За каменным сердцем - Екатерина Дружинина

— Бал объявляю открытым!

Грянул оркестр. С потолка посыпались лепестки роз, но они таяли, не касаясь пола. Запорхали разноцветные бабочки. В зал по одному стали заходить мужчины. При входе им давали розу, гости аккуратно брали её и произносили: «Только правда и комплементы». Потом мужчины шли вдоль дорожки и предлагали свою розу дамам. Если избранница убирала цветок в волосы, пара шла танцевать, если же роза оставалась в руках кавалера, он покидал бал.

Члены экспедиции вошли в зал в числе последних. Ни одна роза, подаренная дорогим гостем, не была отвергнута. Шон Ардисон, к моему удовольствию, предложил цветок мне. А Филипп Ричман добился внимания самой королевы.

Пары закружились в вальсе. Танцевать с графом Ардисоном было приятно.

— Алиса, Вы восхитительны! — искренне заметил Шон. — Розовый цвет Вам к лицу.

Мои щёки зардели.

— Спасибо, Шон. Если честно, фрак Вам тоже чертовски идёт.

— Это вечер откровений, и я хотел бы признаться, что Вы удивили меня сегодня. Не перестаю восхищаться Вашим мужеством, Алиса.

— Что будет с Мирандой?

— Не все драконы предназначены для обмена. Миранда останется с Вами.

Эта новость порадовала меня. Когда музыка стихла, настало время развлечений и угощений. Кавалеры ухаживали за своими дамами, а придворные волшебники и шуты веселили гостей чудесами и мини-спектаклями. Мне было легко в компании графа, а Жозель каждый раз кокетливо смеялась, когда Ричман что-то шептал ей на ушко.

Немного времени спустя королева провозгласила:

— А теперь время свободных роз!

Снова заиграла музыка, и дамы стали приглашать на танец кавалеров. Шона тоже пригласили, и я подошла к Жозель.

— Умоляю, Алиса, веселитесь! Где Вы ещё сможете так отдохнуть? — воскликнула королева. — Пригласите же кого-нибудь на танец! Или Вас никто не заинтересовал?

— Вы правы, это чудесный вечер, — осторожно ответила я. — И славное вино.

Королеве понравилась заданная тема, и она подозвала худого придворного с подносом в руках.

— Угощайтесь, моя дорогая, танцы подождут. — Жозель подала мне фужер с вином. — Ну же, расскажите о себе!

— Я историк, — начала я.

— О, как интересно! Вы наверняка преподаёте в школе Науста!

— Вы правы, Жозель. Я самый молодой педагог в замке.

— Моя дорогая, да Вы просто прелесть! — от вина щёки Жозель стали бордовыми. — Ну же, расскажите что-нибудь интересное! Уверена, Вы знаете кучу разных историй!

Я задумалась. Какая история достойна внимания королевы? Наверняка, она хочет услышать что-нибудь о своём королевстве.

— Знаете, Алиса, — Жозель вручила мне новый фужер, до краёв наполненный горячительным, — долой историю! Лучше скажите, что Вы думаете о кольце нашего дорогого Филиппа Ричмана?

— О кольце? — удивилась я. — Но я не видела…

— Ах, Алиса, я умоляю! Как можно не заметить такой шикарный перстень? Знаете, я даже хотела выкупить его, но Филипп не поддался!

Королева гортанно засмеялась.

— Знаете, — заговорчески прошептала она, — я обожаю таинственных мужчин! И Вам ли не знать, что перстень в форме льва — знак божественной силы! Умоляю, расскажите мне эту чудесную легенду!

В глазах королевы горел такой азарт, что я воодушевлённо рассказала ей то, что она хотела услышать. Легенда о перстне не такая уж интересная, её суть заключается в том, что однажды один из богов решил стать смертным. Он заковал свою божественную суть в кольцо в форме льва и отдал его волшебнику. Кольцо стало кочевать по свету, владение им дарило величие.

— Да, Алиса, да! — воскликнула Жозель. — И знаете, что интересно? Среди многочисленных подделок где-то есть оригинал!

— Не думаю, — усмиряя пыл королевы, возразила я. — Все эти кольца появились благодаря легенде. А легенда она и есть — легенда.

— Уф, Алиса, какая Вы скучная! — наморщила нос Жозель. — Я хочу спорить с Вами! Вот скажите, если кольцо всего лишь выдумка, то почему три века назад по королевствам прошла волна убийств волшебников, носящих перстень в форме льва? Я Вам отвечу: кто-то искал оригинал! А настоящее кольцо переходит к другому только после смерти предыдущего владельца!

— Даже если это так, — заметила я, — Филипп Ричман — не волшебник. А обычному человеку от кольца нет никакой пользы. Поэтому вряд ли его перстень настоящий.

— Ах, Алиса! — выдохнула королева. — Даже подделки сделаны из настоящих драгоценностей! Моя дорогая, думаю, Вам стоит пригласить Филиппа на танец.

Я вопросительно подняла брови.

— Алиса, умоляю, неужели Вы слепы? Я могу допустить, что юная леди может не заметить дорогую безделушку, но игнорировать такие взгляды… Это непростительно! Давайте же, Вы просто обязаны это сделать!

И королева выразительно кивнула в сторону химика. Пока я шла к зеркалу, где он стоял, мир сделался глуше, а платье — уже.

— Мистер Ричман, — как во сне, я сделала реверанс. — Разрешите…

Не дав мне закончить фразу, Филипп заключил меня в объятия и закружил по залу. Сердце гулко билось в груди, сквозь слои ткани я чувствовала жар его тела. А кольцо, которым так восхищалась королева, обжигало кожу. Его глаза околдовали меня, я тонула в серых красках, не в силах отвести взгляд. И, о нет… Кажется, я хотела, чтобы он поцеловал меня. Ноги сделались ватными, в глазах потемнело.

— Алиса! — Ричман встряхнул меня за плечи. — Алиса, пойдёмте на свежий воздух!

Я сообразила, что вальс сменила мазурка. Я взяла Ричмана под руку, и мы вышли на улицу. Звуки оркестра сменились стрекотом кузнечиков. Небо было усыпано мириадами звёзд, на чёрной поверхности моря отражалась луна. Ричман отвёл меня в резную беседку, усадил на кованую скамейку и сел рядом.

— Балы бывают весьма утомительны, — заметил он. — А королева Жозель кого угодно уморит своей болтовнёй.

Я неуверенно улыбнулась.

— Как Вы себя чувствуете?

— Спасибо, уже намного лучше.

И я решилась посмотреть на Ричмана. В его волосах запутался ветер, глаза пленили моё отражение, а из-под накрахмаленного ворота белой сорочки пробивался излучаемый цепочкой слабый голубой свет. Загадочный мистер Ричман. Кто же ты?

— Королева восхищалась Вашим перстнем, — издалека начала я. — Я никогда не видела такие кольца вблизи.

— Да, славная безделушка, — равнодушно заметил он.

— Оно настоящее? — сорвалось с языка.

Ричман замер, его взгляд стал тяжёлым.

— Конечно же, мисс Сим, оно настоящее.

Настала неловкая пауза. Пока я переваривала услышанное, Филипп Ричман усмехнулся. Тогда я засмеялась.

— Хорошая шутка, мистер Ричман! Ни за что бы не подумала, что Вы склонны к юмору!