Наследники легенд - Ирина Шевченко

– Так ты все-таки…

– Нет! Царапнул по шее. Точнее, попытался. Я же сказал, что не трону его. Пусть живет. Живет и боится.

А спустя еще час маленький эльф уснул прямо за столом.

– Дети Элир слишком слабые, – пояснил Лар, заботливо перенося брата на обтянутую кожей кушетку. – Для него это был утомительный день.

– Для меня тоже, – признался идущий. – И он еще не закончился.

За окнами стемнело, пришлось зажечь свечи, а ожерелье так и не принесли.

– Ты обещал рассказать о своих делах с азгарским двором, – напомнил Сэл.

– Обещал, но… Ладно, что ты хочешь знать?

– Чем ты занимаешься.

– Скажем так, я независимый консультант по кризисным ситуациям.

– Ил, кризисные ситуации у нас уже шесть лет. Точнее нельзя?

– Привести конкретные примеры? Хорошо. Помнишь прорыв морской блокады? С чего все началось?

– Нам повезло? – Сэл уже сам в это не верил.

– Начиналось все со шторма. Он бушевал в Лазоревом море три дня. К утру четвертого в нейтральные воды, где стояли на рейде имперские корабли, вынесло лодку с двумя детьми. Шторм застал их далеко от берега, когда они рыбачили, и мотал три дня, они выжили только чудом. Когда имперцы все же решили спустить шлюпку, предварительно проверив утлое суденышко на наличие скрытых чар, они обнаружили умирающих от голода и обезвоживания подростков – мальчика и девочку лет четырнадцати. Каэрцы оказались не чужды милосердия и взяли детей на борт. Впрочем, уверен, что, когда те полностью оклемались бы, участь их ждала незавидная. Девочку-то уж точно. Хотя, это дело вкуса… Но они умерли, несмотря на уход за ними. А спустя длань на корабле вспыхнула эпидемия. На том судне, что подобрало детей, и еще на трех, посланники с которых поднимались на его борт в течение этого времени. Болезнь привезли в один из портов, но маги и целители быстро с ней разобрались, горожане почти не пострадали, количество смертей среди гражданских не перевалило за сотню. Но в военном госпитале, куда доставили первых больных с корабля, никто не выжил. Как и в расположенных неподалеку казармах, где расположились солдаты, ожидавшие отправки на Саатар. Как тебе такой пример? – Лар с вызовом посмотрел на товарища.

– Неудачный, – не отводя взгляда, сказал Сэл. – Еще есть?

– Найдется. Если ты не забыл, у императора было несколько отрядов, сформированных из числа наемников-орков. Дети вулканов воевали за Истмана на Каэтаре, но привлечь их к войне в западных землях ему не удалось. Огненные орки не захотели выступать против Лар’эллана, с которым у них был длительный мир, и заявили о своем нейтралитете. Правда, они не отказывали имперцам в помощи оружием и проводниками, хорошо знавшими Лес. А Аэрталь была вынуждена это терпеть, опасаясь спровоцировать открытое противостояние. Так это и продолжалось бы, если бы однажды в приграничное селение огненных не наведался имперский отряд. Они попросили проводников и задержались на ночлег. Ночью, упившись тростниковым самогоном, солдаты Истмана сначала устроили драку с принявшим их на постой хозяином, затем сожгли его дом и отправились гулять по деревне, в которой почти не было взрослых воинов. Убили практически всех мужчин и восемь женщин, одна из которых была женой местного старейшины и дочерью вождя соседнего племени…

– А утром они ушли, – продолжил Сэллер. – Спустя три дня воины Аэрталь наткнулись на этот отряд и принесли оркам их трупы. Союз вождей принял решение объединиться с детьми Леса и отказаться от договоров с империей. Я знаю эту историю. Но не так, как ты, конечно. Кем на самом деле были эти люди?

– Имперцами, – пожал плечами Лар. – Все, кроме одного. А тот был нашим магом-целителем. Знал, чего не стоит добавлять в спиртное, чтобы не вызвать галлюцинации и разум не затмила жажда крови. Когда началась резня, у него сдали нервы. Был убит там же… Что к лучшему.

– Люди Истмана пытались использовать подобный прием, – ничего не выражающим тоном произнес Сэл. – Наняли два десятка опустившихся гитаэлле, чтобы те напали на гномью серебряную шахту, выставив это делом рук лар’элланцев. Но что-то пошло не так, горняки их переловили и узнали, кто на самом деле за этим стоит. Теперь Истман на ножах еще и с гномьими кланами.

– Я в курсе. – Усмешка Иоллара наводила на неожиданные выводы.

– Так это были не гитаэлле?!

– Да нет, они. Только наняли их не имперцы. Все еще хочешь знать, чем я занимаюсь?

Возможно, на кого-нибудь другого услышанное произвело бы иное впечатления, но не на Сэллера. Война – дело грязное. К тому же он был уверен, что Лар намеренно привел именно эти примеры, наверняка в остальном его «консультации» касались более тривиальных дел.

– Когда закончится война? – спросил Буревестник вместо того, чтобы отвечать на поставленный вопрос.

– Если все пойдет по плану, в течение этого года.

– А если бы ты был на месте Дистена и сам принимал решения?

– Два года назад. Но с большими потерями.

– Ясно. А чисто гипотетически, в какой срок ты мог бы стать королем Кармола?

– Гипотетически? – задумался Иоллар. – За восемь лет. Восемь лет на Кармол. Еще двадцать пять – на захват империи. После – около тридцати на Лар’эллан. А имея в подчинении империю и Лес, можно было бы к концу столетия стать владыкой мира.

– Ты серьезно? – ошалел от точности приведенных цифр Сэллер.

– Нет, – улыбнулся Сумрак. – А ты серьезно спрашивал? Если серьезно, – улыбка померкла, – мне это и даром не нужно.

Мальчик на кушетке заворочался, и Иоллар обернулся к нему:

– Придется отложить эту затею. Пригрозить папаше кровавой расправой и пообещать заглянуть через месяц. А Галле что-нибудь другое подарю.

Стоявший за дверью как будто дожидался этих слов – послышался робкий стук.

– Войдите! – резко, но негромко, чтобы не разбудить брата, бросил Лар.

Окованная серебром створка бесшумно распахнулась, пропуская княгиню Триллин.

У эльфийки были красные глаза, а лицо покрывал толстый слой небрежно нанесенных белил. Неизвестно, что она хотела сказать, но, увидев лежащего на софе сына, вскрикнула и бросилась к нему. Сумрак успел поймать ее за руку.

– Он спит, – прошептал он ей. – Поел, поиграл, а теперь отдыхает.

Женщина, не поверив, замотала головой, а по щекам потекли слезы.

– Он спит, – повторил Лар, не сводя глаз с ее лица.

Не отпуская тонкого запястья, достал из кармана платок и стер со щек мачехи слезы вместе с гримом – на правой щеке княгини краснел кровоподтек. Эльфийка опустила глаза:

– Я не нашла ожерелья.

А Окнир нашел виноватого.

Сумрак отпустил женщину. Она подбежала к ребенку, порывисто обняла и конечно же разбудила. А когда мальчик спросонья радостно затараторил о том, какой чудесный у него был день и как он здорово играл со своим взрослым братом, не выдержала и разрыдалась.