Скрижаль Мораны - Наталья Жильцова

— Всенепременно! Что ты на вид смотришь? Это старое, проверенное средство, о нем легенды ходят! Говорят, один парень раз пять экзамен заваливал, а потом изобрел это зелье, выпил — и сдал. Ну он, конечно, еще ночью до того потряс свитком из окна, заклиная: «Шара приди», — заговорщицким шепотом добавил ведьмак, — но то слабое заклинание, не всегда помогает. А вот зелье стопроцентно.

— Надо же. — Я растерянно хмыкнула. Грегори в этот момент напомнил мне одного ненормального коробейника. — А что-нибудь менее мистическое и более приближенное к теме экзамена имеется?

— Шпаргалки, что ль? — понял тот. — Так понятное дело, кто ж без них сейчас обходится? Вон, видишь, парень высокий у входа? Он принес кучу шпор, запихав в карман. Представляешь, карман малюсенький, а там помещаются полотна длиной в руку.

— Удобно, — оценила я.

— Какое удобно, Тень, ты что?! — махнул рукой ведьмак. — Как он, по-твоему, их перед комиссией доставать будет? Смотри на меня, вот что счас самое то!

Он провел рукой над подолом балахона, и на, казалось бы, однотонной коричневой ткани стали проявляться мелкие зеленоватые буквы. Грегори воровато огляделся, провел по балахону другой рукой, и буквы исчезли.

— Ничего себе. — Я с изумлением покачала головой.

— Видала? — с гордостью похвастался он. — Три ночи убил на написание шпаргалок. И еще два дня до того зелье видимости и невидимости варил. Ух, рецепт сложный оказался, приходилось в лаборатории на занятиях химичить попутно. Главное, в первый раз почти сделал все и чуть-чуть дозы попутал, так такая хренотень получилась, ужас! Представляешь, на вид — слизистая губка, только пенится, зараза, да еще воняет, как натуральное драконье дерьмо.

— Фу-у. — Этот рассказ определенно что-то мне напоминал.

Кажется, я даже вновь ощутила запах, которым «благоухал» балахон главы ведьмаческого факультета.

— Фу — это мягко сказано! — Грегори фыркнул. — Литиция вылетела из лаборатории стрелой, наши все тоже, даже Грабовский только заглянул и почти тотчас сбежал якобы на экзамен какой-то. Только у Тария выдержки хватило все это убрать. Тарий это ведьмак наш, выпускник, — пояснил он.

— Знаю, — я кивнула, — встречались.

— Ну вот. — Парень вздохнул. — Выговор мне, конечно, сделали, но зато теперь никаких проблем с переэкзаменовкой!

— Да уж, — согласилась я, хотя, учитывая, сколько времени и сил ведьмак убил на составление своей прогрессивной шпаргалки, возникал только один вопрос: а просто выучить предмет было не проще?

Но вслух я говорить об этом не стала, тем более что внимание переключилось на появившегося в коридоре мужчину в строгом темно-зеленом камзоле. Он был средних лет, в коротко остриженных волосах незнакомца едва начинала пробиваться седина. На первый взгляд в нем не было ничего необычного, кроме массивной серебряной броши в виде дубового листка, приколотой на груди.

— Смотри, смотри, — зашептал Грегори. — Это ж мужик из Северной школы травников! Обалдеть, он-то что тут забыл?

— Кто? — поперхнулась я, а травник уже быстро прошел мимо нас и исчез за экзаменационными дверьми.

— Травник! Самый настоящий! Интересно, не по твою ли душу он заявился?

— Похоже, что по мою, — кисло улыбнулась я.

— Фигово. — Ведьмак сочувственно покачал головой. — Точно «Зелья ума» не хочешь?

— Точно. Не хватало еще, чтобы при всей комиссии у меня живот прихватило.

