На полпути с обрыва - Кир Булычев

– Почему из одного случая? – спросил Милодар.

– Но ведь только инженер Той исчез, когда падал возле скалы.

Тут пришла пора удивляться старушке.

– А как же та девушка, которая кинулась со скалы и превратилась в птицу? А как же капитан Покревский, который прыгнул из крепости вместе с конем? А как же все легенды, которые связаны с исчезновением людей и превращением их в птиц?

– Но ведь это легенды! – воскликнула Кора. – И даже если что-то было, то тысячу лет назад. Мы-то тут при чем?

– Погодите, – остановил готовую ответить бабушку Милодар. – Порой мы говорим о чем-то, думая, что слушатель знает столько же, сколько и мы. А слушатель может не знать, что для обитателей параллельного мира пространственно-временные связи действуют совсем иначе, чем у нас. Это для нас девушка кинулась в море две тысячи лет назад. А для них… – Милодар неопределенно показал вверх, – наше время не существует. Для них что тысяча лет назад, что сегодня – все является единовременным.

– Но этого не может быть! – воспротивилась Кора.

– Почему? – Милодар пожал плечами. – Ты же веришь в путешествие во времени?

– Каждый школьник в это верит, – ответила Кора.

– Для параллельного мира соприкосновение с нами – одновременно соприкосновение со всей суммой миновавшего у нас времени.

– Это не очень понятно, – сказала Кора, – но я не буду спорить.

– Правильно. Этим ты сэкономишь наше и свое время. Тебе достаточно понять, что все те документированные и отраженные в легендах случаи исчезновения людей в районе Птичьей крепости, вернее всего, являются следствием сознательной деятельности ученых параллельного мира, которые получили возможность как бы перетаскивать наших людей к себе.

– Вы уверены в этом? – Кора нашла слабое место в аргументации комиссара.

– Конечно, нет! – ответил за комиссара один из незаметных людей. – Мы ни в чем не уверены. Это только теория. И нам ее надо подкрепить экспериментом.

Он замолчал, словно выговорился на неделю вперед.

– Мы обязаны поставить эксперимент, – подхватил эстафетную палочку Милодар. – Мы должны попасть туда, к ним, и понять, как они это делают, что они могут и зачем им это нужно. Затем мы должны дать возможность гражданам Галактической Федерации возвратиться домой.

Произнося этот монолог, Милодар встал на цыпочки, надул грудь и стал похож на настоящего трибуна.

– В ином случае нам может угрожать опасность, – тихо сказал второй из незаметных вельмож.

– То, что нам неизвестно, дает преимущество сопернику и потому угрожает нам, – пояснил первый незаметный вельможа.

– Мы обязаны послать туда человека, который все узнает и постарается возвратиться живым.

– Правильно, – согласился второй незаметный вельможа.

– Мы подумали, – сказал Милодар, и тут у Коры упало сердце: зачем он так на нее смотрит? – Мы посоветовались и решили предложить эту почетную задачу тебе, Кора Орват. И эта экспедиция в параллельный мир будет одновременно зачтена испытанием для тебя при зачислении в штат ИнтерГпола в качестве полевого агента.

– Мне? В параллельный мир? – тупо повторила Кора. – Это еще почему?

– Потому что ты – лучший кандидат для такой авантюры, – ответил Милодар. – Ты молода, пока еще не так боишься смерти…

– Я боюсь смерти!

– Не перебивать! Пока ты еще не так, как я, боишься смерти, ты легкомысленна, что свойственно молодости. Очертя голову ты кинешься в эту авантюру.

– Ни в коем случае!

– Во-вторых, ты, как ни парадоксально, обладаешь довольно холодным умом и трезвой головой, что странно для твоего возраста…

– Перестаньте меня анализировать! Как будто я какой-то подопытный кролик!

– Сравнение закономерно, – согласился комиссар, и незаметные вельможи закивали, соглашаясь. Им тоже казалось, что комиссар относится к Коре, как к препарируемому кролику, однако они не имели ничего против. – Но от этого оно не становится менее абстрактным. Мне сейчас плевать, кролик ты или гиена, меня волнует одно – судьба Земли. И учти, Кора, я предчувствую, что в ближайшие двадцать лет судьба Земли неоднократно будет находиться в твоих руках, и не дай бог тебе ее хоть раз уронить на пол!

Кора чуть было не улыбнулась, потому что трагедия в устах комиссара умудрялась граничить с фарсом и лишь сам комиссар этого не замечал.

– Как же я это сделаю? – спросила Кора. – У меня нет махолета, и я не умею летать.

– Это пустяки, – отмахнулся комиссар. – Программу приманки разработают специалисты. Но в принципе все уже решено.

– Что?

– Тебе придется прыгнуть с обрыва.

– Как так?

– Прыгнешь с обрыва, и будем надеяться, что они там, в параллельном мире, тебя подхватят и перетащат к себе.

– Вы понимаете, что говорите, комиссар? – возмутилась Кора и с внутренним трепетом поняла, что никто в комнате ее не поддерживает. Даже бабушка Романова внимательно разглядывала мокрое пятно на потолке – видно, где-то в пещере протекало.

– Я отлично понимаю, – сухо ответил Милодар. – А тебе еще предстоит понять.

– Вы хотите, чтобы я кидалась с обрыва, как покинутая лицеистка, в расчете на то, что в каком-то другом, возможно, несуществующем мире меня заметят, спасут и будут лелеять. А если у них мертвый час? А если они не успеют? А если их, в конце концов, и нет на свете?

– Все возможно, – произнес один из незаметных вельмож. – Все возможно.

И глубоко вздохнул, сочувствуя Коре. Но не более того.

– И почему вы не можете вызвать добровольца из рядов вашей отважной организации? Разве у вас мало добровольцев?

– Где они? – спросил заинтересованно комиссар.

– Вот, – Кора обвела рукой комнату, и незаметные вельможи тут же утонули в креслах – даже голов не видно. Старушка же зашлась в таком предсмертном кашле, что стало ясно: ей этой ночи не пережить!

– А я, – произнес Милодар, – не могу пожертвовать собой, потому что владею таким количеством государственных тайн, что на ночь меня приходится укладывать в сейф, чтобы не украли.

Когда никто не засмеялся, комиссар пояснил:

– Это шутка…

Но и это не вызвало смеха.

– А говоря серьезно, – продолжил Милодар, – обратиться к тебе нас заставляет серьезная реальность. Мы имеем основания полагать, что обитатели этого мира имеют возможность наблюдать за нами, по крайней мере, в пределах перехода – скажем, на расстоянии километра от точки соприкосновения миров. Если мы не дураки, то и они тем более не дураки. И они понимают, что появление бабушки Ксении Михайловны с аппаратом по учету птичек и ее кузена в лодке с той же целью – не случайная акция любителей природы. Они могут заподозрить, что раскрыты и находятся под колпаком. Более того, они и меня уже видели раза два-три. Я беседовал с наблюдателями, принимал участие в экспериментах по контролю воздуха, гравитационных направляющих, магнитных полей этого места – ведь мы не первую неделю здесь работаем. И исчезновение инженера Всеволода Тоя – лишь точка, может быть, предпоследняя, в агрессивной деятельности параллельного мира.