Красный вереск - Олег Верещагин

…Олег проснулся по уже здесь непонятно откуда появившейся привычке — почувствовав, что есть рядом кто-то бодрствующий. И по той же привычке, проснувшись, не пошевелился — лишь осторожно открыл глаза.

Он увидел двух человек, сидящих на разостланном поверх валуна плаще — рядом, в нескольких шагах. И почти тут же узнал Йерикку и Тура. Они разговаривали — тихо, еле слышно.

— Что там, на юге? — голос Йерикки. Плечи Тура приподнялись:

— Лучше, чем ожидалось… Во многих городах волнения, кое-где баррикадные бои… Мы оказались достойней, чем сами о себе думали. Месяца через два — максимум — данваны от вас отступятся.

— А потом? — тихо спросил Йерикка; Олег едва расслышал его. — Потом — что, Тур? Они дорежут тех, кто восстал на юге — нашими же руками, руками военных и молодежи из закрытых школ. Перебьют последних, кто способен сопротивляться. И снова возьмутся за нас. У них есть время. У нас — нет. А скотиной так просто и заманчиво быть… Былой славой бой не выиграешь, Тур.

— Если уж вспоминать поговорки — так вспомни: "Кто храбр да стоек, тот десятерых стоит!"

— Стоит, — легко согласился Йерикка. — И больше стоит… НО ДАЛЬШЕ-ТО — ЧТО?.. Бежать всем на Землю через оставшиеся в наших руках телепортаторы?

— Их все меньше… — сказал Тур. — Да и на Земле то же самое, хоть и не так открыто…

— Вот видишь…

— Может быть, мы все-таки найдем ИХ, — неуверенно ответил Тур. Йерикка улыбнулся, судя по голосу:

— В последний момент, как в басне… И куда уйдем? Мне иногда кажется, что данваны — везде. Они носят разные имена, но они вездесущи…

— Мы ищем, — повторил Тур. — Почти все наши — здесь, мы ищем. Это наш долг.

— Не говори мне о долге… Послушай, зачем ты вообще пришёл?

— Олег сказал мне, что у вас кончаются боеприпасы. Пятнадцать лет назад люди, которые — ты знаешь — собирались захватить фрегаты в Виард Хоран и убить Капитана, заложили тут, неподалеку, склад. Он цел. Возьмете все, что сможете унести. Я покажу место.

Йерикка никак не отреагировал на слова о складе. Он посидел, сгорбившись, потом спросил:

— Что же теперь делать?..

— Ничего, — откликнулся Тур. — Теперь иди спать.

— Как же теперь спать? — вздохнул Йерикка…

…Неизвестно, ложился ли Йерикка. Во всяком случае утром, когда Олег встал, тот все еще сидел на том же месте, в той же позе, что и раньше. И не пошевелился даже, когда Олег подошел и сел рядом.

— Я все слышал, — сказал Олег без околичностей. Йерикка усмехнулся, поставил подбородок на переплетенные пальцы. — Я могу помочь?

— Помочь? — Йерикка поднял голову, дружелюбно посмотрел на Олега. — Чем, прости?

Он выглядел усталым. Глаза обвело черным, скулы выступили резче. И Олег вместо того, чтобы ответить на вопрос, сказал:

— Ты фигово выглядишь…

Йерикка несколько секунд смотрел на него, потом вдруг губы рыжего горца раздвинулись в улыбке:

— Это все от безделья, — Олег удивленно отстранился, а Йерикка, продолжая улыбаться, пояснил: — Люди умирают, потому что ложатся. Еще никто и никогда не видел стоячего покойника.

— Хочешь сказать, — Олег решил поддержать шутку, — что отдых на тебя пагубно действует?

— Ну. Сам же видишь — стоило нам перестать драться, и я сразу поплохел…

— Да ну тебя в Реввоенсовет… Чего серьезное сказал бы.

