Розыгрыш или реальность - Кира Леви

Герман помолчал, прежде чем ответить на последний вопрос. Этот завязавшийся разговор предполагал откровенность, но так ли нужна вся правда? Кто бы что не думал, но он привязался к этой молодой женщине. Играло ли в этом роль кровное родство или личностные симпатии, острый ум и приятный характер женщины — неизвестно. Вероятно, всё в комплексе. И ему не хотелось увидеть в её глазах разочарование и горечь от правды. Случайным ли было перемещение на Терру? Нет. И встреча с командорами тимеррийцев была срежиссирована. А вот с момента выбора двумя командорами, а не одним, её своей вея, наступила череда случайных событий, не предусмотренных сценарием, но их тщательно отслеживали. Поэтому и не составило труда подгадать время и место, чтобы забрать Карину для проведения завершающего этапа исследований, уже зная о её интересном положении, и в тот момент, когда она осталась без внимания супругов.

Этот тупица Лаллос даже не понял отведённой ему роли в этом спектакле. Всего-то стоило сыграть на его тщеславии и усомниться в легитимности правления, пока Эол Аноноркхад, настоящий наследник престола, находился на планете вместе со своей обретённой Танатой. Идиот разбил пару и не допустил других мужей забрать жену. Идеальное время и место — всё сошлось так, как и было вычислено аналитиками. Обширная агентурная сеть на планетах и кораблях, продвинутые технологии, способствовали проведению операции без накладок. Неучтённый фактор — это сама Карина, которая не забыла ничего.

— На Терру ты попала не случайно, а вот встреча твоих вайне и других супругов — это судьба, — торжественно, даже пафосно произнёс он, сознательно умалчивая правду.

Лицо девушки озарилось внутренним светом радости и счастья, вызывая трепет в душе дракона и гордость за своё создание. Да, всё правильно. Она должна верить в свою судьбу и быть счастливой рядом с любящими мужьями. И от этого понимания было спокойно и радостно, не за себя, а за неё. Наверное, именно такие чувства испытывают родители, радуясь счастью своих детей. Это приятно и хочется, чтобы так было всегда.

— Ты готова вернуться к ним? — сдерживаясь, чтобы не улыбаться в такой серьёзный момент, спросил он. — Готова оставить Землю навсегда?

Решение принято, и отступать молодой дракон не собирался. Ожидая ответ, он рассматривал собеседницу. Запоминал черты лица, на которых отпечатались переживания последних месяцев из-за расставания с любимыми. Отмечал, как оно изменилось в связи с беременностью. Видел, как она прикрывает веки, старясь сосредоточиться, обдумывая его слова, как загорается от вспыхнувшей надежды свет в её глазах, как сбивается спокойный ритм дыхания, и она замирает на несколько мгновений, подавшись навстречу — ещё не веря, но уже надеясь на то, что правильно истолковала заданные будничным тоном вопросы. Как просто, и как сложно ей ответить на них. Выбор… То, чем люди предпочитают владеть… Сомнения и метания… То, чему подвержено человечество… Довериться или нет? Сыны Земли недоверчивы в своей массе, особенно, если уже обжигались.

— Я должна дать ответ сейчас? — напряженно спросила Карина и сжала руки в кулачки, чтобы не было видно нервную дрожь пальцев. Контроль эмоций, как же слабо он ей даётся.

— Ты успеешь попрощаться с родителями, — ровно ответил дракон, понимая, что это очень важно для женщины. Привязанность людей к родителям не у всех человеческих особей проявляется одинаково, но как раз у Карины она гипертрофирована. Возможно, это связано с генами сашшитов. Для них семья-колония — смысл существования. Всё построено вокруг родителей, дарующих жизнь. Их потеря тяжело сказывается на младшем поколении, но при этом запускается механизм дальнейшего развития колонии, как переформатирование.

— Когда, как и где я окажусь? — всё больше нервничая, девушка сцепила руки в замок. Губы мелко дрожали, глаза лихорадочно блестели.

— Когда — как будешь готова. Как — через портал. Где — на Терре. Портал переместит тебя туда, где ты оказалась в первый раз. Ну а мужья уже встретят тебя там. Проведёшь в посольстве тимеррийцев пару дней, пока они заберут тебя, — сжато и по существу ответил дракон и поднялся, давая понять, что разговор окончен. — И дай мне руку — не могу смотреть, как ты изводишь малышку своими переживаниями.

Негодование, смешанное со смущением, вспыхнуло во мне.

— А кто виноват в том, что я переживаю и нервничаю?! — вспылила, но руку дала. Какую бы неприязнь я не испытывала к дракону, но помнила, что мне всегда становилось легче, когда он касался меня. Теперь я понимала, почему. Он энергетически подпитывал мою девочку.

— Как ваше настоящее имя, Герман, — снова перешла на вежливое обращение. Всё же время, когда мы с ним общались по-дружески, не вычеркнуть и привычка говорить «ты» закрепилась.

— Гермиус Нордрагон, второй сын Правителя Октавиуса Нордрагона, — отрекомендовался он вежливо, не кичась высоким происхождением. И на прощание сказал:

— Ты можешь связаться со мной в любое время, как только будешь готова оставить Землю.

— Хорошо. Я позвоню вам, как только решу все вопросы.

Дверь за ним закрылась, а вот напряжение не ушло вслед. Страх перед расставанием с родителями был велик. Я хотела, чтобы меня нашли мужья, и представляла, как улечу с ними, но ни разу не задумалась над тем, что родители-то останутся. А как же они будут без меня? Сейчас, когда появился реальный шанс вернуться в мою новую, собственную, достаточно необычную семью, я расстроилась. Как же быть?

Недолго думая, быстро собралась и поехала на квартиру родителей. По дороге снова и снова возвращаясь к диалогу с драконом. Эгоистично, но я не думала о других людях, о человечестве в целом, которое, по словам Гермиуса, возникло только из-за неуёмного желания драконов что-либо исследовать и экспериментировать. Я думала о приземлённом — о своей судьбе и жизни, о мужьях и ребёнке, о своих родителях и родителях мужей.

Своя рубашка ближе к телу! Это правда. По-мещански все мои собственные интересы свелись к одному — я и моя семья. Возможно, кто-то меня осудит, но я не мессия и не пророк, чтобы спасать человечество от драконов.

Да и что я могу сделать? Добиться запрещения проведения экспериментов? Нет. Общественного порицания за то, что они создали новый вид и крутят им, как хотят? Нет. Всем расам начхать на это! Они Правящие и могут делать абсолютно всё, что им вздумается. Всё…

Всё, кроме одного! Мысль, осенившая меня, была проста до смеха и одновременно глобальна в своём значении. Практически для всех рас культ Пары является священным. Даже существует свод законов на этот счёт. И драконы не исключение — они также признают эти законы. Нельзя разлучать Пару, предназначенную друг другу Мирозданием! А драконы посягнули на это, сознательно разлучив меня с мужьями, которые в открытую признали меня своей Парой! Вот то, что заставит драконов присмиреть. Им будут долго вспоминать это и избегать общения с их расой. И доказать, выступив в Совете СЕРР. Ох, сами виноваты! Нечего было меня трогать!

Как же не терпится увидеться с Хероном и Берком, Шианом и Эолом. Обнять бы их скорее, прижаться, почувствовать их силу, уверенность, нежность и любовь…