Преображение - Алексей Викторович Селютин

Подпись: принцесса Амелия Пеппин."

Я нервно рассмеялся. Девчонка явно не привыкла сдаваться. Какой любопытной её прописали создатели "двумирья". Ты смотри какая настойчивая. И угрожает ещё...

Я бросил взгляд на ожидающего курьера. В вечернем свете начинающего заката мне показалось, что я рассмотрел усмешку.

- Сопроводить? - вопросительно вскинул он бровь.

- Сопровождайте, - позволил я. - Пора с этим разобраться.

Мы воспользовались услугами Мастера Телепортации, а затем молча скакали аж до королевского дворца. Там курьер передал меня на руки тревожно пританцовывающему спелому апельсину.

- Вы всё же прибыли, - облизал дрожащие губы королевский церемониймейстер. - Пойдёмте быстрее, пока не увидел кто. Не хватало, чтобы поползли слухи.

- Какие слухи? - я убрал коняшку и позволил ухватить себя за руку.

- Его Величество запретил принцессе встречаться с "непосвящёнными", - Айден Никол сразу повернул налево и потащил меня за собой к крутым ступенькам. - Уж слишком она к ним дружелюбна. То и дело отваживаю тех, кто ищет её внимания. А она - добрая душа - никому не отказывает в знакомстве. Ей все интересны. И лишь вы, Серый Ворон, не ищите её компании. Принцесса этим крайне недовольна. Она не терпит отказов.

- Гадкий какой характер, - пробурчал я, на ходу выстраивая линию поведения с капризной девчонкой. По-видимому, она на меня обижена. А значит, будет рубить так, что щепки полетят. А я ведь совсем не дипломат. Если она заговорит со мной тоном, которым я разговаривал с графом Лаури, я, в отличие от него, не удержусь. Опять разорвусь нецензурными осколками.

- Как у её матери, - кивнул пятью подбородками церемониймейстер, словно соглашался со мной. - Хорошо хоть Его Величество... - он осёкся на полуслове и бросил на меня быстрый взгляд. Но я сделал вид, что ничего интересного не услышал.

- Зачем вы тогда, уважаемый Айден Никол, идёте у неё на поводу и рискуете, сопровождая меня? Ведь если король узнает об этом, нам обоим не поздоровится.

Церемониймейстер даже остановился, чтобы посмотреть на меня как на дурака.

- Как же я могу противиться воле, возможно, будущей королевы?

Когда он вновь потянул меня за собой, я принялся пополнять базу данных, пытаясь всё разложить по полочкам. Но получалось плохо: Амелия Пеппин по старшинству идёт третьей в престолонаследии. Каким образом она может стать королевой? Скорее, ей суждено стать женой Эламона Лаури.

- Я очень прошу вас, Серый Ворон, - тихо прошептал Айден Никол, когда мы шли по длинному тёмному коридору. - Ничего не испортить. Ничего не обещайте и не озвучивайте просьб. Не просите повлиять на короля. Его Величество этого не любит. Уже не один "непосвящённый", с которыми познакомилась принцесса, пытался через неё выйти на короля. Пожалуйста, не втягивайте его в это. И, - он остановился перед самой простой деревянной дверью, которую блокировал магический барьер. - Упаси Италан - не прикасайтесь к ней. Наставница тщательно следит за её... м-м-м... чистотой.

- Оба-на! - вырвалось у меня. Я даже смех с трудом сдержал. - Дело молодое, профессор.

- Не шутите! - погрозил он пухлым кулачком, а затем постучал в дверь, не опасаясь повредить руку о магический барьер.

Ждали мы недолго - не больше пяти секунд. Затем дверь распахнулась и перед нами предстала молодая женщина, я бы сказал. Ещё на балу я отметил миловидность юной блондинки. Её волосы, её черты лица, её глаза и вполне сформировавшееся тело были изумительны. Единственное, что никоим образом не могло скрыть её возраст - детская непосредственность, которую она демонстрировала. Основываясь на том, как она плясала, как топала ножкой, как обращалась с окружающими, каждый легко мог прийти к выводу, что ягодка ещё не созрела. Что это ещё ребёнок.

Сейчас же я бы не стал говорить об этом со стопроцентной уверенностью. Лихая причёска, макияж и чересчур накрашенные красной помадой губы внешне значительно добавляли возраста.

Принцесса сразу обратила на меня внимание и недобро прищурилась.

- Ваше Высочество, - я галантно поклонился. - Я к вашим услугам.

- А вы не торопились, я смотрю, - по-киношному фыркнула она, будто увидела чересчур назойливого кавалера, и демонстративно сложила ручки на груди. - Что вам угодно?

Я очень сильно стиснул зубы, чтобы не сказать: "Ты ж сама меня позвала. Четыре письма написала. Забыла, что ли?". Вместо этого расплылся в коварных комплиментах.

- Вы прекрасны, Ваше Высочество. На мой взгляд, вы куда красивее вашей наставницы. Я сожалею, что мы не смогли встретиться раньше. Но в этом не было моей вины. Обстоятельства заставили.

- Какие? - она всё ещё щурилась, а Айден Никол нервничал, отводил глаза и не знал куда деть суетливые руки.

- Военные, в основном, - ответил я. - Как командир, я обязан думать о своём войске. А когда враги объявили войну, ни о чём другом я думать не мог. Только о победе.

- Как это интересно! - хмурый взгляд исчез. Принцесса захлопала в ладоши. - Расскажите мне, Серый Ворон, победили ли вы или проиграли?

Я покосил глазами на бедного Айдена Никола, намекая, что он здесь лишний. Амелия Пеппин схватывала на лету. Она взяла меня за руку и через магический барьер затащила в свои покои. Затем посмотрела на перепуганного церемониймейстера, красноречиво прислонила указательный пальчик к собственным губам и захлопнула дверь перед его носом.

Затем улыбнулась и закружилась передо мной.

- Я правда красивее её?

- Несомненно, - я ответил очень быстро, чтобы принцесса не подумала, будто я сравниваю или раздумываю. - Уверен, во всём королевстве не найдётся той девы, кто могла бы сравниться красотою с вами.

- Вы, наверное, видели слишком мало дев, - рассмеялась она и опять закружилась, заставляя платье повторять за ней движения.

Улучив момент, я осмотрелся. Оказывается, я оказался в личных покоях принцессы. У левой стены стоял огромный шкаф из дорогого дерева. В уголке - мягкое кресло с розовыми подушками. У закрытого шторами окна располагался шикарный диван. А у противоположной стены - несколько кресел и резной трельяж, где принцесса, видимо, часами могла любоваться собственной красотой.

Я обернулся и на стене у двери увидел огромный портрет. Как минимум, на полстены. Высокомерный взгляд Амелии Пеппин, горделивая