Красный вереск - Олег Верещагин

— Не прыгай. Я еще пока не понял, кто ты такой. И не хочу ошибиться. Ты, думаю, тоже не хочешь, чтобы я ошибся?

— Убери винтовку, — ответил Олег сквозь зубы. Парень рассмеялся:

— Я же сказал — я не хочу ошибиться! Ни в какую сторону… Ты кто?

— Я забыл документы в столе дома.

Парень чуть выгнулся, рассматривая одежду и оружие, лежащие на плитах;

— Горожанин, воюешь за горцев?

Прямой ответ в такой ситуации сулил выигрыш и проигрыш 50/50. Если это хобайн — то Олег покойник. Если нет — повезло. Отпираться же от оружия и барахла не имело смысла.

— Да, — честно ответил Олег. И невольно вновь перевел глаза на ствол, потому что в ответ на эти слова мог раздаться выстрел. На таком расстоянии мощная пуля разнесет ему голову в брызги и глубоко уйдет в камень… И это будет логической, хотя и обидной платой за идиотизм.

Но, по крайней мере, боли он не ощутит. Что ж…Олег твёрдо перевёл взгляд в глаза парню.

Ствол поднялся. В голосе парня прозвучало нечто вроде извинения:

— Прости. Но представь себе — ты приходишь домой, а в твоей ванне разлегся невесть кто…

— Я не невесть кто, — буркнул Олег, поднимаясь. Кайф был поломан и лежать в бассейне дальше не имело смысла. — Я — Вольг. Вольг Марыч из племени Рыси.

— Это я вижу, — отметил незнакомец, кивая на татуировку и ставя винтовку к ноге. Олег вылез из бассейна и, сердито посмотрев на гостя… или хозяина? — этого места, уселся на край обсыхать. У него на секунду появилось желание, схватив автомат, поменяться ролями. Но парнишка больше не проявлял агрессивных намерений, да и все-таки на интуитивном уровне казался симпатичным…

— Ладно, не обижайся, — как раз улыбнулся он, — Я — Павел Перегудов, будем знакомы.

Он протянул над бассейном руку. Олег помедлил, но ответил тем же — руки сомкнулись, и несколько секунд мальчишки испытывали силу друг друга, глядя прямо в глаза. Наконец Павел засмеялся и попросил:

— Ладно, отпусти. Сдаюсь.

Олег улыбнулся тоже…

…Уже одеваясь, он спросил нового знакомого:

— Ты как тут оказался?

— Я вообще охотник, — ответил Павел, — с юга. Пробрался сюда из-за данванов, у нас с ними взгляды на жизнь и миропорядок разные. Они за всемирную стабильность, а я за свободную любовь.

— А сейчас не охотишься? — медленно спросил Олег. Павел смерил его взглядом и ответил с легким вызовом:

— Случается. А что?

— Да ничего, что, — пожал плечами Олег. — Сдается мне, мы на одного зверя охотимся.

— Так ты всё-таки партизан, — Олег впервые услышал тут это слово и фыркнул:

— Интересная фигня! Встречает во время войны в тундре один парень другого и спрашивает: "Ты партизан?" Нет, не партизан! Веришь?

— Верю, — кивнул Павел, — не партизан, так не партизан… Так ты один?

Олег внимательно на него взглянул:

— Ты видишь тут еще кого-то?

Павел ему нравился. Пожалуй, он был бы рад, соберись этот парень идти вместе с ним к Тенистому — не так скучно, да и боец новый — неплохо. Но Олег хорошо помнил Антона. И. что случилось, когда они доверились пареньку с честным, открытым взглядом.

А через секунду до него дошло, что он не может уже просто так уйти. Он должен любой ценой все выяснить и довериться Павлу или…

Или убить его.

— Есть хочешь? — между тем спросил Павел. — У меня тут кое-что…

— У меня тоже имеется. Спасибо, я не голодный.

Павел кивнул. Внимательно посмотрел в небо. Сказал озабоченно:

— Дождь сейчас начнется… Ты вообще-то куда идешь?

"Вот оно!" Олег напрягся и спокойно ответил:

— На северо-востока Моховым горам. Буду искать своих.

Павел мотнул головой:

— Ну что, пойдешь сразу, или попробуешь переждать дождь? Он вроде бы ненадолго…

По каким признакам он это определил — Олег не понял. Приглашение же могло показаться и искренне-радушным… и подозрительным. Олег пожал плечами:

— Останусь, если ты не против. Может, правда закончится…

…Обиталище Павла оказалось симпатичной комнатной — очевидно, караулкой. Как и предполагал Олег, тут было паровое отопление, поэтому Павел даже не обзавелся спальником — на полу было разостлано самое обычное одеяло, только очень легкое и пушистое. Стояли какие-то коробки и автомат — «калашников» неизвестной Олегу модификации. Вроде бы все косвенно подтверждало честность Павла. В самом деле — не для Олега же специально разыграна комедия?

В открытом очаге горели куски торфа — не для тепла, для света. Павел уселся на ящик, Олег устроился лежа на теплом полу. Одобрил:

— Хорошо живешь. И вход здорово замаскирован, фиг догадаешься… — и спросил неожиданно для самого себя: — У тебя есть девчонка?

Павел, смотревший в огонь, изумленно взглянул на Олега. Помедлил. Взгляд его сделался каким-то странным, и он заговорил — Олег не сразу понял, что новый знакомый читает СТИХИ ПО-АНГЛИЙСКИ! Очень чисто, с хорошо поставленным произношением…

Когда меня отправят под арестБез выкупа, залога и отсрочки,

Не глыба камня, не могильный крест, —

Мне памятником будут эти строчки.

Ты вновь и вновь найдешь в моих стихах

Все, что во мне тебе принадлежало,

Пускай земле достанется мой прах, —

Ты, потеряв меня, утратишь мало.

С тобою будет лучшее во мне.

А смерть возьмет от жизни быстротечной

Осадок, остающийся на дне,

То, что похитить мог бродяга встречный.

Ей — черепки разбитого ковша,

Тебе — мое вино, моя душа…

(74-й сонет В.Шекспира.)

— он перешел на русский: — Это ответ на твой вопрос.

— Я соврал, — вырвалось у Олега. — Я иду не к Моховым, а на Тенистое озеро. Там наша чета. Пойдешь со мной?

* * *

Павел оказался превосходным ходоком. Собственно, Олег не вполне понял, почему тот согласился идти к Тенистому. А спросить впрямую, не хочет ли Павел присоединиться к чете — стеснялся. Но откуда-то пришла твердая уверенность: Павел не притворяется СВОИМ, он СВОЙ.

Сейчас Павел шагал левее и чуть впереди, неся свою чудовищную пушку на плече. Автомат он оставил в убежище, из чего Олег заключил: все-таки собирается вернуться.

— Что это за крепость? — задал Олег давно интересовавший его вопрос. Павел равнодушно ответил:

— Очень древняя… Может — арийская, но я точно не знаю… Вы пришли из Лесной Крепости?