Откровение - Юрий Никитин

— Я обогнал!

— Что? — вскрикнул калика.

Глаза его были дикие. Он соскочил, стегнул обоих коней.Заржав от обиды, сорвались с уступа и долго падали. Томас скорее угадал, чемувидел, как в полной тьме расправили крылья.

— Да быстрее же, — крикнул Олег с досадой, —черепаха ты железная!

Томас всхрапнул от оскорбления как конь, а калика юркнул вмалоприметную щель, послышался шорох, оттуда выкатились мелкие камешки. Томас сразбегу едва не застрял, щель ведет круто вверх, пришлось карабкаться на рукахи коленях, сверху тоже часто срывались потревоженные камешки, звонко били по железушлема, начало звенеть в ушах, и он подумал люто, что подобно закоренеломуязычнику возненавидит благостные колокольные перезвоны.

Калика что-то закричал впереди. Томас наддал, впереди влунном свете была широкая долина, поднимались черные дымы, пахло горящейплотью. Ветер донес слабые крики истязаемых. Томас вскричал:

— Я помню!.. Там выход!

— Уже и ты узнаешь места, — проворчал Олег.

Он шел быстро, почти не хромал, по-прежнему держался в тени.Когда на миг выскочил на освещенное лунным светом пространство, вдали раздалсяслабый крик. Томас насторожился, нащупал рукоять Зу-л-Факара. Калика замедлилшаги, начал затравлено оглядываться, но было уже поздно...

Из щелей выбежали люди. В лохмотьях, обезображенные, двое востатках доспехов, обгорелых и помятых. Все бросились навстречу:

— Спасители!

— Наконец-то!

— Мы вас дожидаемся...

Один рослый воин, весь обгорелый, пахнет паленым мясом,подбежал, вскинул руку в приветствии. Голос был трубный, привыкший отдаватьприказы на поле брани:

— Сэр Томас, я отыскал еще с десяток людей из своегоотряда. Мы все в вашем распоряжении!

Калика ошалело вертел головой, а Томас воскликнул:

— А, это вы, доблестный рыцарь?.. И вы, я вам подалруку, чтобы из котла... Но как вы знали... гм... что мы будем возвращатьсяздесь?

Он не добавил, что они вообще не должны были вернуться,просто повезло, но калика понял, а остальные смотрели влюбленными глазами,захлебывались от счастливых слез.

— Это я сказала, — послышался волнующий женскийголос.

К ним подошла неспешно, почти царственно, миниатюрнаяженщина с копной иссиня черных волос. Злая волшебница, вспомнил Томас, членСеми Тайных, вечный враг сэра калики...

Олег молчал, явно растерян, Томас спросил быстро:

— Откуда знала? Кто-то сказал?

Гульча сделала отметаюший жест:

— Успокойся, засады или предательства нет. Просто язнаю этого человека. Он должен пойти, сделать, выйти невредимым, а потом пройтиздесь... Разве я ошиблась?

Томас пробормотал:

— В целом, верно... только насчет невредимости...

Гульча всмотрелась в избитое лицо калики, голос ее дрогнулот жалости:

— Бедный... Но представляю, в каком виде ты оставилСатану! Ведь ты у него побывал, верно?.. Олег, мы коротали здесь время,рассказывая кто и как освободился. Так что я уже знаю твой маршрут. Заоднообменялись рассказами о тебе, кто что слышал... Конечно, я не всему верю, нокое-что узнала новое... Такое, что никогда бы о тебе не подумала!

От входа качнулась в их сторону исполинская фигура.Двухголовый зверь в три гигантских шага преодолел половину расстояния дозамерших в страхе людей. Томас вытащил меч, но Олег ухватил за плечо:

— Куда?.. Это же твой брат!

— К-кто?

— Молочный брат по матери. Это один из старших детокАнгрбоды. Надеюсь, те ему уже сказали, а то и объяснить не успеем...

На плече гиганта лежала дубина из ствола дерева, выдранногос корнем. Был он вширь, как в высоту, а между глаз можно было положить стрелустепняка. Обе головы люто смотрели на людей, а когда распахнул пасти, вместе срыком вырвались грохочушие слова:

— Ага... удалось. Вижу. Что ж, моя мать простых людейне рожает и молоком не кормит!

Олег сказал осторожно:

— Привет, Припол.

— Р-р-рад... Вы... с победой. Увести одного-двух...понятно. Но... толпу? Толпу еще никто не уводил.

Томас подумал, что кто-то да сделает это первым, ноперехватил брошенный Олегом взгляд на Гульчу, заколебался:

— Но сколько их можно так терзать? Вот этого, думаю,жгли на костре уже лет сто. А то и двести.

Гигант посмотрел, вскинул очи горе, пошевелил губами,подвигал складками на лбу, изрек:

— Семь тысяч лет с хвостиком.

Томас вскрикнул:

— Но за что так сурово?

— Сурово? Но ведь есть преступления, на которые нераспространяется срок давности, верно?

Томас развел руками:

— Сколько угодно. А что натворил?

— Прошел мимо и не поклонился столбу с изображениемсвященного знака Рипса. Оправдывался, что была ночь, гроза, молол всякую чушь,выгораживал шкуру.

Олег вслушался в далекий грохот, прервал:

— Вылезли из котлов, уже хорошо. Сумеют выбраться —хорошо, не сумеют... тоже лучше, чем в геенне. Друзья, схоронитесь снова вщелях, а мы уведем погоню. Гульча, ты же умная женщина...

Она кивнула, голос был холодноват:

— Это значит, что я должна вести себя как последняядура. Вместо того, чтобы пойти с вами, я должна позаботиться об этих людях...

— Ты все понимаешь! — вскричал Олег с облегчением.

Он отступил, больно толкнул Томаса. Над вершинами горвспыхнуло багровое зарево. Устрашенный Томас различил целое полчище огненныхдраконов, на спинах виднелись крохотные фигурки демонов. Олег выругался,бросился к неприметной щели. Томас сунул меч в ножны и, прежде чем кинуться закаликой, успел увидеть, как люди подобно вспугнутым тараканам разбежались пощелям, а двухголовый гигант, боясь быть застигнутым не на месте, в три молниеносныхпрыжка вернулся на свой пост.

Щель в камне вела вверх так круто, что Томас вскоре сбился сдыхания, но радостное возбуждение придавало силы. Он карабкался как ящерица,руки сами находили выступы, а хватался едва ли не зубами:

— Послушать бы... что порассказывали о тебе...

— Враки, — отозвалось сверху.

— Но все-таки... — бросил Томас мстительно, —дыма без огня...

Олег долго карабкался молча, потом Томас услышал егоглуховатый голос:

— Ты же видишь, как слухи рождаются! Они уже сейчасрассказывают друг другу, что видели как мы отважно дрались с Сатаной...Найдутся те, кто видел Сатану избитого, а потом отыщутся и такие, кто видел,как мы избивали ногами, а князь ада катался по полу, плакал и просил пощады...