Солнце полуночи - Стефани Майер

Было так странно говорить о подобных вещах с человеком, тем более с девушкой, которую я люблю больше жизни. Это не укладывалось в моей голове. И еще больше вызывала недоумение ее реакция – уж слишком спокойно и легко она воспринимала мои объяснения.

На мое извинение она моргнула пару раз, и поспешно заверила:

- Ничего страшного. Пожалуйста, не беспокойся, что можешь меня обидеть или испугать. Ведь именно это тебя тревожит. Я все понимаю. По крайней мере, стараюсь понять. Просто объясняй, как считаешь нужным, – ее интонация выдавала заинтересованность и любопытство и ничего похожего на испуг или отвращение.

Я качнул головой, пытаясь в который раз осмыслить, что мне это все не снится.

- Ты смелая девушка, - похвалил я ее.

- Вовсе я не смелая. Настоящая трусиха! Если бы я была смелой, то держалась бы от тебя подальше.

- Ты не боишься смотреть правде в глаза, - я снова попытался уверить ее в исключительности ее мышления.

- К сожалению, ты не прав, но все равно продолжай, - она так и не приняла заслуженный комплимент. И мне не оставалось ничего другого, как закончить рассказ. Я вздохнул и вернул взгляд на дальний край поляны, обещая себе впредь быть более осторожным с выражениями:

- Так что Джаспер не знает, встречал ли когда-нибудь кого-то… к кому бы его тянуло так сильно, как меня к тебе. Значит, не встречал. У Эмметта, если так можно сказать, побольше опыта, так что он сразу понял, о чем я. Брат говорит, что у него было две подобные встречи.

- А с тобой такое случалось? – мягко спросила Белла, и я взглянул на нее.

- Никогда, - покачал я головой, не в состоянии оторвать взгляд от ее таких манящих густо-карамельных глаз. В воздухе легкой аурой стало формировать электричество, и повисла тишина.

Каждый думал о своем. Белла видимо пыталась осознать услышанное, а я же не мог думать ни о чем кроме близости Беллы и стука ее сердца на расстоянии вытянутой руки.

- И как же поступил Эмметт? – разорвала молчание Белла своим вопросом

Я с силой втянул воздух и задержал дыхание, сжав челюсти, глаза сами собой опустились вниз. Тело казалось, начало жить своей жизнь и мышцы восстали против спокойного состояния. Брат слишком живо описал и представил в своей памяти те встречи, и сейчас я отчетливо видел, как в его воспоминаниях он впился в шеи тех девушек и что он при этом чувствовал.

Слишком резко эти ощущения навалились на меня, оглушив и лишив концентрации, и я с трудом справлялся с эмоциями.

- Кажется, догадалась… - тихо шепнула Белла.

Я отважился встретиться с ней взглядом и чувствовал себя в тот момент уставшим путником, преодолевшим сотни километров пешком до намеченной цели, которая в мгновение ока снова стала недостижимой, а у странника не осталось сил, чтобы продолжить путь.

Также как я за девяносто лет выработал некое подобие иммунитета к крови людей, так он почти полностью исчезал при встрече с Беллой, а восстановить его у меня просто не хватает сил, и я вот-вот могу загубить ее жизнь, стоит только поддаться своему бессилию.

- Даже у самых сильных есть маленькие слабости, - проговорил я, открывая ей один из самых сокровенных своих страхов.

Пусть Белла знает, что я намного слабее, чем кажется со стороны... что она – моя слабость!

Я услышал, что ее сердце зазвучало громче и чаще:

- Чего ты ждешь? Моего согласия? – бросила она с вызовом, мои слова явно задели ее за живое и, прикусив губу, уже тише спросила: - Значит, нет никакой надежды?

До моего сознания медленно дошел смысл только что сказанной ею фразы. Она что приняла мое откровение за просьбу употребить ее в еду? И она... она что? ...она только что предложила мне себя в качестве обеда?

На долю секунды мое услужливое воображение подсунуло мне картину, где вместо Эмметта был я, а вместо тех неизвестных девушек в моих руках подрагивало еще живое тело Беллы, а ее горячая кровь волшебным эликсиром стекала по моему горлу, утоляя голод.

Я сглотнул яд, который мгновенно выделился только от одной мысли о крови Беллы, затряс головой и, отгоняя наваждение, выкрикнул:

- Нет, нет! – убеждал я и ее и себя одновременно. - Надежда, конечно же, есть! То есть я точно не стану… У нас ведь все по-другому! Для Эмметта те женщины были чужими, и это случилось давно, когда он еще не был таким… опытным и осторожным, как сейчас.

- Значит, если бы мы встретились в темной аллее… - она продолжала настаивать на самом мрачном исходе всего этого и дожидалась моего ответа. Ее незаконченная фраза так и повисла в воздухе, распространяя отчаяние ситуации.

Я знал, что она потребует полного признания. Она намекала на день нашей первой встречи. Мое поведение тогда, мягко говоря, было более чем странным. Я поморщился от неприятных воспоминаний, но затем вздохнул и чуть расслабился: Что ж, она хотела знать правду, а я обещал ей быть честным!

- В тот день я ценой огромных усилий сдержался, чтобы не вскочить и на глазах у всего класса не… - я не смог произнести слова «убить тебя». Признание отнимало слишком много сил, и мой голос звучал все тише. - Когда ты прошла мимо, я был готов разрушить то, что годами создавал для нас Карлайл.

Я решился только раз взглянуть на Беллу во время моей исповеди, это было сложнее, чем кажется на первый взгляд. Как можно говорить своей любимой, что ты ее чуть не убил, да и сейчас не слишком далек от этого?

На лице Беллы застыло задумчивое выражение, она наверняка тоже вернулась воспоминаниями в тот день, и я легко предвосхитил ее вопрос.

- Ты наверняка подумала, что я ненормальный! – и улыбнулся такому определению, но улыбка получилась, скорее всего, жалкой.

- Я просто ничего не поняла. Как ты мог так быстро меня возненавидеть? – она подтвердила мои догадки.

- Мне казалось, что ты демон, явившийся из ада, чтобы меня уничтожить. А запах! Он сводил меня с ума! – я снова вдохнул, и ощущения пламени вернуло меня в те минуты. - За час я придумал десятки предлогов, чтобы выманить тебя из класса и завести куда подальше. Я смог побороть все соблазны, думая о семье и горе, которое причинит им моя несдержанность.

Я больше не отводил взгляда от Беллы, ее реакции вновь стали естественными. Пульс и дыхание были в пределах нормы, - разговор вернулся в спокойное русло. Единственно, что говорило о ее задумчивости, были небольшие морщинки на лбу.

Я на минуту прервался, позволяя ей переварить услышанное.

- Уверен, мне удалось бы увести тебя из школы, - сорвалось с моих губ - скорее утверждение, чем вопрос.

- Вне всякого сомнения, - заверила она меня. Я продолжил:

- Потом я попробовал изменить расписание, чтобы не сидеть с тобой за одной партой. Но ты тоже пришла в административное здание. В той маленькой теплой комнатке у меня голова пошла кругом от твоего запаха. Я едва не поддался соблазну, ведь кроме нас там была только одна женщина, с которой бы я справился без труда.