Лунная радуга - Анна Порохня

Посиделки, наконец, закончились, но незаметно уйти мне не удалось. Как только мы с Риви собрались удалиться в свои покои, подошел слуга и тихо сказал, что в малом зале нас ждет отец.

Сестра испуганно посмотрела на меня и схватила за руку.

- Что-то происходит, я чувствую это…

- Погоди, не нервничай, - попыталась я успокоить ее, хотя сама умирала от страха. – Еще ничего не случилось.

Мы вышли из зала, и пошли по гулкому пустому коридору с высокими стрельчатыми окнами, в которые заглядывал красный закат.

- Это к шторму… - прошептала Риви и, вынырнув из своих тоскливых мыслей, я посмотрела на нее.

- Что? О чем ты говоришь?

- Красный закат предвещает непогоду, - повторила она. – Будто ты этого не знаешь.

- Я просто задумалась и не услышала, что ты сказала, - ответила я, и в этот момент мы остановились возле двойных дверей, по бокам которых в железных подставках висели факелы. На сводчатом потолке виднелись следы копоти, и я представила, сколько здесь дыма, когда их зажигали.

- Отец никак не может отказаться от этих проклятых факелов, - Риви словно прочла мои мысли. – Вечером здесь нечем дышать…

Мы стояли у дверей, не решаясь войти, и каждая из нас предчувствовала, что за ними нас ждет нечто совершенно неожиданное и вряд ли приятное.

Риви медленно подняла руку и, постучав, побледнела, что сразу бросилось мне в глаза. Бедняжка…

- Войдите! – услышали мы голос виконта, и сестра со скрипом отворила тяжелую створку.

- Вместе и до конца? – шепнула она, посмотрев на меня через плечо, и я кивнула.

Это была большая комната с единственным стрельчатым окном и четырьмя колоннами, поддерживающими высокий потолок. Справа темнел холодный очаг, а слева на каменной стене висело большое знамя. На красном фоне был изображен волк, держащий щит с какой-то надписью, и я поняла, что это герб. Интересно, что там написано?

Но я тут же остановила поток своих мыслей. Разве это важно сейчас?

Виконт сидел в резном кресле, установленном на невысоком постаменте, и я с удивлением обнаружила, что он не похож на гневающегося человека. Я бы даже сказала наоборот – он выглядел довольным!

- Дочери мои, - отец окинул нас теплым взглядом, и мне показалось, что он сейчас пустит слезу. – Я позвал вас для того, чтобы сообщить замечательную новость, которая касается вас обеих. Рианнон, ты не выйдешь за графа Грифина… Тебя захотел герцог! О Боги! Мне кажется это сон! Такая удача! Такая удача!

В этот момент мне показалось, что из-под моих ног уплывает земля, и я вцепилась в руку Риви, чтобы не упасть. Сестра же стала не то что бледной, а серой. Она смотрела на виконта большими глазами, которые наполнялись слезами и, наконец, прошептала:

- Но почему вы говорите, что это касается и меня?

- Барон Донован выразил желание забрать тебя завтра утром. Старый развратник воспылал к тебе страстью, и я его понимаю! – хохотнул отец и радостно потер руки. – Видимо, он хочет побыстрее уложить тебя в свою постель, чтобы ты родила ему наследника.

Я почувствовала, как Риви покачнулась и схватила ее за локоть, но виконт этого не замечал, находясь в полном восторге от того, что происходит.

- Но как я могу поехать с ним! Мы ведь еще не женаты! – голос Риви превратился в тоненькое повизгивание. – Отец, я умоляю вас!