Стальные пещеры - Айзек Азимов

– Никогда больше не настаивать на соблюдении закона? Если я не должен делать этого, то в чем же тогда моя задача?

– Никогда больше не угрожайте человеку бластером.

– Элайдж, я бы не выстрелил ни при каких обстоятельствах, и вы это прекрасно знаете. Я не способен причинить вред человеческому существу. Однако, как видите, мне не пришлось стрелять. И я был уверен, что не придется.

– Вам просто здорово повезло, что не пришлось стрелять. Не испытывайте больше судьбу, Я бы тоже мог отколоть такой номер.

– Отколоть номер? Что это значит?

– Неважно. Главное, поймите суть того, что я вам говорю. Я и сам мог бы угрожать толпе бластером. Он у меня всегда под рукой. Но я не имею права играть в эти игры, так же как и вы. Безопаснее было бы вызвать на место происшествия дежурные полицейские машины, чем геройствовать в одиночку.

Р. Дэниел обдумал сказанное и покачал головой:

– Мне кажется, вы ошибаетесь, коллега Элайдж. Данная мне инструкция, касающаяся характеристики человеческих качеств землян, включает информацию о том, что, в отличие от людей Внешних Миров, землян с детства приучают подчиняться власти. Очевидно, это результат вашего образа жизни. Одного человека, твердо представляющего власть, было совершенно достаточно, что я и доказал. А ваше требование вызвать полицейскую машину на самом деле было лишь выражением почти инстинктивного желания, чтобы власти более высокого уровня сняли ответственность с ваших плеч. Должен признаться, в нашем мире моему поступку не было бы оправдания.

Вытянутое лицо Бейли покраснело от гнева.

– Если бы они догадались, что вы – робот…

– Я был уверен, что не догадаются.

– Как бы там ни было, помните, что вы – робот. Не больше чем робот. Просто робот, подобный тем продавцам в обувном магазине.

– Но это ведь очевидно.

– И в вас нет ничего человеческого.

Бейли никак не мог справиться со своей злостью. Казалось, Р. Дэниел задумался над последними словами Бейли.

– Возможно, разделение на людей и роботов не столь существенно. Важнее, обладает объект разумом или нет.

Бейли взглянул на часы, с трудом различив циферблат. Он опаздывал уже на час с четвертью. При мысли о том, что Р. Дэниел выиграл первый раунд, в то время как сам он оказался беспомощным статистом, у него пересохло в горле.

Он подумал о Винсе Барретте, юноше, которого заменил Р. Сэмми. И о себе, Элайдже Бейли, которого мог заменить Р. Дэниел. Его отца, по крайней мере, вышвырнули с работы из-за аварии, причинившей большой ущерб, погубившей множество людей. Может быть, он действительно был виноват. Бейли не знал точно. Что если отца отстранили от занимаемой должности, чтобы освободить место для физика-робота? Лишь из-за этого, без всякой другой причины. И он ничего не мог поделать…

– Ладно, идемте, – резко сказал Бейли, – Я должен привести вас к себе.

– Понимаете, нельзя проводить какие бы то ни было различия, основываясь на менее весомых критериях, чем факт обладания разу…

– Все. Хватит об этом. Нас ждет Джесси, – повысил голос Бейли. Он направлялся к ближайшей внутри-секторной переговорной трубке. – Мне лучше позвонить ей, предупредить, что мы поднимаемся.

– Джесси?

– Да, моей жене.

«О Боже, в хорошем же настроении я собираюсь предстать перед Джесси», – подумал Бейли.