— Так я серьезно… — продолжал придуриваться Йерикка, но, увидев, что Олег готов обидеться, обнял его за плечи и качнул: — Не дуйся… Чем ты можешь помочь? Отдохнем, боеприпасами запасемся, а там я что-нибудь изобрету… для поправки здоровья.

— Двоим думать легче, — возразил Олег. Йерикка покачал головой:

— Одна не болит голова, а болит — все одна… Хватит о грустном. Лучше попробуй со мной справиться, ну?!

Он плавно поднялся, вытягивая из ножен меч.

— Без камасов? — Олег тоже встал.

— Без, — согласился Йерикка. — Посмотрим, что ты за последнее время усвоил! — он вскинул меч на уровень плеча так, что клинок составлял с рукой прямую линию, а сжатую в кулак левую заложил на спину. Олег замер напротив в обычной стойке — ноги чуть расставлены, корпус согнут, меч в правой руке смотрит лезвием на врага, концом — вверх.

Дзанг, дзанг, дзагг! Олег легко постукивал по оружию Йерикки, тот, улыбаясь, чуть отклонял свой меч после каждого удара и тут же возвращал его обратно.

— Нападай, что ты? — поддразнил он Олега, и тот молниеносно пошел в атаку — отшвырнул оружие противника и рубанул в плечо. Йерикка пригнулся, подсек ноги — Олег подпрыгнул… и замер, едва приземлился. Кромка меча Йерикки у самого кончика упиралась в горло землянина.

— Слабак, — констатировал рыжий горец, убирая оружие. — Давай еще раз. Сколько тебя можно учить?!

— Ладно, — зловеще пообещал Олег. — Сейчас пойдут клочки по закоулочкам!

Он атаковал Йерикку быстрыми двойными ударами — вверх справа-слева, вниз справа-слева. Йерикка отбивал удары с ужасно раздражающей улыбкой, а потом со словами: "Ну, хватит," — нанес неуловимо-короткий удар в лезвие у эфеса, и… меч Олега отправился в полет под вопль своего хозяина:

— БЛИН!!! Ни фига не понимаю, — признался Олег, тряся в воздухе кистью. — Ну ладно, когда я сюда к вам только пришел. Но сейчас-то я не хуже любого в чете! А вот с тобой… — Олег не нашел слов и подозрительно спросил: — Иди это ОСОБЫЕ фокусы?

— Особые, — не стал скрывать Йерикка. — Но ничего сверхъестественного в них нет. Просто нужно ясно видеть Цель и Дорогу.

— Цель? Дорогу? — переспросил Олег, удивленный тем, как Йерикка произнес эти слова.

— Как-нибудь потом расскажу, — ответил Йерикка. — Давай еще раз?

Однако, лязг стали, реплики и шум разбудили, уже всех, кого можно. Посыпались реплики:

— Приискали поутру дело…

— То ли у них все ладно да весело?..

— Нечасто по нынешним-то делам…

— А й нам тоже?!.

Последнее предложение встретило живой отклик, и скоро чуть ли не все горцы уже рубились на мечах. А вот Олег и Йерикка отошли и сели на камни. Йерикка принялся отбивать кромку оружия, насвистывая сквозь зубы. Олег сказал задумчиво:

— А здесь грустно.

В самом деле. Озеро полностью соответствовало своему названию. Деревья, росшие вокруг него, имели широченные листья… но были эти листья серо-белесыми, будто глаза ночных чудовищ. В сумраке дождливого дня они смотрелись вполне уместно. Олег узнал ольху, иву — но изуродованные до неузнаваемости почти. От самого озера разило тухлыми, яйцами с такой силой, что к берегу никто не решался подойти. Да и незачем было — рощи вокруг лежали безжизненные, давящие этой серой пустотой. Это Олег понял еще вчера, когда в сопровождении группы энтузиастов попытался проникнуть ближе — и позорно бежал, зажимая нос.