Игра воровки - Джульет Э. Маккенна

Никогда не думала, что в Хадрумале, сказочном городе Верховного мага, есть кухарки и пекари. Это принижает все истории, рассказанные в возвышенных балладах: интересно, кто там занимается уборкой?

— Когда стало ясно, что его таланты никуда не ведут, он начал работать на агентов Верховного мага, — продолжал Шив. — Это его первое самостоятельное задание, потому он и старается проявить себя.

— Что еще за агенты Верховного мага? — воскликнула я.

Шив посмотрел на меня искоса.

— Планир не сидит в высокой башне в Хадрумале, уставясь в магическую чашу, чтобы получать информацию.

Да, забавное сообщение. По крайней мере радует уже то обстоятельство, что действительно опасные маги благополучно сидят на своем потерянном острове.

— А кто ты? — Я с подозрением оглядела Шива.

— Я маг Морского Зала, адепт воды с воздухом в качестве второстепенного фокуса. Я член Совещательного Круга при Великом Совете.

Для меня это был пустой звук.

— И что это значит?

— Это значит, что большинство магов здесь будут плясать вокруг меня, низкопоклонствовать и делать все возможное, дабы узнать, насколько я на самом деле близок к Планиру. Там, в Хадрумале, я средняя рыба в оживленном пруду.

Показался трактир, в котором началась вся эта ерунда.

— Ты жди снаружи, а я расплачусь и соберу вещи.

Шив покачал головой.

— Я тоже войду. Поедим перед обратной дорогой.

Я раздраженно взглянула на него — когда я даю слово, я держу его. Кто знает, вдруг Мизаен действительно существует? Не хочу, чтобы огненные собаки гнались за мной по всему Иному миру, когда я умру. Мне и так придется действовать достаточно быстро, общаясь с Сэдрином. Я только хотела узнать, не пришло ли письмо от Хэлис, и, в свою очередь, оставить для нее записку.

— Когда-нибудь тебе придется мне доверять, — огрызнулась я.

— Я проголодался, — мягко парировал Шив.

Я быстро зашагала вперед, чувствуя себя немного дурой. Взъерошенная белокурая девица за стойкой бара улыбнулась Шиву, а тот в ответ ухмыльнулся и начал ей что-то говорить. Оставив флиртующих, я пошла искать хозяина. Он был в винном погребе, наливал вино из бочки.

— Мне нужно ехать, поэтому я расплачусь сейчас. Могу я оставить лошадь в «Гончем Псе»?

— Ладно. За все три марки.

Я открыла поясную сумку и заплатила ему. Этот трактир был не из дешевых, но решительное отсутствие любопытства у хозяина означало, что мы с Хэлис уже не раз им пользовались. Посмотри на светлую сторону, сказала я себе: если б ты удрала раньше, тебе пришлось бы оставить здесь безнадежный долг, который загадил бы это гнездышко на будущее.

— Мне ничего не передавали?

Трактирщик покачал головой.

— Сэдриновы потроха!

Что же такое с Хэлис? Кроме всего прочего, я хотела, чтобы кто-то, кому я доверяю, знал, что со мной случилось.

— Могу я оставить письмо и деньги? — Мы это уже делали, и я знала, что хозяин — человек надежный.

— Конечно.

Я поднялась в свою комнату и быстро уложила вещи. Если б не мое неотвязное беспокойство за Хэлис, я уже пробежалась бы мысленно по всем возможностям в этом неожиданном повороте событий. Я настрочила Хэлис короткую записку, полную игорного жаргона и личных намеков, и запечатала в воск имперскую крону. Это было лучшее, что я могла сделать, но меня это мало радовало.

— Пишешь кому-то? — Шив вошел без стука.

— Нужно твое разрешение? Хочешь прочесть? — От испуга мой голос стал пронзительным.

— Это необязательно.

Маг покраснел и резко отвернулся. Как интересно, я умудрилась стряхнуть его раздражающее самообладание, хотя не имела подобного намерения.

Мы в молчании поели и выехали. Шив пустил коня рысью.

— Это письмо моему партнеру. Мы должны были встретиться в том трактире.

Раз уж я привязана пока к этой троице, то, учитывая отношение Дарни и кротость мальчишки, лучше бы мне вернуть дружелюбие Шива.

Спина мага расслабилась, и он придержал коня, пока я не поравнялась с ним.

— Партнеру? Любовнику? — Он поднял бровь.

Я засмеялась.

— Сугубо деловому. Ее зовут Хэлис.

— Значит, она… э… — он подбирал слова, — распоряжается твоими… гм… приобретениями?

Я уже собиралась оскорбиться, как вдруг осознала его ошибку.

— Нет, я не воровка, разве что в особых случаях. Мы играем в руны.

— Я сыграю с тобой как-нибудь.

— Играть с человеком, который видит кости насквозь? Как бы не так! — выпалила я, не успев придержать язык, но Шив не обиделся.

— Если ты живешь игрой в руны и работаешь с подругой, то сомневаюсь, что кости всегда падают без вашей помощи, — заметил он. — Ты не будешь использовать свое искусство, я — свое. Идет?

— Идет. — Эта перспектива казалась интересной.

— А когда ожидается твоя подруга?

— Боюсь, она уже запаздывает. Вот почему я украла ту проклятую кружку: из-за этой задержки у меня кончались деньги.

Шив осадил коня.

— Ты бы хотела узнать, что случилось с твоим партнером?

Я вытаращила глаза.

— Что ты имеешь в виду?

— Если у тебя есть что-нибудь, принадлежащее ей, или то, что она часто держала в руках, я смог бы ее найти. — Его улыбка меня успокоила. — На то я и ищейка.

— Конечно. — Я должна была это предвидеть. Я порылась в седельных сумках и нашла ее любимый комплект костей. — Это годится?

— Отлично. — Шив поймал брошенный ему мешочек и повернул коня с дороги.

Снедаемая любопытством, я последовала за ним. Маг спешился возле большой лужи. Достав из кармана бутылочку с голубой жидкостью, он присел на корточки и вылил в воду несколько капель. Лужа засветилась зеленым светом. Глядя во все глаза, я встала на колени рядом с Шивом.

Он сомкнул веки и крепко сжал руны; то же самое жуткое свечение собралось вокруг его кулака, и я невольно вздрогнула. Магический свет — это то, что отличает настоящего мага от фальшивого, и за свою жизнь я видела такое лишь несколько раз. Зато я повидала уймищу таких, что утверждали, будто они маги. Какие только причины они ни выискивали, дабы объяснить, почему должны скрывать внешние проявления своей магии! Шив глубоко задышал, и магическое свечение протянулось от его руки к луже.

— Смотри в воду! — приказал он, открыв глаза.

Я повиновалась и не смогла сдержать восторга.

— Это она, это Хэлис!

Я словно бы смотрела на нее сквозь толстое стекло, но не узнать ее было нельзя. Я закусила губу. Хэлис лежала в постели с закрытыми глазами, спутанные волосы облепили потное лицо. Ее правая нога была в лубках от бедра до стопы, на бинтах темнела кровь. Без сомнения, дело плохо.