Взрослые тайны - Пирс Энтони

Как, по всей видимости, и нерешительно топтавшимся у воды гоблинам. Сэмми опять не подвел: он нашел действительно безопасное место, ставшее таким благодаря таившейся в нем опасности.

Тем временем Дженни вывела плот на середину русла, где его подхватило течение, и уставшая работать Шестом девочка несколько успокоилась.

– Ты случайно не знаешь, что это за речка? – полюбопытствовала она.

– Точно не скажу, но, кажется, ее называют Сбулочной рекой, – ответил кентавр.

– Сбулочной? – переспросила Дженни. – Вот уж чудное название. Булочки в реках не встречаются – Ну ты даешь! – удивился Че. – А это, по-твоему, что? – Он указал на отмель, над которой на длинных стеблях колыхались пышные булочки. Хотя Дженни, памятуя опыт с вишнями, полагала, что булочки несъедобные, голод все же побудил ее сорвать одну и надкусить. После чего она мигом умяла сладкую сдобу без остатка.

Сорвал себе булочку и Че.

– Это даже не булочка, а песочное пирожное, – со знанием дела заявил он. – Оно такое сладкое, потому что растет прямиком из сахарного песка.

– Откуда?

– Из сахарного песка. Здесь, на отмели, песчаное дно.

Вообще-то, такого песка полно по всему Ксанфу, есть даже песчаные пустыни, которые так и называют – Сахары. На этом песке растут лучшие сласти. Я, признаюсь, люблю есть его просто так, но мама не велит.

– Но песок нельзя есть, – возразила она, – и он вовсе не сладкий.

Че вытаращил глаза – Ну ты даешь! – удивленно сказал он. – Чтобы эльфийская девчонка и не слышала про сахарный песок У.

– Такого песка не бывает, Чей!

– Что – чей? – нахмурился кентавр.

– Ты Чей, – сказала она.

– Я ничей.., ну, разве что папин и мамин.

– Давай-ка лучше начнем с самого начала, – сказала Дженни, позаимствовав это предложение у матушки Чекс. – А для начала как следует познакомимся. Ты…

– Кентавр Че, из числа крылатых чудовищ Ксан-фа, – охотно представился он.

– Ой, прости. А мне показалось, будто тебя зовут Чей.

– Пустяки. А ты?

– Я Дженни из Мира Двух Лун. Там, откуда я родом, песок – это что-то вроде толченого камня, и есть его нельзя.

– Но, вообще-то, наш песок тоже что-то вроде крошева из горного хрусталя, откуда-то из Великих Карамельных Гор. Потому-то он так хрустит. А ты, я вижу, хоть и эльфесса, но не из местных. Вяз-то твой где?

– Почему все толкуют о каких-то вязах? – спросила она. – Я их в жизни не видела!

– Вот те на! Но ведь все эльфы связаны с вязами. У каждого эльфийского племени есть свой вяз, вокруг которого расстилаются их владения. Чем ближе к вязу, тем эльф сильнее, а раз ты далеко, так должна быть совсем слабой.

– Но я не привязана ни к какому вязу! – возразила Дженни. – И никто из моих родичей тоже. Насчет «ослабла» – тут ты не ошибся, но это от усталости, а не из какого-то там дерева.

– Видно, твоя Двухлуния из тех дальних стран, про которые мама мне еще не рассказывала, – задумчиво промолвил Че. – Это ведь не в Ксанфе, правда? А что, у вас там действительно две луны?

– Конечно. Мой мир совсем непохож на ваш Ксанф, про который я до сего дня и слыхом не слыхивала. Чудно тут у вас – ничего не поймешь. Вишни взрываются, песок едят, а тут еще не то люди, не то птицы, не то лошади… Ой, прости! Я ничего тако…

– Да все в порядке. Все кентавры ведут свой род от .людей и лошадей, а у нас, крылатых, есть среди предков и птицы. Мой дедушка был гиппогрифом.

– Гиппо.., кем?

– Хм., ты назвала бы его конем с птичьей головой.

Дженни покачала головкой.

– Расскажи мне кто про такое, ни за что бы не поверила. Но собственными глазами видела, как летает твоя мама.

– Да, она это может. Хлестнет себя хвостом, сделается легкой – и в небо. С хвостом-то и у меня полный порядок, но вот крылья пока слабоваты, так что я еще не летаю. Но прыгаю далеко.

– Так ты тоже можешь сделать себя легким?

– Почему только себя? Я могу сделать легким что и кого угодно, но, конечно, не хлещу хвостом без спросу кого ни попадя. Это было бы невежливо.

– Ой, вот бы мне сделаться полегче. Может, тогда я не чувствовала бы себя такой усталой.

– Как угодно.

Че легонько хлестнул девочку по плечу хвостом, и та немедленно ощутила во всем теле такую поразительную легкость, что чуть не слетела с плота.

– Вот здорово! – воскликнула она.

– Здорово-то здорово, но будь осторожна, – предупредил Че. – Утяжелить тебя обратно я не могу, моя магия односторонняя. Но эффект облегчения постепенно ослабевает, и со временем сходит па нет.

Дженни почувствовала, как ее головка идет кругом, и вовсе не из-за легкости в теле или в мыслях. По всему выходило, что в здешнем мире магию использовали не Верховные, а самые обычные – хотя и совсем необычные – существа. Это многое объясняло.

– Одного не пойму, – сказал между тем Че. – Как тебя угораздило оказаться в Ксанфе?

– Сама не понимаю. Ведь оно как вышло: Сэмми всегда находит что ищет, он побежал на поиски, а я за ним. Он нашел твое перышко – и мы оказались здесь.

– Стало быть, твой Сэмми – существо волшебное.

– Что ты, он обычный котик. Только с необычной способностью все находить.

– А разве это не магия?

Дженни задумалась.

– Знаешь, а, пожалуй, ты прав. Кстати, здесь он стал находить все, что нужно, еще быстрее, чем раньше.

– А твой магический талант, он какой?

– Мой? – Дженни чуть не покатилась со смеху. – У меня и обычных-то талантов никаких нету, что уж говорить о волшебстве. Дома я даже видеть толком не могла; зрение мне поправила твоя мама, с помощью этих волшебных стеклышек.

– А может, ты просто не знаешь, потому что не пробовала?

Девочка взглянула на него с интересом.

– Ты что, вправду думаешь, будто я могу обладать какой-то волшебной способностью? Например, делать вещи легкими, или тяжелыми, или что-то в этом роде?

– А почему бы и нет? У нас все люди обладают магическими талантами, да и многие из других народов тоже. Правда, эльфы в основном довольствуются общей племенной магией – она-то и привязывает их к вязам, – но ты нездешняя и больше похожа на людей.

– Это было бы здорово. Но как узнать, какой у меня талант?

Новый мир стал открываться девочке с неожиданной стороны, и ей даже подумалось, что он не так уж плох.

– Ой, правда, я совсем забыл про обыкновенов. У них талантов не бывает, но ты ведь не из Обыкновении?

– А кто такие обыкновены?