Посох старой ведьмы - Михаил Бабкин

– Ты уверен, что все осилишь? – озабоченно спросил Хозяйственный, не донеся ложку до рта. – Как бы тебе плохо не стало.

– Не-ет, – карлик перебросил бороду через плечо на спину, – ближайшие полчаса мне будет только хорошо, – и, постанывая от наслаждения, вгрызся в колбасу.

– Пожалуй, ему надо помочь. – Тимка спрятал блокнотик в карман и без церемоний навалился на ворчин заказ с другой стороны ковра.

– Обжоры, – возмутился Боня. – А ну подвиньтесь! – Он отставил полезную кашу в сторону и, потирая ладони, сел ближе к ковру.

После короткого отдыха отряд двинулся в глубь острова. Шли цепью, осторожно помахивая перед собой длинными палками: Хозяйственный вырезал мечом три жердины из ветвей колючего дерева, изрядно при этом оцарапавшись. Но, как сказал Бонифаций, пара свежих царапин все же лучше, чем три лба, в кровь разбитых об невидимую башню.

Тимка шел в цепи справа, держа палку наклонно вниз, и представлял себе, что это лазерный миноискатель. Вот-вот в наушниках запищит тревожный сигнал, и тогда Тимка крикнет всем «Ложись!», а потом обезвредит атомную мину, поставленную коварными пришельцами с Марса, а потом генерал вручит ему медаль… нет, боевой орден «Защитник Земли» первой степени, с бантом и бриллиантовой заколкой, а потом…

Тут Тимка споткнулся и, ломая ветки кустов, покатился куда-то вниз.

– Мама! – заорал он и тотчас шмякнулся задом обо что-то твердое, перекувыркнулся и застыл на четвереньках. Хорошо, что Тимку немного придержали густые кусты, иначе он стукнулся бы гораздо сильнее.

– Тим! – сверху над краем ямы высунулись из листвы встревоженные физиономии Бони и Ворчи. – Ты не ушибся или как?

– Или где, – пробурчал Тимка. Он встал с четверенек, отряхнул штаны. – Конечно, ушибся! Подайте палку, я сейчас отсюда вылезать буду.

– Подожди, – Хозяйственный, подслеповато моргая после дневного света, смотрел в темноту мимо мальчика, – глянь-ка, что там такое? Вон, у тебя позади.

Тим оглянулся. Яма оказалась неглубокой, но очень широкой: ее дно было выложено плотно подогнанными друг к дружке каменными шестиугольными плитами непонятного цвета. Где-то посреди ямы сквозь нависающую над ней крышу из жестких веток пробивалось солнце – оранжевое пятно высвечивало синий блестящий квадрат, словно вплавленный в стройные ряды шестигранников.

Тимка подтянул штаны и неспешно двинулся к загадочному квадрату. Плиты под ногами странно и разноголосо позвякивали, как будто были сделаны и не из камня вовсе, а из колокольчиков. Больших таких и совершенно плоских колокольчиков. Шестигранных. Тимка подошел к блестящему прямоугольнику, нагнулся над ним, уперев руки в колени. Сзади тревожно зазвенело – Боня и Ворча спрыгнули на дно ямы и, отбросив ненужные палки в сторону, подбежали к мальчику.

– Дверь! – сразу и совершенно уверенно заявил Ворча, только разок взглянув на синий квадрат. – И не спорьте со мной, что я – дверей не видел?

– Да никто с тобой и не спорит. – Боня присел рядом с дверью на корточки. – Тимка, а ты что думаешь по этому поводу?

Тим тоже сел на корточки, потрогал синее пятно. Пальцы скользнули по холодному льду отполированного мрамора, неожиданно наткнулись на неровное отверстие. Тимка близко наклонился над плитой.

– Точно, дверь! – Тим поковырял пальцем в отверстии – палец полностью провалился в него. – А вот и замочная скважина нашлась. Большая! Интересно, какой для нее нужен ключик? Вернее, ключище!

Хозяйственный отстранил мальчика от замочной скважины, лег на пол и заглянул в отверстие. Ворча шлепнулся рядом и за неимением второй скважины с умным видом приложил ухо к плите.

