Ветры империи - Сергей Иванов

— Что ж с того? — откликнулся Эрик. — Мы отыщем вход и откроем, если потребуется — взорвем…

— И взорвемся сами, — мрачно заключил исполин. — Кровь у нас закипит, понимаешь? Четыре готовых покойника — с ходу.

— Так отсидимся в машине.

— Тогда взорвется колпак — он-то рассчитан на давление снаружи.

Снова обежав глазами зал, Горн щелчком пальцев привлек внимание девушки и о чем-то с ней потолковал — с такой стремительностью, что Тигр едва различал движения кистей. Затем тоже спрыгнул на древние плиты и сказал:

— Ладно, прогуляюсь пока наверх — а вы возвращались бы лучше к машине.

Приблизившись к скобам, гигант стремительно побежал по ним к балкону, с гулом раздвигая тяжелый воздух. Восторженно Эрик проследил за напарником до самого верха, не отказал себе в таком удовольствии, потом развернулся к подопечным и снова удивился — теперь Олту, едва ли не обнюхивавшему свой замшелый столб.

— Здесь даже цепи сохранились! — ликующим хрипом возвестил старик. — Вы только представьте, как это могло выглядеть: трепещущая на привязи жертва, обольстительная и трогательно беспомощная, а на нее неумолимо наползает голодное чудище, завораживая страшным взглядом… — Прищуря глаз, Олт насмешливо посмотрел на Тигра.

— Свинство! — убежденно сказал Эрик. — А чем безобразнее поступок, тем старательней его приукрашивают: выбирали, видите ли, самых красивых, — да зачем, если зверь ценил их за вес?.. А вообще ему могли ведь скармливать и преступников — хотя и это бессмысленная жестокость.

— Жестокость — согласен, однако вовсе не бессмысленная, — возразил Олт. — Привораживая своих богов, огры учились копировать природу.

— Богов? — возмутился юноша. — Таких вот страшилищ?

— Боги древних огров были вполне конкретны — увы, Эрик, но ваши предки никогда не отличались фантазией и поклонялись тем, кого видели и кого боялись — хозяевам пучин, недр, гор… И даже много позже ограм потребовалась рядом Божественная, иначе они давно бы отреклись от богов, а затем разуверились бы даже в Духах!..

— Завидуете нашей практичности, Олт?

— Видите ли, мой юный недруг, практичность вовсе не в том, чтобы зарываться в землю по уши, а как раз в умении не терять ее из виду, даже высоко взлетев.

— И все же именно мы, огры, покорили всех!

— Вы, бедняги, выросли среди этих кошмаров, — грустно ответил старик, — и в конце концов стали походить на них сами. Конечно, многое здесь огры сумели скопировать, но опоздай вы с этим хоть на немного, соседи встретили бы вас куда более грозным оружием, и тогда вам пришлось бы остаться в этих горах навечно, разве нет?

— Не очень-то вы нас любите — а, Олт?

— Просто я объективен, — возразил старик. — Мне несложно быть таким, потому что у меня нет родной нации — я стою над сварой. И мне даже жаль огров, ибо я понимаю вас лучше, чем вы себя сами. Хранители оберегают вас от знаний, поскольку знания иногда рождают мысль. Вы ведь даже не знаете собственной истории!..

— К чему вам тогда власть, старина? — искренне удивился Тигр. — Если вас интересует совсем другое.

— Милый мой мальчик, мне же не оставили выбора!.. Как и многим другим. В этом дурацком, вывернутом наизнанку обществе заниматься наукой могут только спецы, да и то с большой оглядкой. Либо те же Хранители, но я-то не родился бесполым!.. Конечно, я не хотел разделять унижения первых и не мог примкнуть ко вторым — что мне оставалось? Только политическая карьера.

Внезапно Эрика дернули за локоть, и в изумлении он повернулся к Ю. Однако девушка уже указывала рукой в сторону, на покатую стенку бассейна, поверхность которой странно и жутко шевелилась. Секунду Тигр вглядывался и вдруг отпрянул, вырывая из кобуры лучемет: по каменному склону, сплошным потоком, из воды надвигались громадные членистоногие, угрожающе шевеля бледными клешнями, — сотни, тысячи их!.. В воздухе нарастало грозное потрескивание, словно горел лес.

Вскинув лучемет, Эрик полоснул по тварям молнией, обугливая первые ряды, затем схватил девушку за руку, кинулся к вездеходу. Сзади пыхтел и чертыхался Олт, стараясь не отстать.

— В воду, Эрик, — двигай в воду! — прогрохотал под сводами голос Горна. — Не жди меня!..

Вскинув голову, юноша увидел сыплющиеся с балкона короткие разряды. Сверху уже падали опаленные ошметки.

Подтолкнув вперед богиню, Эрик нырнул в «плавунец» и прыгнул к пульту. Старик уже карабкался следом, надсадно хрипя. Бросив ладони на клавиши, Эрик захлопнул колпак, кое-как заставил амфибию развернуться и проковылять по ступенькам вниз. Плюхнувшись в воду, она отпихнулась от лестницы, закачалась на поверхности. И сразу Тигр отодвинул руки от пульта, опасаясь ненароком вызвать погружение — и кто же тогда их сможет поднять?

Снова взглянув вверх, он увидел, как Горн пробежал к ближнему концу балкона, с разбега перемахнул перила и камнем ухнул в бассейн, даже в полете продолжая поливать стены огнем. С минуту Эрик волновался, сумеет ли тот выплыть (в полной-то экипировке!), но затем Горн выметнулся на колпак, через верхний люк спрыгнул к пульту и сразу направил машину вниз.

— Что это за мерзость? — поинтересовался Тигр, брезгливо ежась.

— А, ерунда! — отмахнулся гигант. — Гнездо озерных скорпионов растревожили — только и всего. Здесь им раздолье… было.

Скорость погружения все нарастала, виски точно обручем стиснуло, заныли уши. Краем глаза Эрик заметил, как затряс головой Олт, усиленно глотая, лицо его побагровело. «Что Горн вытворяет? — мелькнула мысль. — Угробит же старика!..»

— Ну, молитесь, — внезапно сказал Горн. — Если мы с Ю ошиблись…

Тотчас в днище ударил мощный поток, и «плавунец» будто остановился. Во всяком случае, давление в кабине перестало нарастать, хотя наружная вода убегала ввысь с прежней скоростью.

— Мне очень жаль, Олт, — проворчал гигант, — но теперь вы не скоро увидите свои драгоценные булыжники. Сейчас все это уходит под воду.

— Все-таки ты подорвал вход! — восхитился Эрик. — Когда успел?

— А чего тянуть? Главная сложность была: уравнять скорости погружения и подъема воды, — но, как видишь, не промахнулись.

Постепенно Горн стал тормозить спуск, отпуская вездеход следом за поднимающейся водой, — неприятные ощущения вернулись, однако ненадолго. Затем вода ударила по ним снова, теперь уже сверху, и замерла, вместе с «плавунцом».

Не спеша он стал подниматься, упираясь в стену широкими лучами. Скоро показалась исполинская лестница, а за ней и площадка со столбами, тоже погруженная теперь в мутную воду. Вокруг кружились, медленно опускаясь на дно, грозди гигантских скорпионов, разбросав оцепенелые когтистые лапы.

— Конец гнездовью! — сожалеюще произнес Горн. — Понял, малыш, что значит перепад давления? Если уж они не выдержали…

«Плавунец» проплыл над площадкой, снова уперся в стену и продолжил подъем, следуя за цепочкой скоб. Наконец достиг балкона и пополз вдоль него, перебирая лапами по перилам, — пока не добрался до выхода.