Странник - Мария Круз

Как я и ожидал, в аппаратуре ничего сложного не было — три монитора, чтобы изображения в разных режимах отдельно наводить, джойстики и маховички, немного кнопок. Электроника усложняется, а процесс управления ею упрощается. В заднем ряду два сиденья вместо трех, вместо одного переднего — какие-то блоки. Трехместная машина, в общем.

Рауль в «колибри» уже себя как дома чувствовал. Спросил, готовы ли мы, кивнул, услышав ответ, пощелкал переключателями, запищало, где-то зажужжало, засветились изображения аналоговых приборов на черной как кухонная плита приборной панели, затем двигатель запустился, раскручивая винт. Сначала медленно, затем быстрее, размывая лопасти в круг, а потом вертолет чуть оторвался от земли и, слегка наклонившись, полетел вперед, постепенно набирая высоту. Я вспомнил, что так проще и экономней получается, чем поднимать его вертикально.

Затем серый бетон полосы пошел вниз, вместо стен ангаров показались их крыши, крыши превратились в разноцветные прямоугольники, все уменьшающиеся в размерах. А между ними машины, самолеты, люди как муравьи.

— Давайте курс и высоту, — послышался голос Рауля уже в наушниках.

— Высота нужна такая, чтобы и аппаратура хорошо видела, и стрелять в нас было плохо, — сразу сказал я. — И желательно, чтобы было еще и плохо нас слышно.

Я услышал ироничное хмыканье, затем Рауль сказал:

— Эту птичку берут в полицию с охотой потому, что ее почти не слышно. А пока полетаем над аэродромом, разберитесь там со своими приборами.

Вертолет лег на широкий и плавный вираж.

Ну да, пора включать весь этот местный хай-тек. Так, что у нас здесь есть? Мониторы, два пульта, один из которых попроще другого, явно резервный. Если по аббревиатурам судить, то у нас есть ночное видение, тепловое и обычные телекамеры, просто мощные и с большим разрешением, так?

— Чтобы номер машины можно было с высоты прочитать, — пояснил Шон. — Так, что у нас на каком экране…

С экранами оказалось все очень удобно — любое изображение выводилось на любой из них, как тебе нужно. Способности зума впечатляли, картинка не вибрировала, летай да смотри. Так, тепловой режим, сейчас самый важный… он вообще самый удобный: если хочешь обнаружить именно людей, очень они контрастно выходят.

Опять все внизу стало черно-белым, а по нему яркие пятна пересыпаны — вон машина с работающим двигателем, вон люди у второго вертолета… приблизил картинку, теперь можно разглядеть, что они там делают. Отлично все видно вообще-то. Так, выводится… а все выводится, курс, координаты, высота, время… так… а вон наш терминал с уголка светится, там импровизированная кухня, и ночью печка стояла, стенка до сих пор не остыла… Просто замечательно.

А ведь это обнадеживает, верно? Может, банда в своем убежище тоже греется по ночам? Почему бы им не греться, ночи здесь прохладные, а мы далеко, дыма из трубы, например, не увидим. Если они там, то что-нибудь увидим, это точно.

Ну что, разобрались вроде… теперь попробуем начать искать. Кстати, тут написано, что дальность эффективного обнаружения порядка тысячи ста ярдов. Понятно, учтем. Высота метров в пятьсот, я думаю, в самый раз будет для работы, нет? И стрелять уже трудно, почти невозможно.

— Шон, готов работать?

— Готов, — кивнул он, не отводя глаз от монитора. — Покатили.

— Рауль, тогда держи пока прямо над шоссе, пошли в сторону города, — обратился я к пилоту. — А дальше будем думать на месте.