Второе пришествие - Александр Новичков

Я понимающе кивнул.

Дело это было не столько интересным, сколько необычным. Обучать взрослого мужчину с неоконченным высшим образованием, к тому же пришельца из другого мира, грамоте – это не повседневное дело. Поэтому Меллор легко уделил пару часов обучению, и даже не пожалел об этом. Он превратил урок в тест моего интеллекта, проверку памяти, дедукции, и остался очень доволен результатом. Через два часа я начал разбирать слова и освоился с основными правилами. Это было удивительно. Для написания знакомых слов использовались иные символы и применялись другие правила пунктуации, слитного или раздельного написания, но в целом система написания слов и составления предложений выглядела как русский или любой другой язык из восточнославянской группы.

Но на этом наше общение не закончилось. Меллору нужны были практические данные о моем росте, весе, цвете глаз, волос, кожи. Он даже выпросил у меня немножко крови для опытов. Микроскопа у него не было, чтобы внимательно изучить ее состав, но ученому было достаточно увидеть ее цвет и, возможно, сделать что‑нибудь еще, о чем он предпочел не распространяться. Он даже попытался взять пробу черной материи, которая окутывала мое тело во время преображения, но не смог. Сгусток бесследно растворялся в воздухе, едва лишался контакта с основной массой.

Взамен я расспросил его о текущем научном, техническом и культурном уровне развития общества. В среднем по стране различие было несущественным, одни регионы развивались стабильно и достигли существенных экономических и культурных высот, а другие находились в заметном упадке. Общий уровень соответствовал примерно концу пятнадцатого века, но четких границ не было – магия серьезно изменила ход развития, кое в чем цивилизация преуспела, кое в чем отстала. Преуспевания было заметно больше, чем отставания.

О магах, способных преодолеть пространственный барьер и уничтожить целую цивилизацию параллельного мира, я не узнал ничего. Магия не была стезей Меллора, он вообще игнорировал ее существование, несмотря на то, что сталкивался с ней едва ли не каждый день.

Существование людей, одаренных способностью к магии и бездарных в ней, – это вселенская несправедливость, считал он. Умения музыки, живописи или литературы – их может приобрести любой человек, с талантом или без, а возможность управления магией – только некоторые, избранные люди. Причем избранные непонятно кем, происхождение и вероисповедание не играло никакой роли в появлении таланта магии. И с каждым годом одаренных такой уникальной способностью людей становилось все меньше. Или рано или поздно, но человек совсем перестанет контролировать магию, и никак не получится этого избежать. Природа или бог восстановят баланс, избавят от несправедливости.

Мы проговорили до поздней ночи. Мне удалось дополнить некоторые теории и гипотезы, которые предложил мне на рассмотрение Меллор, немного рассказать ему про жизнь в информационном обществе, о технических изобретениях, достижениях человека.

В итоге мы совершили очень ценный для нас обоих информационный обмен. И когда мы все же наговорились и я возвращался в предоставленные мне покои, голова моя просто раскалывалась от переизбытка новых знаний. Я просто рухнул на постель и уснул, не снимая одежды.

Сны мне больше не снились. Не считая того странного видения, о смерти целого мира. О гибели моего мира. Быть может, Эфир научился управлять импульсами в мозгу, рождающими сны и галлюцинации, и просто блокировал их, а может, я просто ничего не запоминал. Хотя под утро мне удалось кое‑что увидеть. И это был не сон, однозначно, а какой‑то сигнал, сообщение, быть может, телепатическая связь.

Я увидел бегущего по лесу одинокого человека в синих одеждах, преследуемого неизвестными тенями. Их было много. Они не атаковали издалека, не нападали, а просто шли за ним. И человек не мог убежать, как бы ни старался. Он непрерывно оглядывался, постоянно запинался, но все равно поднимался и бежал дальше. Мне лишь на мгновение открылось его лицо, но, даже не видя лица этого человека, я знал, кто он такой.

Герман…

Я приоткрыл глаза и почувствовал, что нахожусь в комнате не один. Незнакомец сидел в кресле, укрывшись в тени, и ждал моего пробуждения. Я не мог видеть его лица и, что странно, не мог видеть его рук, лишь рукава – короткие, но пустые, а также ног – серая мантия опускалась до самого пола.

— Ты красиво спишь. Кажется, будто бы мертв, не вздрогнешь, не дернешься. Нет ни единого движения, даже вздоха или легкой судороги. Человек, и не человек…

Я узнал его голос сразу, но оцепенел от удивления и сразу не смог ответить.

Зато, когда оцепенение спало, я подпрыгнул едва ли не до потолка, сумев назвать лишь имя нежданного гостя:

— Эл!

Неизвестный маг–добродетель снова отказался прийти лично и прислал свою тень, или копию, бестелесную оболочку – я не знаю, как правильно назвать его воплощение. Но в этот раз он не использовал барьера или телепатии. И, кажется, не торопился. Опасность не грозила ни мне, ни ему, но я все же не думал, что Элло пришел ко мне просто поболтать.

— Ты увидел его? – спросил он. – Видения сложно передавать телепатически, но я постарался.

— Герман… Ты знаешь, что с ним случилось?

— Его похитили неизвестные люди. Неизвестные даже мне. Они оставили девочку, чтобы сделать похищение похожим на побег.

— Но он шел один. Его преследовали.

— Он сбежал. Вернее, ему позволили сбежать. Чтобы шел куда нужно.

— Откуда ты знаешь?

— Мои глаза видят многое из того, что люди пытаются скрыть.

— Ты хочешь помочь нам?

— А разве это выглядит как‑то иначе?

— Куда его гонят?

— В Ар*censored*ию. Затем, вероятно, заставят на корабле пересечь море, чтобы попасть в империю разрозненных султанатов.

— Значит, кто‑то действительно пытается пробудить Вельзевула?

— Почему ты во всем сомневаешься?

— Я лишь хочу составить полную картину. Талисман все еще при нем?

— Этого я не видел, но полагаю, что да. Тем, кто преследует его, это невыгодно.

— Почему же?

— Из‑за тебя. Ты же не допустишь его смерти?

— Но как я смогу это сделать, если не знаю точно, где он находится?

— Ты сможешь встретить его в Ар*censored*ии.

Я задумался. Но прежде чем мысль о подозрении Эла возникла у меня в голове, он успел ее опровергнуть.

— Сведения о том, что маг направляется в Ар*censored*ию, скоро будут известны всем. Но тебе я сообщил истинную суть происходящего. Надеюсь, ты правильно распорядишься полученным знанием. А теперь прощай…

— Постой! У меня к тебе много вопросов.

— У всех ко мне множество вопросов, – бросил он и растворился в воздухе. После него осталась только серая мантия, которая, скатившись на пол, тоже начала исчезать.