и рассчитывать остаться безнаказанным?

Бабушка усмехнулась:

— В вино могут добавить отнюдь не яд, а какое-нибудь легкое средство, способное вызвать расстройство желудка. И вот уже девица думает не о танце с принцем, а о том, как бы добраться до отхожего места.

Даже в полумраке кареты я видела, как покраснела Ана. Нечего сказать, милое место эта столица!‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