Ева. Гибкий график катастроф - Инна Георгиева

Пирамиду Хеопса построил не Хеопс, ее построили на пять тысяч лет раньше.

Но именно Хеопс сделал последний платеж по ипотеке.

NNN

В Египте было так же жарко, как в Италии — холодно. Алекс сказал, что это тоже аномалия, ведь февраль в Африке самый холодный месяц (всего плюс двадцать три днем, холодно, ага!). Прилетели рано, потому по трапу я сползла практически в спящем режиме. Проснулась только у стойки регистратора, когда мне ставили визу в паспорте. Признаюсь, и этот бы момент на ходу продрыхла, но беда пришла откуда не ждали.

— Ты с мужем или одна? — отобрав документ, бодрым голосом спросил кругломордый щетинистый араб за стойкой. Я подняла на него расфокусированный взгляд, сосредоточилась и покачала головой:

— Без мужа.

— Отдыхать прилетела? — продолжал допытываться мужик. Я повертела головой: Алекс, Костик и Полина уже прошли «штамповку» у соседнего окошка и теперь ждали за разделительной чертой, нетерпеливо поглядывая на застопорившуюся меня.

— Почти, — ответила, только чтобы араб отцепился.

— Зря, — хмыкнул дядька. — Не сезон сейчас. Вот октябрь — отличный месяц. Знаешь почему?

— Догадываюсь, — пробурчала, усилием воли подавив зевоту.

— В октябре тепло, — не поверил в мою сообразительность мужик. Я поджала губы, но поскольку паспорт все еще был в его руках, вынуждена была терпеть. — Не так жарко, как в июле, но и не холодно, как сейчас. А вообще такая красавица, как ты, может жить здесь целый год. Хочешь, поставлю штампик? По знакомству, так сказать? А ты за это со мной пообедаешь?

Если честно, я не то чтобы опешила — скорее охренела. Нет, то что арабы реагируют на наших женщин по принципу «высунуть язык — закапать слюной ковер», мне рассказывали. Но, блин, это были настоящиенаши женщины! С роскошной блондинистой шевелюрой, крутыми бедрами и минимум третьим размером декольте. Я при всем желании в их ряды не вписывалась. Но даже если мне попался уникальный араб-извращенец, он же госслужащий! Уважаемый человек, знающий закон. За мной очередь в тридцать человек, то есть три десятка невольных свидетелей. Да ему просто из чувства самосохранения надо молчать в тряпочку!

Но мужик не унимался:

— Не стесняйся, красавица! Соглашайся, пока возможность есть! Я тебе вот что скажу: наши мужчины такие — один раз попробуешь и уже никогда другого не захочешь! На руках носить будут, землю под твоими ногами целовать! Любое желание выполнят!

Я мысленно содрогнулась:

— У меня оно единственное: верните паспорт, пожалуйста.

— Не понимаешь ты своего счастья, красавица, — покачал головой араб, но он ошибался. Я свое «счастье» понимала отлично, потому совсем не удивилась, когда оно вдруг подвалило к стойке:

— Какие-то проблемы?

— А ты кто такой будешь? — не давая мне шанса наябедничать, уточнил араб. Алекс скользнул по нему внимательным взглядом и твердо ответил:

— Жених!

— Мм… — протянул дядька, и я прямо по глазам увидела, как быстро снижается его либидо. — Понятно. Завидую тебе: такую красавицу отхватил.

— Не спорю, — улыбнулся Шурик. «Красавица» ощутила себя искусно разукрашенной табуреткой, доставшейся на аукционе самому везучему покупателю, и закатила глаза. — Но, знаешь, — вдруг подмигнул заклинатель, наклоняясь к стойке, — вон та брюнеточка из нашей компании без пары.

И кивнул на Полину. Араб обернулся, встретился взглядом с Казаковой, которая, разумеется, слышала все до последнего слова, и быстро, я бы даже сказала истово, зашептал что-то себе под нос. А потом почти швырнул паспорт мне в руки.

— Удачного пребывания в стране, — заявил деловым тоном. — Следующий!

— Идем, Гюльчатай, — улыбнулся Алекс. Я хмыкнула: ну да! Красавицы тоже бывают разные. У кого-то шайтан в глазах, у кого-то парень с фантазией. Можно сказать, мужик еще легко отделался.

Трансфер в виде пожилого степенного мужчины в деловом костюме с такой роскошной бородой, что невозможно было понять: скрывается под ней галстук или нет, ждал нас у выхода в первой линии встречающих с табличкой, на которой большими буквами было выведено:

«Morgalis»

Хорошо, что не вязью.

— Гляди-ка, — первая заметила его готесса. — Наш извозчик!

— Полина! — осуждающе поправила я. — Не извозчик, а водитель!

— Ну и фигли, раз он все равно по-русски не понимает?

Оказалось, дядя не понимал не только по-русски, но и по-английски. С горем пополам, в основном жестами и мимикой, мы определили, что его зовут Джабари и что сегодня он доставит нас «куда следует». С учетом его специфического говора и построения фраз звучало обещание угрожающе.

— Как бы этот разодетый бедуин с подозрительной кликухой не завез нас в какой-нибудь далекий вигвам в пустыне и там не бросил, — подозрительным тоном прошептала подруга мне в ухо, пока водитель с парнями укладывал рюкзаки в багажник. Я скосила на нее глаза:

— А смысл?

Готесса развела руками:

— Выкуп!

Честно говоря, не смогла сдержать ухмылки:

— Полечка, ты посмотри только на эту машину! Угнав ее, заработать можно больше, чем если нас, всех троих, пораспродавать на органы. И еще на скромное лунное ранчо хватит.

Костик, которому именно в этот момент не посчастливилось оказаться рядом, перевел на нас ошарашенный взгляд:

— Это что вы такое обсуждаете?!

— Да так, болтаем о своем, о женском, — отмахнулась я. — Не обращай внимания.