– Я думаю, мы нашли именно то, что искали, – вполголоса сказал Тим. – Вывернутая башня! То есть башня наоборот. То есть колодец.

– Может быть. – Боня сел на рюкзак и задумался. – В общем-то, других вариантов я не вижу, – он встал, позванивая плитами, обошел дверь кругом. – Скорее всего, Тим, ты прав. Это и есть та самая башня. Башня в землю.

– Вот-вот, – радостно подтвердил Ворча, растирая замерзшее ухо, – всего-то делов осталось – дверь открыть! Экий пустяк.

– Нда-а. – Хозяйственный задумчиво прикусил ус, пожевал его и выплюнул. – Без инструмента не обойтись. Отмычка нужна! Или какой железный прут, чтобы из него отмычку согнуть. Такую дверь никакой кувалдой не разобьешь, надо только открывать!

– Отмычка? – Тим хлопнул себя по лбу. – Вспомнил! Есть у меня одна штуковина, кривая и, наверное, вполне отмычистая. Вот, – Тимка торопливо вытащил из нарукавного кармана кинжал, – я его в море подобрал. Смерчем со дна подняло! Я хотел было вам на берегу показать, да забыл.

– Ну-ка. – Ворча взял у Тимки кинжал, выдернул его из ножен. Прозрачный клинок слабо засветился в полумраке, словно налитый фиолетовым туманом.

– Колдовская штучка, – Ворча поцокал языком, обнюхал волнистое лезвие, даже лизнул его, – очень, очень колдовская. Я по вкусу чувствую.

– Дай сюда. – Боня протянул руку, схватил кинжал за рукоять и тут же с коротким криком боли швырнул его на пол. – Надо же, у него ручка раскаленная! – изумленно сообщил он, зажав обожженную ладонь под мышкой. – Тим, что за шуточки?

Тимка подобрал кинжал, молча сунул его серебряной рукояткой под нос Боне.

– Серебро, – прошептал Хозяйственный. – Надо же, да оно и впрямь для меня теперь опасно! А я, честно говоря, думал, что бабка Эйя пошутила насчет смертельной вредности серебра для оборотней. – Боня с вытянутым лицом осмотрел покалеченную руку: вся ладонь и пальцы были покрыты узкими полосками волдырей – там, где кожа прикоснулась к виткам серебра. Однако волдыри быстро исчезли, и через пять секунд ладонь у Хозяйственного вновь была как прежняя, только в сожженных местах кожа стала чуть темнее.

– Придется мне взломщиком поработать, – Тим опустился на одно колено рядом с дверью, – только ты, Боня, подстрахуй меня, пожалуйста. Вдруг дверь вниз открывается? Так что держи меня покрепче на всякий случай, – Тимка подождал, пока Хозяйственный ухватил его за шиворот куртки, а потом примерился и осторожно сунул кинжальный клинок в замочную скважину. Фиолетовое лезвие вошло неожиданно легко, камень вокруг клинка мокро зашипел: тонкая струйка едкого дыма поднялась от плиты.

– Хе! Похоже, твоя отмычка дверку не открывает, а попросту ее режет! – Ворча подался к Тимке, но глотнул вонючего дыма и отскочил назад, чихая и кашляя; Боня следил за кинжалом, не отводя глаз. Тим, видя что происходит с камнем, решил не ковыряться зря в замке, а просто вырезать его. Быстрым движением клинка он проплавил большой полукруг в полированном мраморе, отделив замок от самой двери.

Синяя щербатая плита дрогнула и рухнула вниз, беззвучно повернувшись на петлях, а затем гулко ударилась о невидимую стену – тяжелое колокольное «бом-м-м!» заложило Тимке уши. Из мрака колодца потянуло холодным сквознячком.

– Если колдуны не совсем глухие, то, боюсь, они теперь нас с нетерпением ждут. – Боня скривился и трижды плюнул через левое плечо. – Это для удачи, – смущенно пояснил он недоуменно уставившемуся на него Ворче, – суеверие такое. Понял?