Ступени пирамиды - Антон Белозеров

* * *

За толстой медной дверью камеры послышался шум отодвигаемых засовов. Трис поднял голову и прислушался.

— Да что же это такое! — Возмутился он, стараясь, чтобы его голос был слышен в коридоре. — Не дают спокойно отдохнуть. Опять посетители!

Дверь растворилась и в камеру быстро проскользнул невысокий стройный человек, одетый в свободную черную одежду. На голову его был накинут капюшон, а лицо закрывал черный платок, так что между ними видны были только карие глаза, спокойно оглядевшие камеру и прикованного к стене узника. В руках он держал два коротких широких меча, с лезвия одного из которых стекали капельки крови. За спиной человека виднелся небольшой рюкзачок из черной кожи.

— А ты тут неплохо устроился. — Раздался тихий глухой голос из-под черного платка. — Светло, тепло.

— Присоединяйся ко мне, Старший Брат Полнолуния. — Трис попробовал скривить разбитые губы в усмешке. — Вдвоем будет еще веселее.

Человек в черном еще раз окинул взглядом камеру и отрицательно покачал головой:

— Благодарю за приглашение, но я, пожалуй, от него откажусь. У меня есть встречное предложение: вместе покинуть этот дворец.

— Звучит заманчиво. Я-то сперва подумал, что глава клана наемных убийц зашел, чтобы в последний раз посмотреть на того, кто две недели назад уничтожил два десятка его ночных воинов.

— Отчасти ты прав, Трисмегист. Я очень хотел увидеть тебя. Мои Братья Полнолуния до сих пор считались лучшими бойцами, в совершенстве владеющими искусством убийства. Мы с самого раннего детства постигаем эту науку. И вдруг какой-то северянин показывает нам такую совершенную технику, против которой мы оказываемся бессильны. Я бы многое отдал, чтобы еще раз посмотреть на тот ночной бой в Зеленой Долине…

— Так в чем же дело? — Усмехнулся Трис. — Освободи меня, и ты сможешь посмотреть на мой последний бой со стражниками и тюремщиками.

— Это не интересно. — Отмахнулся Старший Брат. Эти ленивые жирные людишки понятия не имеют о настоящем боевом искусстве. Они только бездумно размахивают мечами и копьями, давят врага массой. То ли дело мои Братья — знатоки и ценители ловкости и проворства. Если бы ты еще раз с ними встретился…

— Ты хотел бы еще раз посмотреть, как умирают твои Братья? — Удивленно приподнял брови Трис.

— Кто знает, что есть смерть, а что есть жизнь? — Пожал плечами Старший Брат. — Братья Полнолуния придерживаются той точки зрения, что не стоит бояться смерти, которая все равно рано или поздно настигнет каждого человека. Если твое ремесло — убивать, со временем понимаешь, как ничтожна жизнь человеческая. Некоторые мои Братья сознательно идут на смертельный риск, чтобы выполнить заказ на жизнь какого-нибудь правителя или военачальника. Иногда смерть жертвы и смерть ее убийцы, заколотого телохранителями, разделяют мгновения. Но это еще больше укрепляет наш клан и придает ему ореол всемогущества и всесилия. Наши заказчики знают, что слово Брата Полнолуния — закон.

— Так ты пришел, чтобы довершить неудавшееся две недели назад убийство. — Разочарованно протянул Трис. — А как же твое предложение вместе покинуть дворец?

— Ты неправильно понял пои последние слова. — За твою смерть Повелитель Горван нам не платил. Мы заключили договор, инициатором которого был я сам Нас никто не нанимал, а раз нет обязательств, нет и причин тебя убивать.

— А смерть твоих Братьев?

— Мы скорбим о них, но уважаем достойного противника. Мы восхищены твоим искусством и хотим, чтобы ты обучил нас ему.

— Теперь понятно. — Трис немного подвинулся в сторону, и его тяжелые цепи зазвенели. — Поэтому ты и хочешь освободить меня.

— Верно. Но только я хочу быть уверен, что ты честно и без утайки передашь нам свою науку и не постараешься при первом же удобном случае нас покинуть.

— Ты хочешь, чтобы я дал слово?

— Да! Этого мне будет достаточно.

Трис немного подумал, глядя неподвижными черными глазами в точку на противоположной стене, а потом сказал:

— Тогда у меня три условия.

— Мне кажется, — язвительно напомнил Старший Брат, — что ты не в том положении, чтобы торговаться.

— Как хочешь. — Трис закрыл глаза и сделал вид, что собирается заснуть. — Тогда прощай, Старший Брат.

Человек в черном, не ожидавший того, что узник может добровольно отказаться от освобождения, немного помялся, но все-же спросил:

— Ладно, Трисмегист, какие это три условия?

Трис, не открывая глаз, отчетливо произнес:

— Первое: вместе со мной ты освободишь моего друга Ремина и принцессу Этла-Тиды. Второе: мы все вместе покинем этот город. Если после того, как мы отъедем на расстояние дневного перехода от города, ты все еще будешь настаивать на том, чтобы я обучал Братьев Полнолуния, я пойду за тобой, а Ремин с принцессой отправятся, куда захотят.

— Ну ты даешь! — Не то возмутился, не то восхитился Старший Брат. — Всего-навсего освободить твоего друга и принцессу и вывезти их из города. Да ты хоть представляешь себе, чего мне стоило проникнуть в твою камеру? Три десятка моих Братьев сейчас находятся во дворце. Нам пришлось убрать всех тюремщиков в подземелье. Если вдруг кто-нибудь обнаружит, что в замок пробрались ночные воины, и поднимет тревогу, то против нас соберется столько солдат из гвардии Горвана, что…

— Прекрасно. — Перебил его Трис. — Раз в подземелье нет охраны, значит, камеру Ремина мы найдем без труда. Чем быстрее ты всех освободишь, тем с меньшим риском мы покинем дворец.

— А принцесса? — Спросил Старший Брат. — Ведь она не в тюремной камере, а где-то в самом центре дворца. Как я ее найду? Как смогу провести ее через комнаты, которые охраняются десятками отборных солдат-южан?

— Это уже моя забота. — Пожал плечами Трис. — Освободи меня, и я преподам тебе первый урок искусства, которым ты так жаждешь обладать.

— Так ты даешь слово, что обучишь меня и моих Братьев?

— А ты согласен на мои условия?

— Между прочим, ты еще не назвал третье. — Напомнил Старший Брат.

— Ах, да! — Спохватился Трис. — Третье условие такое: когда я, Ремин и принцесса будем в безопасности, я еще раз спрошу тебя, хочешь ли ты, чтобы я учил тебя искусству убивать. Если ты ответишь отрицательно, мы простимся. Если положительно, то я обучу только тебя одного, а ты уж сам решай, будешь ли передавать это искусство своим Братьям. Только учти, вместе с наукой убивать я должен дать тебе и соответствующее мировоззрение, и необходимые знания. Без них набор боевых приемов так же бесполезен, как острый меч в неумелых руках.

— Ты говоришь так, словно обучение займет не долгие годы, а несколько мгновений.

— Там будет видно. — Широко улыбнулся Трис, и из-под ран на его разбитой губе выступила свежая кровь.

На этот раз Старший Брат почти не колебался: