Отбор для невидимки - Дарья Вознесенская

Вообще мэсси Аньер производила впечатление разумной и довольно добродушной особы, к тому же весьма словоохотливой. Когда она увидела, что я записываю все очень быстро и не задаю глупых вопросов, а порой вношу дельные предложения касательно хранения продуктов — погребные лари здесь обладали «замерзающими кристаллами», но все остальное и в плане посуды, и в плане продуктов вполне соответствовало знакомому мне по урокам истории и историческим реконструкциям средневековью — то немного оттаяла. А после и вовсе принялась сыпать историями о незнакомых людях и событиях — их было так много, что я вскоре совсем перестала понимать, о чем идет речь.

Но вот о чем-либо действительно важном и серьезном поговорить с ней не удалось.

Стоило нам приблизиться хоть на мгновение к теме вэй-гана, проклятья, отсутствия достаточного количества слуг или запустения замка, как она тут же замолкала или переводила разговор на нейтральную тему.

Я быстро, используя стенографию — земную, правда, но вряд ли кто полезет в мои записи — записывала все необходимое, рассчитывая потом воспользоваться домовыми книгами, которые здесь должны были быть. Узнавала все подробности о том, у кого и что покупают, помечала себе, какие сведения о расходах необходимо раздобыть — наверное, у управляющего — и громко восхищалась запертыми на несколько замков кладовыми с дорогущей посудой, скатертями и прочими атрибутами для балов и приемов. Судя по затхлому воздуху и слоям пыли не было уже давно.

А сама тем временем косилась на споро работающих помощниц, похожие имена которых я, наконец, запомнила. Кора и Карина и сами были похоже — и оказались сестрами. Они вполне справлялись со всеми работами, тем более, что сейчас в замке готовили только для слуг.

Далее мы все вместе перебрались в прачечные и помещения для хранения различного инвентаря, а потом и на небольшой задний двор, который еще не видела. Там обнаружилось несколько хозяйственных построек, в том числе пыштовые — это название взамен конюшни изрядно меня веселило — и дровянницу.

И я с удивлением осознала, что день перевалил за половину.

Попросила подать обед — похоже, если ко мне не будет присоединяться мэрр Корни, есть мне придется всегда одной, ведь домоправительнице не полагалось сидеть за одним столом со слугами — а после вернулась в свою комнату, чтобы привести в порядок записи.

Глухой стук застал меня сидящей за секретером.

Я повернулась и встала с улыбкой:

— Ярон. Вы не забыли про меня…

— Голы ни про что не забывают, — пробурчал человечек. — Вы… готовы?

— Конечно, — я подошла к небольшой дверке и примерилась. — Мне лезть… туда?

На меня посмотрели с откровенным изумлением.

— Вы не брезгуете?

— С детства любила таинственные ходы, — отшутилась. — Я только не уверена, что помещусь…

— Поместитесь, — снова проворчал Ярон. — Дом подстроится.

Ох, рискую же я. И своими необычными просьбами, и вот таким безрассудным доверием… Я ведь ни словом не обмолвилась управляющему, что уже познакомилась с маленькими помощниками и собираюсь с ними… подружиться и прогуляться.

Но что-то мне подсказывало, что именно голы, а не люди могут стать моими союзниками в этом странном месте. Меня не очень радовал забитый вид слуг. Пожалуй только мэрр Корни и мэсси Аньер, которая обмолвилась, что работала здесь еще при старых хозяевах, чувствовали себя вполне… вольготно. Ну может еще угрюмый кучер, ни разу не заговоривший со мной. Все остальные будто чего-то боялись.

Или кого-то…

А вот голы явно находились на своем месте и, судя по комментариям Ярона, и по тому как ловко и деловито он шел по каменному лабиринту — совсем не темному и не вонючему, как я боялась — замок они любили.

У меня вообще сложилось впечатление, что они были частью этого замка.

Его стены, в том числе и внутренние перекрытия, казались… живыми. Ходы и правда подстраивались под мой рост — и я старалась не вскрикивать от удивления при чуть размытом движении — а двери маскировались то под картины, то под панели, а то и вовсе выступали из каменных скульптур. Все это напоминало мне дворец из книжки про красавицу и чудовище…

Вот только красавицей я не была, а про чудовище никто не желал разговаривать.

Ярон показал мне «основные пути в чреве, построенные самими людьми» — их я постаралась запомнить, поскольку они соединяли все этажи с основными залами, холлом, и небольшой дверью в конце правого крыла на первом этаже, выходящей в заросший кустарниками кусок сада.

Показал и несколько ходов, которыми «пользуются только голы, мы не любим людские коридоры».

С неохотой, но ткнул мне в круглую и довольно массивную дверь, за которыми «начинается наш мир — и вам туда нельзя». Рассказал несколько забавных историй про совсем уж неожиданные выходы из зеркал в гардеробные и ванные комнаты гостевых. «Это дед хозяина попросил сделать, тот еще шутник — обожал пугать молоденьких вэй». А потом с трепетом провел в заднюю часть библиотеки.

Вчера я видела ее лишь мельком, заглянув в открытую мэрром управляющим дверь, и запомнила лишь, что она настолько масштабна, что её концы тонут во мраке. А сейчас поразилась не только размерам, но и идеальной чистоте.

— Такое количество книг… Они должны быть покрыты пылью, разве не так?

— Голы любят книги больше некоторых живущих, — гаркнул возмущенно Ярон, — Мы такого бы не допустили…

Я принялась извиняться за то, что позволила себе усомниться в их добросовестности, и мои извинения были приняты благосклонным кивком.

А вот мимо поворота в левое крыло на втором этаже меня, практически, протащили за руку.

— Даже мы стараемся туда не соваться, — с затаенной грустью заявил гол, и я не стала расспрашивать дальше. Мне и так показалось, что всё то, что я увидела, пусть и не представляло великую тайну, но показывали далеко не каждому.

Может уже тогда стоило узнать о причинах подобного отношения, но я была настолько ошеломлена всем происходящим и настолько беспокоилась, что и так уже наговорила и наделала лишнего, что не стала рисковать и задавать вопросы еще и об этом.

Спустя некоторое время мы с Яроном распрощались в холле. Он явно намеревался сказать что-то еще, но тут раздались чьи-то шаги, и гол исчез. А служанка, вышедшая из-за угла, ощутимо дернулась при виде меня, и как-то суетливо поправила крышку на корзине, будто не хотела, чтобы я увидела ее содержимое.

Ворует?

Или тут что-то другое?

Пожалуй, в первый же день не стоит напирать на свой авторитет и совать нос во все дела подряд — я и так оказалась переполнена информацией. В моей ситуации поспешные выводы могут, скорее, обернуться неприятностями.

Узнав у горничной, которую звали Тина, что мэрр управляющий вернется только завтра ближе к обеду, я попросила передать мэсси Аньер, что ужинать не буду — лягу спать пораньше, а сама отправилась к выходу из замка. За окном был ранний вечер и довольно теплый, насколько я могла судить по ветерку из открытых окон, потому выбраться ненадолго на улицу показалось мне хорошей идеей.