Ритуал - Тайга Ри

Кантор наклонил голову, слушая очень внимательно, но реакцию я прочитать не смогла – он спрятал выражение глаз за длинной косой челкой.

Фейу улыбнулась хищно, с неподдельным интересом.

– За него передрались бы все местные курицы, если бы он не был окольцован, – хмыкнула я, вспомнив вид Сяо, освещенного закатным солнцем в зимнем саду. Почти совершенство.

– Неинтересно, – Марша откинулась назад и начала прокручивать браслеты на руках – украшений Фейу всегда носила с избытком.

– Я – заплачу за помощь. Ваша цена?

Тир – молчал, думая, Марша смотрела на Кантора.

– Ву – это проблемы, – выдал он наконец. – Сами по себе не значат ничего, но оказались в центре большой игры. Неизвестно, кому отдадут опекунство…

Я и не сомневалась, что Тиры в курсе.

– Блау. Опеку отдадут Блау, если это не так, наше соглашение просто перестанет действовать, – пожала я плечами. – Я могу защитить Фей, но есть Школа, я не всегда могу быть рядом. Мне нужно, чтобы пресекались все разговоры на эту тему. И пресекались жестко. Больше ни одна тень не должна упасть на репутацию Фей.

– Это будет очень сложно, учитывая Гранолу…, – пробормотала Марша. – Это новость сезона, Блау, и ты понимаешь это так же хорошо, как и я.

– Сложно, но возможно. Что ты хочешь? – я обратилась к Тиру напрямую.

– Ничего, – Кантор крутнул пиалу на столе. – У меня есть всё. А то, что я хочу, ты мне дать не можешь.

– И всё же. Назови цену.

– Дикая охота, – выдал Тир с совершенно серьезным лицом. – С детства хотел увидеть Дикую охоту своими глазами…

– С таким же успехом можно было попросить личной аудиенции Великого, – Марша засмеялась, потому что Тир нес чушь.

– А кроме… Дикой охоты, – продолжила я с улыбкой. – Что хочет великий Наследник империи Тиров?

– Ничего, – Кантор переплел лилейно-белые холеные пальцы в замок и положил перед собой. – Я готов оказать тебе личную услугу просто так. Устроит?

Я кивнула и перевела взгляд на Маршу.

– Но…

– Леди Фейу тоже окажет услугу совершенно безвозмездно, потому что идея Гранолы противоречит принципам цивилизованного общества, – закончил Тир насмешливо.

Марша скривилась, но возразить не посмела.

– Но коалиций три. С Бартушами тебе придется разбираться самостоятельно, Мы заставим молчать своих, но… в свете предстоящих дуэлей…

– Я решу этот вопрос, – кивнула я твердо. Здесь я собиралась привлечь Акса, который, если не сработают слова, сможет доходчиво объяснить, почему не стоит трепать имя леди Ву всуе. – Это – благодарность, – я вытащила пару свитков, которые приготовила заранее из внутреннего кармана и выложила на крахмальную скатерть. – Благодарность за понимание. И – обещанная компенсация.

Первый свиток, который я подвинула Тиру, он развернул лениво, без всякого интереса. Развязал шнурок, хрустнул бумагой, вчитался, а потом резко выпрямился в кресле, потеряв всякую вальяжность.

– Это точно? Откуда информация? – поправился он, и щелкнул кольцами, набросив на нас двоих купол тишины. Марша демонстративно и гордо отвернулась в сторону. Я вздохнула и сняла плетения, щелкнув кольцами.

– Фейу, это – личное. Касается рода. Поверь мне, свой свиток ты тоже не захочешь обсуждать с кем-то ещё.

– Блау! – Кантор снова нетерпеливо набросил купол и потряс свитком. – Откуда?

– Это так важно? – я пожала плечами. – Главное, что проверить эту информацию ничего не стоит – уже через несколько декад станет ясно, правда это или нет. На вопрос откуда, я отвечать не буду.

– Менталисты, – свистяще выдал Кантор единственную удобоваримую версию.

– Я не уверена в точных сроках, поэтому там период.

Информация, которую я передала Тиру, не стоила мне ничего. У Блау не было живых активов в Хаганате, и мы тогда не потеряли ничего в отличие от Тиров. Их финансовая империя росла, и несколько банков, активы, договоренности, все пошло прахом после внезапного восстания, которого не ждал никто, как гром среди ясного неба. Хаганат граничил с бескрайними степями Западного предела, а Тиры активно продвигали свои интересы на запад. Сколько тогда потерял их Клан, точно не знал никто, но то, что удар был ощутимым – точно, им пришлось свернуть все разработки на одну зиму.

– Глава знает?

Я пожала плечами – что знает дядя, знал единственный человек во всей Империи и его имя – Кастус Блау.

– Проверка потребует времени, – бормотал Тир тихо. – Слишком внезапно…

– Единственное, – я придержала Кантора за рукав, – я бы не хотела, чтобы фигурировало моё имя. Это – личная благодарность. Чтобы не пропало желание благодарить в будущем…

Тир расчетливо покосился на второй свиток в моих руках, который я приготовила для Фейу, и кивнул.

Один купол тишины исчез, полыхнув серебром, и его место тут же занял второй – для меня и Марши.

– Держи. Здесь всё, что ты хотела знать, но боялась спросить, – хмыкнула я весело. – Считай это компенсацией за праздник. – Мне пришлось извести целых два пергамента на то, чтобы записать всё, что я помнила о Дарине Валериане Квинте. Основные предпочтения, пристрастия, любимая еда, цветы, предпочтения в одежде, подход к выбору слуг и ближнего круга. Даже критерии выбора любовниц и те были учтены. Многое я оставила при себе, но и этого Фейу должно хватить, чтобы мотивация защищать Фей-Фей стала искренней.

Марша вчитывалась жадно, в строчку за строчкой, перекладывала листы, охала, прикусывая губу, немного улыбалась и розовела от удовольствия. Через пару мгновений она закончила, осторожно свернула свитки, перетянула шнуром и спрятала в карман, подальше.

– Компенсация принята, – Фейу церемонно склонила голову. – У меня есть два вопроса. Если ответишь – благодарность будет полной.

Я хмыкнула и кивнула, примерно представляя, что хочет узнать Марша, но я ошиблась.

– Почему Ву? Что в ней такого, что ты так печешься? – Непонимание Фейу было искренним. – Род? Нет. Сила? Нет. Характер? И даже этого нет. Посредственность. Так почему Ву?

– Скажем так, тебе не понять. И слово посредственность использовать не стоит. Следующий вопрос.

Тут Марша замялась. Облизнула губы, покосилась на Кантора, купол тишины и наконец выдала.

– Почему ты изменила отношение к Квинту? Все знают, как ты бегала за ним несколько зим, – добавила она торопливо.

Я молчала, думая, стоит ли отвечать. Это было очень личным. С Квинтом мы до постели не дошли именно по этой причине, и его единственную безуспешную попытку я вспоминать не любила.

– Почему?

Я молчала.

– За честный ответ я буду беречь твою фиалку Ву, и заботиться о её репутации так, как будто она из моих кузин. Слово.