Левый глаз дракона - Ален Лекс

– Ох…

– Знаешь, что я видела ночью? По этой вот самой улице, прямо под нашими окнами, промаршировала целая толпа скелетов. Самых настоящих скелетов: только кости и ничего больше. И глазницы их светились синими огоньками изнутри. Знаешь, что они делали? Пели похабные частушки. Уж не знаю чем: ртов-то у них нет! Но слышно их было, наверное, на другом конце города!

– Частушки? – Что-то такое он припоминал. Как ему показалось, просто идущие в темноте белые шеренги выглядят слишком тихо и несоответственно его настроению…

– На улице шептались, что в других концах города тоже видели скелеты. Кто-то говорил, что скелеты играли в салочки и танцевали польку. Рассказывают, что церковники чуть с ума не посходили, пытаясь уничтожить всю эту армию смерти. А часть скелетов им так и не удалось упокоить: они вросли в камень центральной площади. Шепчутся, что вросшие кости образовали весьма неприличный символ.

– Ох… – Кажется, он припоминал что-то еще. Ему казалось, что он летал по какому-то собору и… – Боги великие… Что же я натворил… – Он обхватил руками раскалывающуюся голову.

– Да уж.

Она покосилась на сопящих на кровати девочек и опять уставилась в грязные доски пола. Л'эрт наконец понял.

– Ты сердишься?

– Нет!

– Да. Прости, я иногда такой идиот… – Он не договорил. Чуткое ухо вампира уловило посторонний шум внизу. – Сюда кто-то идет. Надеюсь, не церковники, но… Белочка, здесь можно где-нибудь спрятаться?

Ратиниара нахмурилась:

– Разве что только наверху. Пойдем. – Она дернула его за руку.

– Подожди. Где моя одежда? – Бегать по городу нагишом его не очень устраивало.

– Потом найдешь. Пошли! – Теперь шум внизу слышала уже и она.

Они осторожно выскользнули на лестницу, стараясь двигаться тихо. У вампира это получилось, у эльфийки – нет. Ратиниара потянула его за собой, не давая рассмотреть, что происходит внизу. Вбежав вверх по шаткому настилу, они оказались на чердаке. Дверь запиралась изнутри засовом, каковой эльфийка и поторопилась задвинуть, обдирая руки.

Здесь пахло пылью, и кругом висела паутина. Единственное крошечное окошко выходило на крышу. Л'эрт распахнул его и выглянул наружу. На крыше прятаться было негде, оставалось затеряться в тумане улиц.

Краем уха он различил скрип ступеней и голос Калары:

– Да говорю же я вам, нет у меня никаких магов!

Отвечавший ей голос был тих и размерен:

– Мы проверяем все дома. Пресвятой Кхенеранн дал указание проверять всех. Мы не делаем исключений. С дороги!

Л'эрт округлившимися глазами смотрел, как дверь на чердак вспыхнула по периметру белым сиянием – и с легким шелестом ввалилась внутрь. Он едва успел отодвинуться подальше. Что происходит, забери всех демоны? Церковники никогда не были магами! Его напряжение передалось Ратиниаре: она судорожно вцепилась пальцами ему в плечо.

– Во имя Наисвятейшего! – В образовавшийся проем вошли двое в серых мантиях. Тот, что шел первым, в вытянутой руке держал крест.

Как только церковник переступил порог, крест полыхнул ярким светом, заставляя вампира болезненно сощуриться и шагнуть назад.

– А-а-а-а, так в этом доме прячется нечисть! Изыди, проклятая душа! – Размахивая крестом, он пошел на вампира.

Л'эрт сглотнул, автоматически выбрасывая вперед защитное заклинание. Но оно почти сразу же погасло, наткнувшись на пылающий крест.

Церковник издал довольный смешок.

– Твоя проклятая душа не может сопротивляться силе Наисвятейшего! – Он поднял крест повыше над головой, словно факелом, освещая им все вокруг.

– Не тронь его! – Ратиниара метнулась вперед, стараясь перехватить руку с крестом.

Церковник оттолкнул ее, будто она ничего не весила. Эльфийка ударилась о стену и сползла по ней вниз, свернувшись дрожащим комочком.

– Прочь, слуга проклятого! Прочь!

С пылающего креста сорвались белые сполохи, упали на дощатый пол и, словно живые, потекли к вампиру. Он шагнул назад, еще и еще – пока в спину не уперлась распахнутая створка окна. Выпрыгнуть на крышу? И что это даст? Разве что небольшую отсрочку. Сполохи подкатились почти вплотную к пальцам его ног и замерли, как будто ожидая приказа. Кожей Л'эрт чувствовал исходящий от них огромный жар. Ему стало страшно.

– Покайся перед смертью, проклятая душа!

В глубине души вампира шевельнулся темный комок, пытаясь развернуться в нечто большее.

– Призови меня, ч-человечек… Призови меня!

Он судорожно сглотнул. Какое искушение! Только несколько слов – и уж великая богиня Тьмы наверняка справится с парочкой служителей Пресвятой Церкви. Но вот только чем придется ей заплатить?

Белые сполохи, замершие у его ног, гипнотизировали переливами света.

– Нет, Клиастро!

– Ты так глуп, человечек! Призови меня – или ты сейчас умрешь! Я чувствую силу, и сила эта куда больше твоей! На сей раз Свет не поможет тебе, человечек… Призывай же меня!

У него еще был шанс вырваться из этой ловушки. Вырваться, не трогая Изначальную Силу. Вот только шанс этот нес с собой много смертей.

– Я сказал: нет!

Он ощутил отзвук скрываемого бешенства. По нервам полоснуло болью, но сейчас это лишь помогло ему сосредоточиться. В конце концов, раз ворвавшиеся все равно знают, что он нежить, что ему терять?

Визг, наполнивший комнату, огнем рванул по барабанным перепонкам. Л'эрт метнулся вперед – быстро, слишком быстро для церковника. Тот только начал замахиваться крестом, когда зубы вампира уже рванули сонную артерию на его шее. Темно-алые брызги разлетелись в стороны. И тут же Л'эрт отскочил в сторону, поворачиваясь ко второй фигуре в сером. Тот ошарашенно смотрел, как оседает вниз его напарник, булькая кровью из разорванного горла. А спустя долю мгновения уже разделял его судьбу, даже не успев заметить атаки вампира.

Л'эрт вцепился в него, жадно глотая теплую кровь. Голова у него кружилась, сознание растворялось в алой дымке.

Его тело обхватили и попытались тряхнуть теплые руки.

– Оставь его, оставь, пожалуйста! Он уже мертв!

С придушенным шипением он обернулся. Вампир выглядел жутко: лицо его заливала свежая кровь, длинные иглы клыков блестели в полуоткрытом рту. Глаза стали абсолютно черными.

Ратиниара не смогла совладать с собой и непроизвольно шагнула назад. В глазах Л'эрта сверкнуло бешенство, он опять припал к разодранному горлу церковника.

Эльфийка с присвистом втянула воздух. Это… это существо… это не может быть он! Она до боли стиснула кулаки, впиваясь ногтями в ладони.