Слепая совесть - Нидейла Нэльте

«Думаю, Дарсаля хватит», — отвечает император.

«Слушаюсь, мой господин». — в ментальном тоне Ивена чудится легкая ухмылка. Или это мои предубеждения вылезают на поверхность.

«Как прикажете, эрлар», — отвечаю. Как прикажете.

Ноэлия

Что-то меня аж трясет, не верится. Неужели все позади? Я — императрица! Боже, я императрица Айо! С ума сойти!

Жених сегодня невероятно мил, и я понимаю, что у двери уже не остановится. Даже теряюсь, куда идти-то? Ко мне? К нему? Привычно хочу обернуться к Дарсалю, тут же краска заливает лицо. Не могу я с такими вопросами к нему обращаться. Да и… Боже, не вспоминай ты этот поцелуй!

Иллариандр ведет в мои покои, то есть это он будет приходить, когда сочтет нужным? Вроде про общие комнаты нигде не упоминалось.

— Налить тебе вина, любимая? Ты вся дрожишь.

Мы уже посреди гостиной. Словно целые куски выпадают из восприятия, даже не помню, как здесь оказались. Пуся откуда-то выскакивает, трется в ногах.

— Боюсь, — шепчу.

— Не бойся. — Иллариандр нежно проводит ладонью по щеке.

Все-таки подносит бокал к губам, заставляет глотнуть. Закашливаюсь. Такое терпкое, обжигающее. Боже, я хочу, чтобы это все уже поскорее закончилось! Залезть в ванную, распустить волосы и… не знаю. Позвонить Тересии. Вздыхаю.

— Ну что ты, любимая? — Иллариандр приближается, привычный приятный запах мужских благовоний, почему-то снова вспоминаю омаа.

Иллариандр целует, ощущаю его руки на молнии на моей спине. Оборачиваюсь резко. Дарсаль у двери, в глазах белое пламя. Почему он тут? Почему один?

— Что, любимая?

— Пусть он выйдет, — шепчу. — Я так не могу.

Даже мысли о том, что мы уйдем в спальню, а он останется здесь, обжигают сердце чем-то раскаленным, как те щипцы, которыми мне волосы укладывали. А уж если еще и в спальню за нами пойдет… Господи!

— Тебя тревожит Страж, Ноэлия?

— А тебя — нет? — недоумеваю.

Иллариандр пожимает плечами:

— Охрана всегда со мной, я хуже себя чувствую без них.

С губ едва не срывается вопрос, к Шарассе своей он тоже с охраной ходил? С трудом сдерживаюсь, не место и не время.

— Пожалуйста, — шепчу, на глаза почему-то набегают слезы.

— Хорошо, как пожелаете, эрлара. — Иллариандр подает отпускающий знак.

Не смотрю, как скрывается за дверью высокая фигура. Пусть уже Иллариандр делает что положено. Закрываю глаза. Жених… да муж же, твою бестию! Берет аккуратно мою руку, подносит к губам. Ведет в спальню. Закрывает дверь перед носом возмущенной Пуси, похоже, желающей все лично проконтролировать. Хихикаю. Эх.

— Ну не вздыхай ты так, — шепчет Иллариандр. — Ноэлия, ты же взрослая девочка.

Киваю. Конечно, взрослая. Конечно, все знаю.

В комнате горят свечи, давая совсем чуть-чуть интимного света. На кровати приоткинуто одеяло. А я почему-то думаю о том, кто это все готовил. Все знают, вся империя ждет от меня наследника. Как-то не радует, угнетает скорее.

Муж мягко скидывает с меня платье, смущаюсь. Хорошо, что темно и ему меня почти не видно. Не хотелось бы, чтобы рассматривал.

Даю уложить себя на кровать, избавиться от лишнего белья. Как-то не так я представляла свадебную ночь. Хотя сложно сказать как. Чего-то не хватает, такого, особенного… ну не омаа же.