Грегори пожал плечами, мол, как хочешь, и замолчал, а потом потянулось долгое ожидание. По моим меркам, даже слишком долгое — последний сдававший адепт вышел из аудитории почти полчаса назад, а больше никого так и не вызвали. Предчувствие, что связано это с травником и что меня ждет какая-то пакость, становилось все сильнее, и, когда из-за двери раздалось: «Тень!» — я даже не удивилась.

— Ни пуха, — прошептал Грегори.

— К демону, — слабым голосом послала ведьмака я и на негнущихся почему-то ногах вошла в просторную аудиторию.

На этот раз комиссия была в другом составе. Главенствовал по-прежнему архимаг, но кроме него из светлых была только магистр Амалика. Анхайлиг, Литиция и ведьмак Грабовский меня не пугали, и все бы хорошо, если б не травник, который особняком стоял около стола с разноцветными колбами.

Он бросил на меня быстрый взгляд, от которого по коже побежали мурашки. А еще неожиданно появилась паническая мысль, что все-таки стоило заранее помолиться богу Курсу, о котором упоминал Анхайлиг еще на первом занятии.

— Доброго дня! — Травник улыбнулся тонкими губами. — Я магистр опасных трав Северной школы травников. Во избежание недоразумений напомню всем присутствующим, что кафедра ядов находится под нашим шефством, а потому экзамен провожу я. Надеюсь, возражений нет? — Он вопросительно оглядел комиссию.

Ох, ничего себе. А я и не знала… Понятно, почему Литиция нервничала, ведь в моем провале виновата будет и она.

— Нет, — подтвердил архимаг. — Прошу вас, работайте.

— Хорошо, — продолжил травник и снова посмотрел на меня. — Я верю, что вы прекрасно подготовились к теории, Тень. На эту кафедру приходят очень редко, потому неподготовленных тут не бывает. А потому, думаю, мы сразу перейдем к практике. Перед вами пять сосудов. — Он указал на стол. — Здесь безопасный напиток и четыре яда различной сложности. Вы должны выпить безопасный и указать мне на самый опасный яд. Задание понятно?

— Да. — Я кивнула, уже понимая, что все совсем не так, как планировалось.

Три дня меня пытали теорией в надежде, что я сдам хотя бы ее, а оказалось, кроме практики, ничего и не будет? Да еще какой практики… В общем, похоже, все усилия Литиции пошли прахом.

Сама магистр стояла рядом с Анхайлигом и Виттором мрачная, как демон.

Я поднапряглась и посмотрела на колбы остатками темного зрения. Вторая выглядела самой безобидной, да и от пятой вроде тоже ничего страшного не исходило. Зато остальные образцы мерцали темнотой, вот только понять, который из них слабей, а какой сильней, по такому смутному мерцанию было невозможно. Н-да, зрение мне тут, видимо, не поможет. Что ж, будем разбираться, как учили.

Первая, красная колба содержала простенький, но противный состав для кишечных колик. Я поняла это, едва принюхавшись: медянка и вересклет — травы с резким запахом обладали свойством вызывать спазмы. Вторую, голубую, я пропустила — не пахнет ничем, словно вода. В третьей, желтой, было что-то жгучее, резкое. Я не знала и половины трав этого яда, но догадывалась, что смерть от него наступит за пару минут. Четвертый, оранжевый, оказался ядом лишь слегка сильнее первого, и то я поняла это благодаря едва уловимому запаху белого кростыля. А вот пятый, зеленый, пах пряностями и совсем слабо какой-то незнакомой травкой. Нет, знакомой. Запах ее всплыл из прошлого, но я никак не могла зацепиться за него и вспомнить, что это. Хотя, может, на одном из занятий с Литицией я его и чувствовала. Тогда это очень слабый яд. Что ж, значит, отдаю оранжевую, выпиваю голубую? Я протянула руку к голубой колбе и вдруг застыла. Вспышка памяти. Таверна. Арт. Напиток Освальда. Вот откуда я знаю эту травку! Но она неядовита! Вторая тоже, только в большой дозе может нанести вред. Но это значит, тут два безопасных напитка?