Герои млечного пути - Сурен Цормудян

— Понял вас, «сто шестой»! — ответили с командного пункта на крейсере «Сталинград». — Немедленно принять все меры к задержанию. Прошу иметь в виду, что объект крайне опасен и достаточно важен!

— Вас понял, база! Я «сто шестой», начинаю преследование!

— Я «сто девятый», иду на помощь, — сообщил пилот ближайшего перехватчика.

— Внимание! Грузовой звездолет «Дора»! Немедленно прекратите полет и маневрирование! Вы обязаны подчиниться и вернуться на планету для дознания! В противном случае мы откроем огонь на поражение! Повторяю! Грузовой звездолет «Дора»! Немедленно прекратите полет и маневрирование! Вы обязаны подчиниться и вернуться на планету для дознания! В противном случае мы откроем огонь на поражение!

В ответ «Дора» не только не подчинилась, но и прибавила скорость, начав движение «бочкой», или, как еще выражались, «горизонтальным штопором».

— Черт! Да где ж у него потолок скорости?! — изумился «сто шестой», выжимая из своего «Сухого» большую скорость.

— «Сто девятый»! «Сто шестой»! Я «ноль пятьдесят шесть»! Берите его в клещи, а я его сейчас шугану!

Оба штурмовика рванулись вслед за вертким нарушителем, заходя на него с двух сторон. «Ноль пятьдесят шесть» мчался следом, стараясь точно повторять все его маневры, и открыл огонь из скорострельных бортовых лучеметов. Пилот не пытался сбить «Дору», но только припугнуть, однако он, видя возможности преследуемого и мастерство его владельца, понимал, что при попытке на самом деле сбить его это вряд ли получится. Во всяком случае, повозиться пришлось бы порядком.

— Внимание! Грузовой звездолет «Дора»! Вы играете с огнем! Немедленно прекратите полет и маневрирование! Вы обязаны подчиниться и вернуться на планету для дознания! В противном случае мы откроем огонь на поражение! Повторяю! Грузовой звездолет «Дора»! Немедленно прекратите полет и маневрирование! Вы обязаны подчиниться и вернуться на планету для дознания! В противном случае мы откроем огонь на поражение! Дэвид Дэймонд! Мы знаем, что это вы! Прекратите сопротивление!

После этого «Дора», совершив немыслимый кульбит, рванулась в обратном направлении, вырвавшись из образованного двумя перехватчиками замка. «Ноль пятьдесят шестой» с трудом сумел увернуться от обезумевшего корабля.

— Ребята! Мочите этого урода! — крикнул он.

— Что он творит?! Вот это да!

— Внимание! Говорит командный пункт! Нарушитель активировал гипердрайв! Немедленно прекратить преследование и удалиться от него! Открыть огонь на поражение!

— База! Я «сто шестой»! За ним сейчас планета! Любой прошедший мимо выстрел может достигнуть Зети! Мы продолжаем преследование!

— Отставить!!! У него активирован гипердрайв! Если он сейчас начнет прыжок, вы можете попасть в его гравитационную воронку и вас разорвет!

— База! Он не рискнет войти в гиперпространство в магнитном поле планеты! Это восьмидесятипроцентное самоубийство!

— И двадцатипроцентный шанс уйти! Повторяю, отставить преследование!

Внезапно орбита Зети озарилась ярчайшей вспышкой. Вокруг «Доры» образовалась конусообразная гравитационная воронка, чей микролинзовый эффект исказил вид гор, рек и облаков планеты. Еще секунда, и красный звездолет скрылся бы в гиперпространстве, но тут произошел взрыв. У Дэвида Дэймонда, пилотировавшего «Дору», было только двадцать шансов из ста остаться в живых и уйти. Перевесили восемьдесят процентов неминуемой гибели. Корабль взорвался, разметая мельчайшие обломки корпуса и микроскопические останки пилота широким факелом от воронки. Нереализованный гиперпространственный коридор изрыгнул невидимую ударную волну, которая со сверхсветовой скоростью ворвалась в атмосферу Зети. Разметая тяжелые тучи, как смерч водную пену, ударная волна врезалась в зетианскую кору в южном районе пустыни Новая Наска, вызвав там землетрясение и песчаную бурю.

* * *

Долгие зетианские сутки подходили к концу. Уже стемнело. Пришедший с юга ураганный ветер, вызванный гравитационной ударной волной, разметал свинцовые тучи и стих. Небо стало чистым. Были хорошо видны зетианские луны, мерцающие звезды и блеск российских кораблей на орбите.

Симон сидел на ящике, куда были погружены разбитые у телецентра роботы. Он равнодушно смотрел на суету, царившую на летном поле космодрома Титограда. Огромный «Николай Черкасов» стоял на уцелевшей его части. Другая половина поля, пострадавшая в результате сегодняшнего боя, активно ремонтировалась. Русские военные инженеры и техники осматривали огромный лайнер, стоявший рядом с ним «Альтаир» и возились с трофейными кораблями пиратов. Да. Сегодня днем здесь тоже было суетно, но прежняя суета сеяла смерть и разрушение, а в том, что происходило сейчас, царили созидание и оптимизм. Восстанавливать космодром помогали даже фенфирийские военные. Присутствие Российской армии их значительно усмирило.

К Ди Рэйву подошел Ермак и сел рядом.

— Я не пойму, Симон. Чего ты весь вечер угрюмый? Мы победили. Предотвратили гражданскую войну и интервенцию. Чем ты недоволен?

— Всем доволен, — равнодушно пробормотал киномагнат. Потом немного подумал и добавил: — Знаешь, когда смотришь длинный фильм, который тебе очень нравится, то потом немного огорчаешься, когда он кончается. Даже если хорошо.

— Так ничего ведь не кончилось! Через пару часов полетим домой, на Землю. Там отметим как следует все это дело! — весело заявил Роман.

— Действительно. Ничего не кончилось. Все только начинается, — задумчиво произнес Ди Рэйв.

На летном поле показался большой представительский джип черного цвета. Он медленно ехал в их сторону.

— Наверное, важные шишки, если наши их впустили на территорию летного поля, — предположил Ермак.

К его удивлению, машина подъехала прямо к ним и остановилась. Из нее вышли Рейнхард Бист, Хан Линг, Карл Ховард и Рауль Карлос. Задняя дверь джипа тоже открылась, и оттуда выехало электрокресло, в котором сидел Джонатан Либерт.

— Во! — хмыкнул Ермак. — Вся мафия в сборе.

— Мы слышали, что вы скоро покидаете нашу планету, — заговорил Бист. — Хотели поблагодарить вас за все, что вы сделали для общества.

— Это лишнее, — пожал плечами Симон.

— Ну, не скажите. — Линг мотнул головой.

— Тем не менее спасибо вам огромное, — продолжал Рейнхард. — Сейчас многое на планете изменится к лучшему. Положительные перемены будут и у независимых общин. Вся общественная структура Зети претерпит изменения и станет наиболее социально справедливой.

— Надеюсь, Рейнхард, что ваша идеология не станет причиной очередного кризиса? — произнес Роман.

— Зети велика, господин Ермак. Места здесь хватит всем. Нам нечего делить.

Либерт подкатил к Ди Рэйву:

— Давайте отойдем в сторонку, юноша.

Они отошли на несколько метров.

— Хочу отдельно поблагодарить вас за то, что вы сделали лично для меня, — произнес Джонатан.