Прикрываю веки, руки императора проходятся по телу, прикасаются к груди. Поскорее бы все закончилось, и я бы снова позвала Дарсаля, и… Твою бестию, я же ему книгу забыла подарить! Где-то на полках стоит. И маленькую так и не нашли. О чем я думаю!

Смотрю на жениха, он совсем близко, глаза горят. Ну то есть… после глаз Дарсаля выражение звучит странно. Ничего у императора не горит.

Руки умело водят по телу, наконец-то вызывая приятные ощущения. Где-то в глубине зарождается жар, желание, какое возникало иногда при просмотре фильмов про любовь, одобренных мадам Джанс.

— Расслабься, — шепчет.

Запускает пальцы туда, куда не проникало ничего… кроме омаа. Да о чем я все время думаю! И омаа туда не могло проникать, мне, наверное, приснилось.

Сердце отчего-то бьется сильнее. Но Иллариандр отворачивается, достает небольшую коробочку с тумбочки:

— Хочешь смазать?

— Что? — спрашиваю.

Муж вздыхает, сам начинает манипуляции. Подглядываю вполглаза, любопытно. Теоретически знаю, конечно, что и для чего, но вместе с тем так странно, непривычно.

Рассматриваю жениха, все-таки он у меня красавчик. Мышцы напряжены, эти ямочки на щеках. Провожу ладонью по плечу, приятно. Теплая мягкая кожа, упругие рельефы. Не вспоминать бы о других широких плечах.

Твою бестию, кажется, я хочу своего Стража. Сколько времени старалась об этом не думать, но сейчас, когда законный муж распалил все инстинкты, в голову только и приходят картины омаа, поцелуя, груди в капельках воды. Не заметили бы, господи, пожалуйста, пускай думают, что все для жениха! Какая же из меня после этого жена…

Иллариандр наконец-то завершает манипуляции, снова поглядываю на твердое мужское достоинство. Не впечатляет как-то. Наоборот, страшно. Где оно все во мне поместится?!

Ладно, успокаиваюсь, закрываю глаза. У других помещается, чем я хуже-то.

Лучше бы не закрывала, снова воспоминания о совсем иных плечах и спрятанных в полотенце бедрах, и шальные мысли, что нужно было сорвать это полотенце…

Приятная мужская тяжесть сверху, император аккуратно раздвигает мои бедра. Все-таки мне повезло. Ведь у Стражей, говорят, с этим еще хуже. Да не может быть, чтобы у Стражей все было так плохо! Я же видела, каким Дарсаль бывает… пусть по долгу службы, но если он хотя бы вполовину так же нежен и терпелив с той, кто выбирает ему одежду… Твою бестию, как же больно об этом думать!

В который раз заставляю себя переключиться на мужа. Он тут старается, а я… Тоже ведь ласков, а я-то в глубине души боялась, что после церемонии перестанет церемониться. Дурацкая тавтология, ну о чем же я думаю! Еще не хватает нервно рассмеяться, у мужа и без того проблемы с зачатием, а так вообще все желание… мм… упадет.

Ох, а вот это уже больно, как-то сразу не до смеха становится. Стараюсь не концентрироваться на болезненных ощущениях, да и мазь смягчает. Терпимо. Только возбуждение куда-то уходит, Иллариандр ускоряет темп, хотя лучше бы продолжал так же медленно. Несколько резких толчков, муж откатывается, откидывается на подушке. И все?

Лежу, соображаю, это уже оно или как? Лишь что-то мокрое на простыне подсказывает — да, оно. А где же пресловутое удовольствие?

— Отдыхай, любимая. Сегодня больше не буду тебя трогать. Завтра продолжим. Хорошо? — Муж прикасается губами к щеке. — Тебе понравилось? Не переживай, в первый раз всегда немного болезненно. — А ты-то откуда знаешь? Лично девушек проводил через это или теоретически? — Дальше легче пойдет.