Драконье сердце - Маруся Хмельная

Ал так и держал меня за руку до самых своих апартаментов, словно боялся, что я куда-то сбегу. Но куда я уже сбегу. Всё, попалась рыбка на крючок.

Мы прошли в его кабинет, и за закрытыми дверями стразу накатила неловкость. Мы разняли руки, и Ал предложил мне жестом присесть на диван у стены, на столике перед которым были выставлены свежие закуски, а сам повернул кресло, чтобы сесть напротив.

- Как тебе удалось вернуть пепельный цвет глаз и убрать чешуйки? Что случилось? -спросила я то, что интересовало, чтобы сбросить неловкость.

- Я перешел на седьмую ступень и теперь могу контролировать не только трансформацию, но и придать глазам оттенок любой ступени. Вот, смотри.

Я взглянула в его глаза. Их цвет сменился от пепельного к янтарному, от янтарного к оранжевому, потом к алому, багряному, затем стал пепельным, потом чёрным и вернулся к пепельному.

- Очешуеть. - только и смогла выдать я.

- Так что теперь я себя не выдам. Тебе тайн или морофруззо? - как ни в чём не бывало, спросил Ал.

- А? Что? - заворожённо, ещё в потрясении от увиденного, переспросила я.

- Горячее или холодное? Тайн или морофруззо? - спокойно переспросил он.

- Эм... Знаешь, я пока ничего не хочу. Я немного в шоке... А что теперь? Что дальше?

- Дальше. Я с твоего позволения выпью воды. Мне сейчас надо много воды - пожар внутри бушует, - словно извиняюще, Ал потянулся к графину с водой, налил бокал, выпил залпом, за ним второй.

- У тебя. точно всё в порядке? - озаботилась я.

- В полном, поверь. Это просто частичная трансформация, это нелегко, но надо пережить.

- Ладно. Так какие наши планы?

- Тебе - учиться. Повышать уровень магической силы. Будем заниматься по методике отца. Мне - дойти до десятой ступени, чтобы пробудить дракона.

- Хорошо. Какие мои действия? Как мне повышать потенциал? Ты сказал, что только у тебя остался доступ к учению отца. Каким образом?

Ал молча снял пиджак. Медленно, не сводя с меня горящих глаз, стал расстёгивать рубашку.

В вырезе появилась смуглая грудь с чёрными волосками, и я сглотнула.

- Ал, что ты делаешь?

Он всё также неспешно, словно соблазняя, расстегивал рубашку. Расстегнул до конца, и полы шёлка скользнули в разные стороны, приоткрывая пупок и дорожку к брюкам.

Ал принялся за рукава. Я, как заворожённая, следила за его тягучими движениями. Не могла оторвать взгляд.

Расстегнув рукава, Ал поднялся и продолжил раздевание стоя. Всё также прожигая меня своим взглядом.

Э-э. что здесь происходит?

Наконец, сиё действо было закончено, Ал откинул рубашку, которая водой стекла на кресло, и остался передо мной обнажённый по пояс.

Я хотела отвести взгляд. Клянусь, хотела! Но не смогла. Жадно рассматривала широкую грудную клетку, рельеф мышц. Взгляд остановился на торчащих тёмных сосках. Сам спустился ниже, прочерчивая дорожку к пупку и ниже. Интересно, а брюки он снимать будет?

Так, стоп! Что-о?!

Только я хотела себе надавать оплеух по щекам - мысленно, конечно - и отвести, наконец, взгляд от этого безобразия... Нет, конечно, не безобразия - тело Ала безобразным не назовёшь - а очень даже «образия»... Но ведь неприлично же. мне так глазеть. Как вдруг случилось то, что теперь точно приковало взгляд к себе, не отпуская.

Огненной магией вспыхивали на теле Ала слова текста. Только непонятного.

Ал подошёл к стене и отодвинул фальш-стену, за которой оказалось зеркало во весь рост. Подозвал меня жестом к себе. Я подскочила и посмотрела в зеркало. Точно. Вот что меня подспудно напрягло - текст был нанесён зеркально. И теперь в зеркале всё вставало на свои места.

- Свои записи отец спрятал на мне, - хрипло произнёс Ал, глядя на меня в зеркало.

А я стояла так близко, что могла коснуться его плеча губами. Они как раз были на этом уровне.

- Это тату? - спросила я, только чтобы что-то спросить. Чтобы не молчать. Потому что молчание было таким напряжённым и густым, что, казалось, его можно есть ложками.