Посох старой ведьмы - Михаил Бабкин

Хозяйственный сидел на теплом прибрежном песке и безудержно икал. Его била сильная дрожь, лицо было бледным, а мокрые усы понуро обвисли. Тим укутал Боню всем теплым, что только у них нашлось в рюкзаке, а Ворча даже пожертвовал свою кепочку, чтобы у Хозяйственного не мерз затылок.

– Ик, – Боня помотал головой, – з-замерз от воды как собака! И акулы… ик… напугали они меня… ик… до смерти. Больше… ик… в кита – никогда! Ик!

– Правильно, – согласился Ворча, присаживаясь рядом на корточки, – в кита не надо. В следующий раз превращайся лучше в морскую черепаху. Ей акулы нипочем, у нее панцирь из кости! Если чего и откусят, так только лапы или хвост. Или голову.

– Шуточки у тебя. – Боня поплотнее укутался в тряпки и сердито замолчал. Тимка успокаивающе похлопал Хозяйственного по мягкой спине и, отойдя в сторону, из-под ладони стал разглядывать остров.

Остров морских колдунов был невелик. Так себе остров, на «троечку». Не было здесь ни высоких скал, ни густых джунглей с попугаями и крокодилами, ни дымных вулканов, ни гремучих гейзеров. Были только чахлые кусты с мелкими пыльными листиками да корявые низенькие деревца с острыми колючками по всему стволу. Тимка залез на ребристый валун – весь берег был усеян здоровенными камнями – и оттуда увидел, что остров к тому же совсем маленький: где-то через километр опять начиналось море.

– Ну как? – крикнул снизу Ворча. – Видно башню-то? Которая вывернутая.

– Не-а, – Тимка ловко спрыгнул с камня, – ни вывернутой, ни завернутой. Никакой. И колдунов не видно.

– Может, она невидимая? – Боня сбросил с себя одеяла, встал с песка и со вкусом потянулся. Усы у него наконец просохли, распушились и весело торчали во все стороны, как у загульного мартовского кота. Судя по всему, Хозяйственный отогрелся и чувствовал себя неплохо.

– Помнишь избу болотного отшельника? – Боня, прыгая на одной ноге, стал надевать брюки. – Она у него тоже невидимая была, заговоренная. А здесь целая банда чародеев! Что им стоит всю башню заколдовать?

– Тогда пошли ее искать, – решил Тим, – осторожно, на ощупь. Чтобы шишек не набить.

– Хм, – Хозяйственный застегнул брючный ремень, – а как же морские колдуны? Надо бы сначала разведку провести, разобраться что к чему, а уж после бродить по острову. На ощупь.

– Не думаю, чтобы они сейчас были на острове. – Тим понимающе усмехнулся. – Во-первых, они все постоянно лазают по материку, врагов ищут. А во-вторых… Во-вторых, вспомни про мой тайфунчик! Он здесь явно погулял, – Тимка кивнул на спутанные кусты, поломанные ветки деревьев, – и совсем недавно. Уж если колдуны и впрямь на острове, то покамест сидят в своей башне. Они же не знают, что смерч не вернется!

– Верно, – Боня застыл на миг, соображая, – интересная мысль. Я об этом как-то и не подумал. Пошли!

– А кушать? – заныл Ворча. – Меня голодным держать нельзя, могу потерять сознание от истощения и стать непосильной обузой в деле разыскания колдунов. Вам что, не лень меня таскать на себе?

– И то дело, – согласился Хозяйственный, – надо поесть. Ты, Тим, посмотри в заклинательном блокноте, покопайся. Не мог Олаф пропустить продуктовое волшебство, не такой он человек.

– Хорошо. – Тимка сел на камень, раскрыл блокнот. – Так-так, еда… еда… – он послюнявил палец и перевернул страницу, – смерч, это было… силовой таран… защита от призраков… ага, есть! – Тим поднял взгляд на друзей. – Загадывайте, кто чего хочет.

Ворча обхватил голову руками и зажмурился, раскачиваясь на месте и что-то быстро шепча себе под нос. Боня махнул рукой:

– Кашу давай гречневую с маслом, и ладно.

– Чи, – сказал Тим, – бутасиго фо.

– Не понял, – нахмурился Хозяйственный, но тут на песке перед ним возникла глубокая миска с пахучей кашей и воткнутой в нее ложкой. Боня довольно хмыкнул:

– Эх, хороша ты, каша солдатская! Быстро, вкусно, полезно, – и схватился за ложку.

– Это просто счастье какое-то настало, – неожиданно слабым и дрожащим голосом пролепетал у него за спиной Ворча. Тим и Боня обернулись в его сторону – перед карликом расстилался немыслимых размеров ковер. Чего только на нем не было: пельмени со сметаной, плов на блюде, рахат-лукум, кастрюля зеленого борща, холодец с хреном, салаты, чесночная колбаса, несколько буханок темного хлеба, пяток тортов и еще, и еще… У Тима разбежались глаза.