Фея на даче - Ирина Щеглова

– Будь здорова, – сказала Фенечка иве и снова коснулась палочкой древесного ствола. Я увидела, как высохшие нижние ветви наливались, вытягивались гибкими желтыми побегами, побеги выбрасывали почки, те выпускали листья, ствол выпрямился и посветлел, тонкие ивовые ветви сгустились, выгнулись, и мы с Фенечкой оказались как бы под куполом.

– Здорово! – восхитилась я, задрав голову и щурясь от крохотных солнечных зайчиков, прыгающих по листьям.

– Красиво, – вздохнула Фенечка.

– Знаешь что, давай, я перетащу сюда плед, и будем с тобой, как в шалаше, – предложила я. – Да тут не шалаш, а настоящий дворец! Смотри, у нас с тобой и спуск к воде есть! И, главное, никто не видит!

Я раздвинула тонкие гибкие ветви, как занавески, и увидела Горыныча. Он стоял как ни в чем не бывало у моего пледа и смотрел на меня.

– Как ты это сделала? – восхищенно спросил Горыныч.

– Что?

– Ну, как ты это сделала с деревом?

– Горыныч, ты перегрелся на солнце? – ехидно спросила я.

– Я же видел...

– Послушай, – перебила его я, – тебе нравится за мной шпионить? Тебе делать нечего, да?

– Я не шпионю, – смутился Горыныч. – Я...

– А как это называется? Сначала там, у крыльца, прятался, подсматривал, теперь – здесь? Записки какие-то подбрасываешь. Что тебе вообще надо, а?

Горыныч покраснел.

– Поговорить, – начал он не совсем уверенно.

Я вышла из-под ивовых веток и рассмеялась:

– О чем?

Я сделала шаг к пледу. Он отступил.

– Я же к тебе не лезу? Вот и ты ко мне не лезь! Ясно?

Он покачал головой.

Я схватила плед и пакет с бутербродами:

– Все, свободен!

– Я тебя чем-то обидел?

– Ты меня достал! – не выдержала я.

Горыныч насупился, его зеленые глаза с длинными белесыми ресницами прищурились, он смотрел на меня уже не восхищенно, а насмешливо:

– Я хотел как лучше.

– А делаешь хуже, – отрезала я в ответ.

Он пожал плечами.

Я ждала, когда он уйдет, но Горыныч сопел, топтался и не трогался с места.

– Иди отсюда, – не выдержала я.

– Разве это место твое?

– Не мое, но я сюда первая пришла и хочу остаться одна. Так что двигай!

– Ладно, сама напросилась.

– Что, угрожаешь? Пойдешь болтать всем подряд про роботов? Или как там, механических кукол, управляемых? Может, еще что сочинишь, а?

Горыныч глянул на меня исподлобья.

– За компьютером надо меньше сидеть, а то потом всякое мерещится, – добавила я.

Он резко развернулся и пошел прочь. Я стояла и ждала, когда он совсем скроется. Горыныч обернулся и прокричал:

– И не смей больше называть меня Горынычем! Меня зовут Егор! Поняла?!

Я предпочла не отвечать. Нырнула под навес из ивовых ветвей, хотела было бросить плед с пакетом и замерла.

Здесь, под ивой, трава стала шелковой и густой, солнечный свет лился золотыми лентами сквозь листья, под ивовым куполом порхали крохотные птички и бабочки, из воды выпрыгивали солнечные рыбки. Фенечка летала посреди этого великолепия и дирижировала волшебной палочкой.

Я тихонько, чтоб ей не помешать, присела на траву, поджав ноги.

Заметив меня, Фенечка приземлилась рядом и заявила:

– Что-то я проголодалась.

Я достала из пакета бутерброды и термос с чаем. От колбасы фея категорически отказалась, а вот помидоры ее заинтересовали. Привычным жестом она взмахнула палочкой и уменьшила все, что ей понравилось.

Попробовав чай, Фенечка никак не могла понять, для чего его пьют. Она сказала, что вода с пузырьками ей понравилась больше.

– Кстати, – спросила она, – о чем ты так долго беседовала с этим мальчишкой?

– Ни о чем, – ответила я. – Привязался и ходит следом. Влюбился, наверное.

Фенечка захихикала.

– Ничего смешного. Он, между прочим, пытался мне угрожать.

– Как это? – не поняла фея.

– Намекал на то, что всем разболтает о моей кукле.

– Управляемой? – Фенечка развеселилась еще больше.

– Ну да, – я тоже рассмеялась. – Но, знаешь, все-таки надо быть поосторожнее. Он все время рядом крутится, шпионит. Да еще эта тетенька с телевидения – Марта Петрова, или как ее там...

– Да ну их, – сердито отмахнулась Фенечка. – Лучше посмотри, как я тут все украсила. Нравится?

– Конечно! Очень красиво. Даже уходить жалко. Ведь скоро это все исчезнет, да?

– Так оставлять нельзя, – согласилась Фенечка. – А знаешь что, давай я спрячу это все до следующего раза.

– В карман? – уточнила я.

– В карман, – кивнула фея, – на секунду вперед. Тогда это будет только наше место и больше ничье.

– Согласна! А теперь идем купаться!

Я сбросила шорты и футболку, осторожно вошла в воду, чтобы не потревожить солнечных рыбок. Они сразу же окружили меня и стали слегка пощипывать мои ноги. Мне стало щекотно. Тогда я приподняла ивовые ветви и поплыла. Несколько рыбок выпрыгнули вместе со мной и резвились рядом, пока не превратились снова в солнечные блики.

– Глупые, – сказала я им, – остались бы под ивами, и были бы рыбками.

Когда я вернулась, Фенечка плескалась у самой кромки воды. Вода была кристальной, песок – золотой и чистый, как будто специально просеянный. Да, умеют феи создавать для себя уютные местечки, не то что люди...

Мы выбрались на берег и разлеглись на пледе. Фенечка быстренько высушила свой и мой купальники. Нам было тепло. Птички под ивовым куполом щебетали весело, река мягко шелестела песком у берега, листья чуть слышно шептались друг с другом.

– Даже не представляю, что бы я без тебя делала! – призналась я.

Фенечка помолчала немного и ответила:

– Со мной весело!

– Это точно, – согласилась я.

– Тогда давай дадим друг другу клятву в вечной дружбе! – предложила Фенечка. Я приподнялась на локтях и посмотрела на нее. – Ну как? Согласна? – спросила фея.

– Согласна!

– Нам надо придумать клятву, – деловито сказала Фенечка.

Я уселась и задумалась:

– Как феи клянутся?

– Ну, мы уходим в тайное место, произносим слова клятвы и касаемся волшебными палочками.

– Так, тайное место у нас есть.

– Есть, – кивнула фея.