Семена войны - Жуан Сильва

Это было невероятно.

– Ты взобрался на гору, но впереди тебя ждут другие вершины, Дои. Гораздо более высокие.

Орберезис ничего не понимал. Как это было возможно?

– Я вручу тебе принадлежащую мне лестницу на небеса. Разумеется, если ты мне поможешь.

Орберезис почти поверил ему.

– Ты говоришь загадками. Скажи мне, кто и что ты? И что ты делал внутри этого шара. И какой силой ты владеешь? Как это вообще возможно? И как ты оказался в моей голове?

Мужчина вздохнул.

– Раньше меня называли Стариком. Я стар, как те земли, к которым ты приплыл. Как волны, что сейчас омывают твои ноги.

Орберезис вскинул брови, чувствуя, как его парализовало от страха и любопытства.

– Ты один из Древних.

Старик покачал головой.

– Я старше их. Я был… ученым. Я искал травы по всей стране и изучал их свойства. Они росли в диком виде и все же однажды, сжигая их, я обнаружил, как их дым приоткрыл завесу между мирами. И эту тайную науку я назвал исследованием времени. И знаешь что, Дои? Я стал первым в своем роде. Первым, кто отправился в пустоту, чтобы исследовать время. Первым, кто решился на это. Первым, кто создал складку пространства и проскользнул между нею. А теперь… Теперь я ничто.

– Это какая-то бессмыслица, – прошептал Орберезис.

Но Старик его не слушал.

– Я путешествовал сквозь измерения. Я нашел другие миры. Других… людей. Я стал их повелителем. И я привел их сюда. Ты их ранее видел.

– Видел?

– Видел. Некоторые все еще живут среди вас, уж не знаю, к лучшему это или нет. Но тебе известны лишь неразумные чужаки: кровоищейки, тенерыки, сердцешипы, рубители, пластуны. Я привел их сюда, но мои усилия по спасению всех этих видов не были… одобрены Древними.

– И что они с тобой сделали?

– У нас впереди будет вечность, чтоб поговорить об этом, мой друг.

– Поговорить о чем?

Старик выглядел таким печальным, что Орберезису почти захотелось утешить его.

– Часть меня потеряна навсегда. Уничтожена. Но вторая моя половина живет внутри тебя с момента Пробуждения. С тех самых пор, как ты подобрал сферу. Понимаешь?

Орберезис пребывал в диком замешательстве. Этот кошмар был самым странным из всех, что ему снился.

– Пробуждения?

Старик кивнул.

– Прямо здесь, на этом пляже. Это случилось десять лет назад, или всего мгновение ока назад для кого-то вроде меня, для кого-то, кто живет вне времени. Когда ты схватил сферу и взмолился о помощи, ты разбудил меня. Я проснулся, чтобы помочь тебе и, пока пытался это сделать, чуть не разрушил весь мир. Но одновременно я разрушил и себя. В тот миг большая часть моих сил покинула меня, и с тех пор они угасают. Сейчас существуют лишь крошечные частицы меня. И я могу лишь цепляться за тебя. Но вот что я могу дать тебе взамен…

Орберезис не мог поверить в услышанное. Он знал, что шар обладает силой, но история Старика звучала нелепо. Должно быть, все это сон. Иллюзия. Он решил подыграть этому видению.

– То есть ты просто паразит, цепляющийся за выживание.

– Думаю, мы оба такие, Дои. Но ты прав. Не буду этого отрицать.

Орберезис нахмурился.

– Как мне отсюда выбраться?

Старик ухмыльнулся.

– А ты хочешь именно этого? Стоило тебе родиться, и человечество просто прижало тебя к стене. Они годами смотрели, как ты ползаешь у их ног, и наслаждались твоим унижением – как будто ты не был одним из них.

– И куда же я могу пойти?

– На небеса. На настоящие небеса. Я же говорил тебе. Пока я не могу отвести тебя туда, но я могу тебе показать, как они выглядят.

Старик положил руку на плечо Орберезиса. Он попытался увернуться, но стоило ладони коснуться его плеча, и все изменилось.

Теперь они находились в пустоте. В темноте. Они парили в небытии, или, может быть, в звездном ночном небе. И здесь они были всевластны.

– Почувствуй, Дои, – сказал Старейший. – Лучший способ путешествовать – это почувствовать все, вплоть до малейшей крайности.

И он смог почувствовать.

Он знал, что все вокруг него ненастоящее, но эта легкость, невесомость вызывала какое-то привыкание. Во всем, да и в нем самом сейчас был идеальный баланс. Больше он не был ложным богом. Он был Истинным Богом, живущим на небесах.

А когда они вернулись на пляж, все стало только хуже. Его человечность показалась ему чем-то грязным, и он начал испытывать отвращение даже к себе, к тому, насколько грязным было состоять из костей и плоти.

– Однажды познав это чувство, ты уже от него не избавишься, верно? Так было со мной, и так будет с тобой. Однажды ты сможешь занять мое место, Дои. Мы вместе будем на небесах. Я могу отвести тебя туда. Я могу показать тебе иные миры. Но пока ты должен оставаться со мной. Тебе еще многому нужно научиться. В частности – узнать об этом мире и о тех, кто работает против меня. Против нас.

– Но битва… Сольви…

– Разве она что-то значит по сравнению с истинной святостью?

«Ничего».

– Они выиграют битву, но ты выиграешь вечность. Оставь все позади, Дои. Они тебя не забудут. Ты уже оставил свой след в мире. И ты вернешься гораздо более сильным.

Уже ничто не имело значения. Ни земли, ни границы, ни войны. И даже люди. Ничто из этого не имело значения. Орберезис нашел гораздо более великую цель. Настоящую цель. На этот раз он превратится в настоящего бога.

– Значит, я стану твоим вместилищем? – спросил Орберезис.

– Если ты этого захочешь.

– И чему мне нужно научиться?

– Многому, мой дорогой Дои. Всему свое время.

– А что ты получишь взамен?

Старик улыбнулся. И в его улыбке скрывалось что-то дерзкое и коварное. Что-то, что Старик скрывал от него.

– С твоей помощью я мог бы помочь некоторым своим друзьям. А они помогут тебе в ответ.

Орберезис задумался. Больше никаких мигреней, никаких ночных кошмаров. А взамен он обретет силы. Пусть его армия проиграла, он победил.

– Стану ли я тогда настоящим богом? Смогу ли я отомстить?

Старейший вздохнул.

– Ох уж эти люди и их мелкие обиды. Конечно, если ты добиваешься мести – ты ее получишь. Но как только ты завладеешь силой, Дои, ты будешь жаждать ее все сильнее.