Мама - Ольга Богатикова

— Она знала, что на птице есть логотип?

— Нет. Я первый, кто додумался заглянуть чайке под хвост. Знаешь, что самое интересное? Бабушка этот символ узнала.

— Да ну?!

— Ей, конечно, ничего не известно ни о лиарской фирме, ни о ее продукции. Просто этот рисунок был на борту лодки ее покойного сына.

— Нам с тобой определенно везет! — воскликнула я.

— Не то слово, Ви. Значит теперь нужно выяснить, что за фрукт был этот сынок.

Я пару секунд покопалась в лежавших на моем столе распечатках и вынула нужный лист с фото, биографией и характеристикой. Быстро пробежалась по ним глазами.

Рид Лорден. Рыжеватый кареглазый мужчина лет тридцати. Вежливый, деликатный человек. Примерный муж. После окончания колледжа пять лет трудился слесарем на судоремонтном заводе. Потом попробовал себя в бизнесе, но быстро прогорел и до самой смерти работал плотником в ривском порту. С коллегами был дружен, нареканий от начальства не имел.

Интересно, что за бизнес он пытался вести?

— Дир, нужно послать ребят поговорить с коллегами этого Рида. Вдруг кто-то вспомнит, с кем он ссорился или серьезно конфликтовал. Еще нужно проверить что за дело он начал после увольнения с завода, и что за лодка у него была. Сделать это нужно как можно скорее.

— Понял. До вечера все выясним, Ви.

К работе по делу «проклятой чайки» Дир для скорости привлёк ещё двоих наших следователей. Уже через полтора часа они предоставили мне первые результаты — проблем с коллегами у покойного Рида Лордена не имелось, так как он был добр, спокоен и отзывчив.

Честно говоря, что-то такое я и ожидала. Поэтому меня больше интересовал его неудавшийся бизнес — он наверняка был связан с лодкой, на борту которой имелся логотип лиарской горе-фирмы. Поэтому пока ребята собирали информацию, я просматривала в архиве оцифрованные газетные статьи прошлых лет. Просто появилось предположение, что, несмотря на заверения Дира, оскандалившаяся компания все-таки могла оставить след и в Риве — небольшой и не привлекший внимание УСП. Одновременно с этим я отправила срочный запрос в центральное УСП с просьбой выяснить были ли поставки чудо-материала в другие регионы Заринора и какова дальнейшая судьба его производителей.

Ответ столичные коллеги пообещали прислать вечером, а в местном архиве никаких упоминаний об искомой фирме я не нашла.

Мои настенные часы показывали пятый час вечера, и я уже собиралась закрывать очередную страницу с отсканированной газетной полосой, как вдруг мое внимание привлек крошечный текст, обведенный черной траурной рамочкой: «Рид Лорден и вся его семья выражают искреннее соболезнование Норме Доти в связи с трагической смертью ее сыновей. Скорбим вместе с Вами».

В другой ситуации я бы, наверное, не придала этому соболезнованию значения, но сейчас оно меня зацепило. Причем по целым трем параметрам: во-первых, по времени выхода в печать оно совпадало с примерным периодом разорения Рида Лордена, во-вторых, опубликовано соболезнование было как раз от его имени, в-третьих, оно явно связано с каким-то печальным происшествием.

Конечно, был вариант, что никакого отношения к смерти самого Лордена эта писулька не имеет, но моя профессиональная чуйка подсказывала, что я нашла очень важную информацию.

— Ви! — в кабинет вихрем ворвался Дир в компании Курта Вейса — одного из наших следователей. — Смотри, что мы отыскали!

Они бухнули мне на стол папку с бумагами.

— Вита Лорден рассказала, что ее сын после того как уволился с завода решил попробовать себя в качестве рыбака, — принялся рассказывать Штейн, пока я разбирала принесенные ими документы. — Купил где-то по дешевке лодку, снасти, получил лицензию, нанял двоих помощников и отправился на промысел.

— Причем, в море он вышел единственный раз, — добавил Курт. — Посмотри в папке третий лист, он из отдела морского лицензирования.

— Рид решил работать один, не зависимо от рыбачьей артели, — задумчиво пробормотала я.

— Да. Поэтому его лодка отошла в сторону от лодок артели и, по всей видимости, забралась слишком далеко от берега. В тот день был сильный штром, Ви. Ты тогда еще жила в столице и не видела, что здесь творилось. Ту бурю в Риве помнят до сих пор.

— Я угадаю, что было дальше, — сказала я. — Лодка господина Лордена была изготовлена из пресловутого чудо-материала, поэтому во время шторма она развалилась на куски. Рид при этом как-то умудрился выжить, а его помощники погибли.

Мужчины уставились на меня удивленными взглядами. Я молча увеличила на мониторе магбука соболезнование Норме Доти и указала на него своим подчиненным. Те быстро пробежали текст глазами.

— А вот и наш заказчик-проклинатель, — задумчиво пробормотал Курт.

— Ты думаешь, это мать погибших рыбаков прислала Лорденам чайку? — уточнил у него Дир.

— Мотив у неё точно был, — согласилась я. — Горе по-разному действует на людей, а у этой женщины случилась настоящая беда — она в одночасье потеряла двоих детей. Госпожа Доти могла винить в смерти сыновей не стихию, а Лордена, в течение нескольких лет таить злобу, а потом отомстить.

— Тогда почему она решила оставить в живых только мать своего обидчика? Не логичнее было бы убить всех, кроме него самого?

— А это вы спросите у нее лично, — сказала я. — Как только узнаете, что именно она собой представляет. Возможно, мы с вами ошибаемся, и эта Норма Доти — безобидный божий одуванчик. Еще нужно уточнить у Виты Лорден не угрожала ли эта женщина ее сыну, а также узнать у медиков нет ли у Доти каких-нибудь психических заболеваний.

Дир тут же отошел к окну, чтобы поговорить по телефону с нашей клиенткой, а мы с Куртом вывели на экран адреса всех Норм Доти, проживающих в Риве. Таковых, к слову, оказалось пятнадцать.

Пока Дир общался с нашей клиенткой, мы вычеркнули из этого списка тех женщин, которые не подходили нам по возрасту — были слишком юны или, наоборот, находились в очень преклонном возрасте.

Удача нам улыбнулась и на этот раз — из пятнадцати горожанок под наши требования подошли всего три.

— Госпожа Вита ничего не знает о госпоже Доти, — сказал нам Штейн, убирая телефон в карман брюк. — Если с ее стороны угрозы и были, сын матери об этом ничего не говорил.

— Значит, будем проверять этих троих, — кивнул Курт.

— И сделаем это очень быстро, — добавил Дир. — Клиентка сказала, что её внучке стало хуже. Надо торопиться, господа.

— Проедемся по всем трём адресам или попытаемся вычислить нашу проклинательницу здесь? — уточнил Вейс.

— Попробуем вычислить на месте, — решила я.

Потом открыла страницу ривского управления социальных отделов, ввела специальный пароль УСП. Почти минуту система решала допускать ли меня к архиву кратких персональных данных жителей нашего портового города. Потом монитор мигнул желтым светом и открыл страницу нужного архива.