Солнце полуночи - Стефани Майер

- Не сейчас! – одернул я себя, - Ты можешь этим испугать ее сильнее!

И еще я не хотел сию минуту давать лишний соблазн зверю вырваться из заточения. Он и так неистовствал, буквально скуля от возможности получить желанное. Да и пламя в горле стало напоминать нескончаемый поток лавы, прожигая почти насквозь и дурманя разум чуть слабее, чем новые впечатления.

Для первого раза достаточно! Я замер...

Мои руки мягко опустились на плечи Беллы и, осознав, что сейчас я держу ее в настоящих объятиях, и в состоянии контролировать себя, мое дыхание прервалось от восхищения и от полноты чувств, которую я испытывал впервые в жизни.

Я был близко, я был невероятно близко!

Чудовище внутри меня заметалось яростнее, желая сильнее сжать жертву в тиски, но не он сейчас диктовал условия.

Сердце Беллы трепетало с невообразимой скоростью, и я мог поклясться, что слышу, как кровь перетекает под ее кожей, так остро и чутко я воспринимал свои ощущения.

Не отнимая рук, я провел щекой вниз по ее груди и остановился, когда удары ее сердца стали раздаваться прямо под моим ухом. Сила ее пульса отдавалась во всем моем теле и разносилась вместе с теплом, заставляя чувствовать себя живым. Ее сердце билось сейчас за нас двоих.

Я до конца не мог верить происходящему. Это не сон: любимая Белла в моих объятиях и я слушаю трепет ее жизни. У меня получилось!

Погруженный в море неведомых дивных переживаний, я чувствовал, как Белла расслабилась в моих руках, позволив полностью удерживать ее тело, и как ее сердце стало отзываться с меньшим ритмом. Ей стало спокойно в моем присутствии.

Я желал сейчас еще только одного – чтобы этот миг не заканчивался никогда.

Прошло много времени, но молчание нас не тяготило. Секунды складывались в минуты, а те в свою очередь плавно перетекли в часы. А для меня существовала только Белла, только здесь и сейчас она заполняла собой все мое существо.

Наконец, вихрь чувств в моей крови ослаб, и я заставил себя отстраниться от нее, и встретился с ее взглядом, читая в нем удивление и нежность.

- В следующий раз будет легче, - поделился я своими переживаниями.

- А в этот раз было непросто?

- Ну, примерно так, как я себе представлял.

- Все в порядке, - улыбнулась она мне, и я не смог сдержать смех от ее оценки. Все прошло намного лучше, чем в порядке.

- Ты же знаешь, о чем я!

Но она не ответила, а просто улыбнулась. Может, ей сейчас трудно подыскивать слова? Может, все произошедшее было слишком не только для меня, но и для нее?

Во мне возникла новая прихоть, чтобы теперь Белла коснулась меня, чтобы она узнала, как меняет меня ее близость. Я изнывал от желания снова чувствовать, как ее пальчики скользят по моей коже. Это было легко устроить... взяв ее ладонь в свою, я поднес ее к щеке, которая несколько минут назад грелась на ее груди.

- Вот, чувствуешь, как тепло? – спросил я, и уловил легкую дрожь ее пальцев и снова убыстрившийся пульс... это касание взволновало ее.

- Не шевелись, - прошептала она одними губами, и я застыл.

Чтобы полнее воспринимать все происходящее первое время я не дышал и закрыл глаза, проникаясь каждым ее движением по моему лицу. Ее пальцы немного подрагивали, но уверенно и чутко, следовали за чертами моего облика.

Она не пропустила ничего: скулы, щеки, глаза, нос – она обрисовала их все горячими штрихами и с удивительной мягкостью. Но когда она обвела контур моих губ, мое собственное сердце подпрыгнуло в груди, а мышцы сократились, но не от стремления утолить жажду, а от страстного желания, чтобы вместо ее пальцев, к моему рту прильнули ее манящие губы.

Я задышал чаще и прерывистей, стараясь усмирить бурю влечения, что разрывала меня изнутри, и требовала немедленного выхода. Рука Беллы замерла, видимо почувствовав мою ответную реакцию, а потом исчезла из моих чувств. Она больше не прикасалась ко мне...

Я открыл глаза, стараясь вернуть нормальный ритм дыхания, и с трудом подавляя одержимость продлить прикосновения.

- Как бы мне хотелось, чтобы ты поняла всю сложность и запутанность моего положения, - прошептал я, заметя ее выжидающий взгляд.

- Объясни, - попросила она.

Я боялся испугать ее своими признаниями. Помимо огромной любви, которую я испытывал к Белле, меня еще сильнее магнита притягивало к ней пылкое влечение. Причем оно имело надо мной власть даже сильнее, чем банальная жажда крови.

Меня в Белле волновало буквально все: лицо, улыбка, манеры, легкая небрежность волос и даже ее небольшая неуклюжесть, - все было невероятно притягательным. И я нескончаемо благодарил судьбу за возможность обнять ее. Но я бы так желал... и мой взгляд в очередной раз замер на ее влекущих полных губах, обещающих такие сладостные поцелуи.

- Вряд ли получится. С другой стороны, я рассказал тебе о своих потребностях и предупредил, что от такого мерзкого существа лучше держаться подальше… Думаю, в какой-то степени ты способна меня понять. Хотя, не страдая пагубными пристрастиями, ты не сумеешь представить себя на моем месте. Однако...

Я замолчал, позволив себе всего лишь коснуться пальцами ее губ, ощутив, как они приоткрылись, и по коже руки теплым ветром прошлось ее дыхание, и уже тише закончил свое признание:

- Однако... есть и другие потребности и желания. Те, о которых я ничего не знаю.

- Вот это я понимаю лучше, чем ты думаешь, - серьезно кивнула Белла. Значит ли это, что ее тоже влекло ко мне? Или что она хотела меня поцеловать?

- К подобным переживаниям я не привык, - признал я свою полную неискушенность, - Уж слишком по-человечески! Интересно, так всегда происходит?

- Не могу сказать, - покачала она головой, - Со мной такое впервые!

Последние ее слова еще больше разожгли во мне желание стать для нее первым во всем.

Но я хотел быть с ней честным! Не важно, что я чувствую к ней, важно – что я могу ей дать в наших отношениях. Я взял ее за руки, и такое невинное прикосновение вновь заставило все мои чувства и желания молить о продолжении.

- Я ведь не знаю, что такое близость, как духовная, так и физическая. Может быть, я даже не способен на нечто подобное!

Внимательно посмотрев в мои глаза, она медленно наклонилась и прижалась щекой к моей груди, как несколько часов назад сделал я.

- Этого мне достаточно, - тихо призналась она, и я заметил, что она смежила веки, и ее длинные ресницы почти касались щек. Она слушала мое сердце, которое отныне и навсегда принадлежало только ей и билось ради нее.

На секунду, замерев от неожиданности поступка, я обнял ее и прильнул лицом к ее пышным локонам, снова наслаждаясь необычностью мига и с жадностью вдыхая сладкий притягательный запах, который за сегодняшний день уже успел опьянить меня. Я чувствовал себя наркоманом, у которого настало бесконечное блаженство.