Бабкино наследство - Ирина Вильк

Василий.

– Это каким же уродом надо быть, чтобы похитить ребенка? Да еще и принцессу. Детей не похищают просто так. Я думаю, он будет шантажировать ее родителей, то есть короля и королеву, если уже не начал это делать.

Ерема.

– Может, это король соседнего государства? В принципе это может быть кто угодно. Шайка разбойников, чтобы освободить своих товарищей из тюрем, сумасшедший булочник, которого незаконно уволили с работы, в надежде, что монаршее Величество вернет ему его работу, или, наконец, колдун, который бредит о мировом господстве, решивший начать с местного короля.

Василий.

– Фантазия у тебя покруче моей! Разве у бабушки был телевизор? Или ты, Ерема, часто ходил в гости к Лафане?

Значит, так! Задача номер один: вернуть ребенка его законным родителям. Задача номер два: выяснить, кто этот плохой дядя и чего он хочет, ну и задача номер три: обезвредить супостата и спасти мир.

Филимон.

– А может, мы для начала выполним задачу номер один и на этом остановимся, а то вселенские масштабы как-то пугают.

Димон или Вован (точно не помню).

– Нам все равно придется заниматься этим вопросом, наверняка ее уже ищут. Как родители, так и похититель.

Василий.

– Мне кажется, что этот конкурс среди волшебников объявлен не случайно. Я думаю, что наградой победителю будет возможность сразиться с похитителем принцессы. А раз конкурс среди волшебников, то и похититель тоже…

Стелла.

– Волшебник!

Постановили:

Наказать этого киднеппингиста (фу, еле выговорил). Назначить Вована с Димоном ответственными за безопасность принцессы: глаз с нее не спускать. Передать Викторию родителям при первой возможности.

Председатель собрания: Василий.

Секретарь собрания: тоже он, хотя вроде так не положено.

– Да мы с детьми не умеем обращаться, – с ужасом закричали хором мои братки, – мы их боимся. Все, что угодно, только не это.

– Разговорчики! Вас никто не просит нянчиться, вас просят охранять! – попытался я их успокоить.

– А нам что делать? – спросил Ерема, кивнув на Стеллу и Филимона.

– Думать! Колдун уже знает, что Виктория у нас (у него наверняка есть волшебное зеркало или местное «телевидение» – тарелочка с яблочком), но он не знает, кто мы такие и на что мы способны. Пока! – Я на секунду задумался. – Мы должны сделать так, чтобы он как можно позже узнал о наших возможностях (хотя даже я не все о них знаю).

– Попробуем сбить его с толку! Можно попетлять немного, – предложила «лаборантка».

– Хорошая мысль! Всегда мечтал поиграть в следопыта, – сказал я. – Веди нас, Чингачгук, будешь навигатором.

Конечно, Стелла не говорила нам командным голосом: «Через пять километров поверните направо!» или: «Вы превышаете допустимую скорость!», зато мы не беспокоились, что идем не туда. На ее лице было довольное выражение, словно говорящее: «Вот! Я тоже пригодилась».

– Ерема, пойдем, прогуляемся, – подмигнул я домовому на одном из привалов. Мне надо было посекретничать с ним, поделиться мыслями, которые уже не умещались в моей голове.

Мы дошли до реки, уселись на бревно.

– Выкладывай, – сказал Ерема, устраиваясь поудобнее, – сразу видно, что тебя распирает.

– Смотри, Ерема, Викторию похитил волшебник, так?

– Ну?

– Насколько он силен? Как его можно победить? Чем? Как кучка дилетантов (я имею в виду нас) сможет его аннигилировать? – И, увидев недоумение на лице моего домового, добавил: – Если тебе так понятнее, то укокошить, шлепнуть, грохнуть, убить, наконец. Колдун-недоучка, который с трудом научился творить шаровую молнию, и лаборантка… – Я вздохнул и задумался: – Слушай, а может, мне нужен какой-нибудь артефакт? Ну, скажем, удваивающий или даже утраивающий мою силу? Или меч-кладенец? Ну что ты улыбаешься? Я же просто предполагаю.

– Есть еще сапоги-скороходы, живая и мертвая вода, – заметил Ерема, – и, наконец, скатерть-самобранка, правда, ею вряд ли можно кого-нибудь аннигилировать, разве что только отравить. Почитай-ка вот это, – сказал он и достал из своей авоськи очередной карманный фолиант. Его название гласило: «История Магии. Справочник самых великих волшебников и самых известных артефактов».

– Ого! Жаль, у меня нет столько времени.

– Ты волшебник или нет? – возмутился Ерема. – Растяни время.

Я вздохнул – опять учиться! И погрузился в чтение.

* * *

Элеонора стояла перед огромным зеркалом и расчесывала свои великолепные черные волосы. Длинные зубья черепахового гребня, доставшегося ей от бабушки (интересно, почему все самое хорошее достается нам от бабушек?), легко проникали в ее копну волос и разделяли ее на локоны. Элеонора все еще была в бешенстве после разговора с Мартой, с новенькой, но уже опытной и пожилой ведьмой, недавно появившейся в их общине. Основным доходом гильдии ведьм на Лысой горе были регулярные поставки косметики в королевский дворец. Женская половина королевского двора, от кухарки до старшей фрейлины, с удовольствием покупала румяна, помаду, сурьму и другие так необходимые даме мелочи. И теперь по вине Марты королевский двор может захотеть сменить поставщика. Последнее время фрейлины королевы стали страдать странным недугом, выражавшимся в метаморфозах, происходящих с их внешностью, и самой безобидной из них были веснушки, не считая бородавок и удлинившихся носов. Такие проделки, скажете вы, свойственны ведьминской сущности, и будете почти правы. Почти, потому что давным-давно бабушка Элеоноры, будучи верховной ведьмой, дабы прекратить публичные сжигания ее подруг на городских площадях, подписала Договор со святой инквизицией и королем, который правил в те времена. С тех пор за выполнением этого Договора рьяно следили все верховные ведьмы, начиная с бабушки Элеоноры. В обмен на «приличное» поведение ведьмы получали возможность умереть в собственной постели. Нынешний король Георг справедлив, но и его терпение может кончиться. Статус верховной ведьмы, конечно, не позволял Элеоноре опускаться до уровня базарной торговки, но она долго и громко «объясняла» Марте, насколько та не права. И во избежание последствий отстранила Марту от изготовления и реализации косметики.

Итак, Элеонора стояла перед огромным зеркалом и расчесывала свои великолепные черные волосы, желая наконец успокоиться (гребень ее бабушки действовал не хуже «Новопассита»). Но в зеркале, поскольку оно было волшебным, она видела не свое отражение, а лесок к востоку от Лысой горы. Все как всегда. Этот пейзаж она наблюдала каждый день. Ручеек, бегущий по камушкам… Ряд кустов жасмина, из которых получается почти круг. В середине – остатки костра. Местная молодежь проводит здесь свои посиделки. Элеонора поглядывает за ними, так, для порядка. Сейчас на полянке, кружком вокруг кострища, сидело несколько детишек: маленькие ведьмочки и двое чертенят: Витас и Неонил. Эти чертенята частенько наведывались на Лысую гору в гости к ведьмам. Витас с Неонилом что-то рассказывали девочкам, а те повизгивали от страха.