Каган русов - Сергей Шведов

- Разумеется, нет, - всплеснул руками магистр. – Я бы никогда не стал посылать на верную смерть дорогого мне человека, Борис, даже если бы меня об этом просил сам император.

Святослав покинет Болгарию и очень скоро, но ты, царевич Борис, должен быть к этому готов. Я дам тебе в проводники надежного человека, который сведет тебя с нужными людьми. Ты его знаешь, это уважаемый Натан, купец из Хазарии.

- Иудей? – нахмурился Борис.

- Зато он ненавидит Святослава больше, чем кто бы то ни было в этом мире. А враг твоего врага всегда самый надежный союзник – запомни это, царевич. Уважаемый Натан богат, у него обширные связи в Болгарии, а тебе очень скоро понадобятся деньги. Без золота нет армии, а значит, нет и победы, благородный Борис, это должен знать всякий претендент на престол, царский или императорский. Святослав оставит в городах свои гарнизоны. Не думаю, что они будут слишком многочисленными, ибо каган считает, что Болгария уже покорена и люди, давшие ему клятву, до конца дней останутся ей верны. Он язычник, и у него свои представление о чести и добродетели, весьма отличные от наших.

- Ты не сказал, магистр, почему он вдруг покинет Болгарию?

- Его вынудят к этому обстоятельства, - усмехнулся Константин. – Печенеги разорят Киев. Это заставит Святослава вернуться на Русь. За время его отсутствия ты должен прибрать к рукам Болгарию и возложить на себя венец своего отца.

- А если он вернется, разгромив печенегов? – задал резонный вопрос Борис.

- В этом случае империя поможет тебе, - покривил душой Константин. – Но я бы на твоем месте не искал союзников.

- Почему?

- Потому что иная помощь хуже разорения, - усмехнулся магистр. – Как видишь, я с тобой откровенен, царевич. Ромеи никогда ничего не делают даром. Да и рука императора Никифора Фоки ничуть не легче длани кагана Святослава. Рассчитывай только на себя, благородный Борис, и ты добьешься успеха.

- Но ведь Болгария разорена войною? – нахмурился царевич.

- С чего ты взял? – удивился Константин. – Болгарские города сдались Святославу без боя. А каган русов, пресыщенный добычей, взятой в Хазарии, не утеснял обывателей налогами. Воеводе Михаилу удалось сохранить армию, благодаря разумному поведению, и эта армия готова присягнуть новому царю.

Борис задумался, но ненадолго, через минуту он вскинул на магистра горячие карие глаза:

- Я все же не понимаю, Константин, почему император разорвал договор с каганом русов и почему вдруг решил помогать болгарам? Ведь это вы, ромеи, натравили Святослава на моего отца.

- Царь Петр допустил большую ошибку, заключив союз с венграми и франками, - охотно пояснил магистр. – У империи не было иного выхода, как заключить союз с русами. Я сам приложил к этому руку, царевич. Кроме того, Никифор еще не разорвал договор со Святославом, и если он это сделает, то только в случае крайней необходимости. Именно поэтому я и говорю тебе, Борис: полагайся только на себя. Империя не заинтересована в войне с русами, во всяком случае сейчас, и Никифор Фока сделает все от него зависящее, чтобы оттянуть ее начало на достаточно долгий срок.

- Я все понял, магистр, - кивнул Борис. – Спасибо тебе за помощь и участие.

- Рад был услужить будущему царю Болгарии Борису Великому, - склонился в поклоне магистр.

Столица Византии уже погрузилась во тьму, когда магистр Константин, проведший весь день в трудах и хлопотах, направил, наконец, свои стопы к родному дому. Надо признать, что магистру многое сегодня удалось. Во-первых, он посрамил своих врагов на глазах у императора Никифора, во-вторых, он убедил царевича Бориса бросить вызов судьбе и обстоятельствам. Константин далеко не был уверен, что старшему сыну покойного царя Петра удастся совладать с каганом Святославом, но это было не столь важно. В любом случае война в Болгарии продолжится, и это будет на руку Византийской империи. Вот только самому Константину не оплошать бы в создавшейся ситуации и извлечь выгоду там, где других ждут только потери.

Войдя в дом, Константин жестом отпустил телохранителей. Его дворец был хоть и велик, но надежно защищен, как от воров, так и от прочих недоброжелателей. Магистр, отлично знающий как обманчива порой бывает тишина большого города, сделал все от него зависящее, чтобы избежать неприятных сюрпризов хотя бы в собственном дворце. Его покой охраняли более сотни вооруженных и хорошо обученных людей. Не только дворец, но и сад находились под пристальным круглосуточным наблюдением. Конечно, от гнева императора телохранители его бы не спасли, но в остальном на них вполне можно было положиться.

- Тебе письмо, господин, - склонился в поклоне перед магистром вышколенный слуга.

Письмо прислал Константину уважаемый Натан. Вот ведь неугомонный человек! Даже годы его не берут. Магистр на здоровье пока не жаловался, но вряд ли у него хватило бы сил мотаться по всей Ойкумене, из Византии на Русь, из Руси в Печенежские земли, а от печенегов в Болгарию. Натан сообщил, что ган Куря уже двинул свои тумены на Киев. Силу он собрал немалую. Тридцать тысяч степняков готовы были растерзать землю, оставленную на произвол судьбы легкомысленным хозяином. То-то будет неожиданность для гордого своими победами кагана Святослава. Интересно, догадается ли далеко не глупый Святослав, кому он обязан этим неожиданным набегом?

Константин взял из рук слуги светильник и жестом отослал его прочь. Он собирался хорошенько подумать перед сном и, возможно, ответить на письмо уважаемого Натана. Надо отдать должное иудею, он здорово помог ромейскому магистру в его борьбе едва ли не со всем миром.

Магистр вошел в ложницу и поставил светильник на небольшой деревянный столик, сработанный с большим изяществом. Константин любил красивые вещи. И в дополнение к этому столику он приобрел недавно еще и удобное кресло. Кресло предназначалось для размышлений и отдыха самого магистра, но сейчас в нем сидел совсем другой человек. Осознав столь невероятный факт, магистр вздрогнул.

- Магистр Константин, я полагаю? – прозвучал из полутьмы спокойный голос.

- Допустим, - хрипло отозвался хозяин на бесцеремонный вопрос незваного гостя. – А ты кто такой?

- Меня зовут Азар. Я пришел по твою душу, скиф.