Планета смертной тени - Алексей Калугин

Это прозвучало не как предложение, а как приказ. Хотя, может быть, виной тому были необычные интонации, характерные для голоса аборигена.

Дик-33 и Дик-18 переглянулись.

– Ну, что, пойдем?

– Думаешь, стоит?

– Стоит, стоит, – вмешался в только что начавшееся обсуждение неуемный абориген. – У нас хорошо. И такой, как ты, – он ткнул пальцем в Дика-7, – у нас есть.

– С вами живут люди? – удивился Дик-33.

– Живут, – кивнул абориген. – Один только… Другие быть, но помирать. Болеть шибко.

– Как-то не очень обнадеживающе звучит, – процедил сквозь зубы Дик-18.

– А, собственно, что нам терять. – Дик-33 решительно закинул ногу антилопы на плечо. – Далеко идти?

– Недалеко – есть захотеть не успеть.

– Тогда нужно тушу разделать, а то так, целиком, мы ее не дотащим.

– Это – да… Правильно.

Толстенький абориген что-то сказал своим соплеменникам. Те побросали копья, выхватили ножи и набросились на тушу.

Через пятнадцать минут от антилопы остались только позвоночник и копыта. Голову местный полиглот тоже велел взять с собой – сказал, что из нее хороший суп получится.

Быстро собрав вещи, отряд двинулся в путь.

Маленький абориген уверенно вышагивал впереди. Следом за ним шли все три Дика. По краям от них – два воина с копьями на плечах. И еще трое замыкали шествие.

– Наша земля для тебя опасно, – объяснил такое построение проводник. – Ты – чужой, мало знать и ничего не понимать. И оружие у тебя плохой. Злой зверь – ам! – Для наглядности он дернул головой и щелкнул зубами. – Ам!.. Сразу съесть!

Дик-18 был не согласен с местным жителем, в том смысле, что он вовсе не считал себя беспомощной жертвой хищников. Но разумно смолчал. Хозяева, как водится, бахвалятся перед гостями. Ну и ладно, от нас не убудет. Гораздо интереснее было узнать про людей, которые, по словам аборигена, жили какое-то время вместе с ними.

– Что за люди жили вместе с вами? – спросил Дик-33. – Кто они?

Вместо ответа абориген представился:

– Меня Ут-Ташан называть.

– А меня Тридцать Третий. Его – Восемнадцатый. А его – Седьмой.

Ут-Ташан искоса посмотрел на Дика-33. С его расположением глаз сделать это было совсем не сложно. При этом на лице никакого выражения.

– У тебя нет имя? – И голос совершенно бесстрастный.

– Нет, – честно признался Дик-33. – Так уж случилось…

– Это хорошо, – не стал слушать его объяснений Ут-Ташан.

– Хорошо? – искренне удивился Дик-18. – Что же в этом хорошего?

– Хорошо, хорошо, – уверенно заявил Ут-Ташан. – Так шаман говорить. А он умный. Много, много, умный, чем я. Он говорить, имя – это то, что у человека внутри. Его прошлое и будущее. Если отнять у человек имя, он будет как… Как камень. Понимать? Совсем холодный и пустой… Не живой… Понимать?

– Мертвый.

– Так, да, мертвый. Человек без имя – мертвый. Шаман, если хотеть подчинять себе человек, сначала забирать его имя. Тогда он будет делать все, что шаман говорить. Такой человек называть у нас йяуанк. Он похож на человек, но внутри – пустой. Вот. Думать, как мое имя? Ут-Ташан? Нет! – Абориген хитро улыбнулся и погрозил Дику-33 пальцем. – Ут-Ташан – это шутка… Нет – обман… Хитрый обман. Мой настоящий имя знать только я и мой отец – он дал мне имя. Вот.

– Так почему же хорошо, что у нас имен нет?

– Люди, что у нас жить, брать себе новые имена. И – все! – Ут-Ташан рубанул ладонью воздух. – Забывать прошлое! Забывать, кто они есть! Так шаман говорить.

– У тебя тоже другое имя, – напомнил Дик-18.

– Э-э! – лукаво погрозил ему пальцем Ут-Ташан. – Я свой настоящий имя помнить! Если забыть – тогда плохо. Шибко, шибко плохо. Тогда – вспоминать надо. Иначе – все! Конец! Понимать?

– Да, вроде бы, – кивнул Дик-18. – Ты хорошо язык выучил.

– Я сын хозяин племени! – гордо выпятил живот Ут-Ташан. – Меня шаман учить. Много, много учить. Я все знать! Когда отец помирать – я хозяин племя становиться.

– А много людей в вашем племени? – поинтересовался Дик-33.

– Много. – Ут-Ташан показал растопыренную пятерню. – Десять раз столько. И еще чуть-чуть.

– И другие племена есть?

Вместо ответа Ут-Ташан вскинул над головой копье, потряс им и издал гортанный боевой клич. Сопровождавшие людей воины сделали то же самое.

– Враг помирать, если Ут-Ташан копье кидать! – сообщил абориген.

– Понятное дело, – не стал спорить с ним Дик-18. – Так что же получается, – обратился он к Дику-33. – Те, кто нас сюда забросил, не знали, что планета обитаема?

– Выходит, что так, – согласился тот. – И никакого спутникового наблюдения за поверхностью планеты не ведется.

– Как же так-то? – на ходу развел руками Дик-7. – Колонизация обитаемых планет запрещена конвенцией, которую и Союз Шести Планет подписал.

– Это Грешный Треугольник, братишка, – похлопал его по плечу Дик-18. – Знаешь, почему он так называется? Потому что здесь творится черт знает что!

– В каком смысле?

– Грешный Треугольник не контролирует ни одна из галактических держав. Добраться сюда непросто – далеко от пересадочных станций, да и корабли тут часто пропадали. Галактическая Федерация пыталась заложить три станции, как раз по углам этого самого треугольника. – Дик-18 пальцем нарисовал в воздухе названную фигуру. – Только их, еще недостроенные, пространственно-временная аномалия сожрала. Ходят слухи, будто на месте, где исчезла одна из строящихся станций, был обнаружен бумажный – прикинь только, бумажный! – еженедельник, помеченный аж две тысячи девятым годом. Тогда еще ни Галактической Федерации, ни Союза Шести Планет не было.

– Люди тогда еще дальше Солнечной системы не летали, – вставил Дик-33.

– А что с кораблями?

– На самом деле корабли не пропадали, а были уничтожены.

– Вот как?

– Да, вот так. Про трангов слышал, наверное?

Дик-33 усмехнулся и головой покачал.

– Я скорее в пространственно-временную аномалию поверю, чем в каких-то там трангов.

– А это уж как тебе будет угодно. Веришь ты в них или нет – трангам все равно.

– Кто такие транги? – спросил Ут-Ташан.

– Транги – негуманоидные разумные существа… Они на людей не похожи.

– Это я понимать, – с умным видом кивнул Ут-Ташан.

– Транги похожи на большие железные ящики, – Дик-18 пошире раскинул руки в стороны. – Передвигаются они на гусеничной или колесной тяге. Как машины.