Источник - Ульяна Муратова

— Потому что здесь ваша помощь не нужна. Я вынесу вам яды из кабинета. Для дела будет лучше, если вы проследите за тем, чтобы как можно больше демонов отправились на тот свет!

— Но припасы… — попытался возразить он.

— Будут ждать тут! Неужели ты боишься, что я одна сожру годовой запас еды? — недовольно перебила его я. — Я справлюсь с Хешшером сама, мне не впервой. Вы возьмите на себя охрану.

На том и порешили.

Хозяин вернулся прямо перед самой бурей и был ненасытен. Я терпела и старалась быть милой, рассматривала потолок и узоры на покрывале.

— Завтра будет буря, — сыто потянулся он, когда ему надоело мной развлекаться.

— Да, я сделала запасы еды и воды, — заискивающе улыбнулась я. — Ты же останешься дома?

В голосе звучали забота и надежда. Конечно, он нужен был мне для того, чтобы мой план сработал.

— Да, пересижу бурю тут. Она будет одной из крупнейших за последние десятилетия. Пылевые бури у нас не редкость, но эту обещают особенно мощной. Самое странное, что предупреждение дали только два дня назад. Преступная халатность! Цены на продукты в столице уже взлетели.

— Хорошо, что я запаслась заранее, — сказала я, поглаживая его могучую грудь.

— Да, хвалю тебя. Куплю потом подарок.

Я судорожно сглотнула. Это был мой шанс!

— У меня есть идея получше, — мягко улыбнулась я. — Ты можешь воплотить в жизнь одну мою давнюю фантазию…

— Какую? — заинтересовался демон-полукровка.

Я горячо зашептала ему на ухо отрепетированный текст и почувствовала, как он постепенно распаляется.

— И эти развратные мысли бродят в твоей маленькой, безрогой головке? — игриво улыбнулся Хешшер. — Знаешь, я не против. Почему бы и нет?

— Сейчас? — с надеждой спросила я, не пряча лихорадочного блеска в глазах.

— Вечером, — с ленцой ответил он. — Мне нужно закончить кое-какие срочные дела.

Он отвесил мне смачный шлепок и исчез в дверном проёме. Обычно хозяин не утруждал себя дома одеждой, к этому давно все привыкли.

Время до ужина тянулось бесконечно. Погода за окном испортилась, резко стемнело, а небо из тёмно-жёлтого стало ало-оранжевым. Скоро оно станет коричневым, и тогда из помещения лучше не выходить.

Решив не нарываться, я ждала хозяина у себя в комнате.

Он пришёл поздно вечером, когда я уже изнервничалась и извелась. Пришлось притворяться томной и игривой, тереться о него задом и целовать руки.

Завлекая таким образом, я привела его в камеру, где всё уже было подготовлено. Голые нары и прочные кандалы для узника прикреплены к стене. Прикованный, он даже до решётки не сможет дойти.

— Ты побудешь моим пленником всего один вечер? — горячо прошептала я, выцеловывая дорожки на могучем теле и нежно оглаживая хвост.

— Моя маленькая развратная Ира, кто бы мог знать, что тебя интересуют такие вещи? — добродушно хохотнул он и дал мне застегнуть кандалы сначала на одной руке, а затем на другой. Не позволяя ему отвлечься и передумать, я страстно ласкала с насмешкой смотревшего на меня мужчину. Мы оба знали, что кандалы бесполезны без магической активации. Только он не был в курсе, что я уже научилась её делать. Дождавшись, когда он на секунду потеряет контроль над собой, я коснулась кандалов и влила в них всю свою силу. Сосредоточиться с занятым ртом было непросто, но я справилась и отскочила прежде, чем Хешшер сообразил, что произошло.

— Ира? — взревел он и постарался достать меня хвостом. Но я уже выскочила, с силой захлопнула дверь металлической решётки и активировала второй контур магической защиты.

От волнения я сползла на голый каменный пол и расхохоталась. Руки тряслись, сердце билось в горле, я была до крайности довольна собой.

Пленник не произнёс больше ни слова, только пристально наблюдал за каждым моим движением.

— Хешшер, сегодня вечером в городе будет бунт, — сказала я, отсмеявшись и весело всплеснув руками. Счастье буквально переполняло меня. — Демонов будут убивать, а я спрятала тебя для того, чтобы иметь возможность спасти, любимый.

— Ты считаешь меня глупцом? Если бы ты меня любила, ты бы предупредила!

— Хешшер, лично твоя жизнь имеет для меня ценность, а до других демонов мне дела нет. Пусть с ними делают, что хотят, — честно ответила я.

— Ты понимаешь, что всех бунтовщиков казнят?

— Если они проиграют, то да, — согласилась я. — Вот только шансы есть. Буря накрыла дома, и сейчас в каждом из них происходит много интересного.

Демон-полукровка дёрнулся, гремя кандалами.

— На что вы надеетесь? Даже если вам удастся захватить город, вас вырежут под корень военные отряды в назидание другим.

— А кто сказал, что бунт только в одном городе? Или в одном княжестве? Буря накрыла весь континент, Хешшер.

— Послушай, освободи меня, и я дам тебе то, что тебе нужно. Книгу Тихерры, — сдавленно предложил он. — Как тихеррянка, ты сможешь воспользоваться ею по назначению или даже вернуться в свой мир. Ира, отпусти меня, — его приказывающий голос прогремел набатом в маленьком подземелье. Я даже дёрнулась, чтобы выполнить распоряжение, но вовремя осадила себя.

— Не могу Хешшер. А насчёт книги спасибо, я поищу упоминания о ней. Как она оказалась у демонов?

Хешшер промолчал, и по упрямо сжатым челюстям я поняла, что настаивать бессмысленно. Пусть остынет.

Я поднялась наверх и обнаружила пустой дом. После того, как я поделилась остатками яда с другими домашними рабами, у меня в склянке остался всего десяток капель. Это был тот яд, которым я напоила Драшиса. Этого количества должно было хватить, чтобы отравить моего пленника в случае необходимости.

Снаружи завывал ветер, все ставни были закрыты, находиться в доме было жутко. Убедившись, что все ушли, я на всякий случай снаружи пометила дверь белой краской.

Тревожный поздний вечер я провела в библиотеке. Сосредоточиться на чтении не получилось, поэтому я сходила на кухню, приготовила овощное рагу с мясом змеи и поела. Порцию еды и воды в деревянной посуде отнесла Хешшеру.

Он всё ещё не был настроен на общение, и я задвинула поднос с едой поглубже в камеру. Пока защита решётки была включена, можно было не опасаться того, что он пришибёт меня, метнув тарелкой.

Демон-полукровка смерил меня злобным, яростным взглядом.

— Хешшер, любимый, пройдёт пара дней, и я тебя выпущу. Нужно просто подождать, когда закончится бунт, —