Никакой магии - Андрей Уланов

Взаимно. Надменно-спокойное лицо дрогнуло, искажаясь гримасой, гневно полыхнул взгляд, правая рука скользнула за отворот и тут же появилась вновь, кургузо сверкая вороненой сталью… а затем все заслонило темно-синее сукно парадного мундира Корабельной Пехоты.

Треск выстрела оказался на удивление негромким. Я с ужасом ждала, что Кард рухнет на колени, открыв меня дымящемуся стволу, но вместо этого полковник шагнул в сторону, а за ним обнаружился командор… уткнувшийся лицом в резной квадрат дорожки.

— Вот сейчас, — хрипло выдохнул Кард, — и в самом деле все кончено.

Позади затопали сапожищи, с хрустом растирая в пыль рассыпаные вдоль края дорожки крохотные скорлупки раковин, кто-то свистел в свисток, кто-то кричал, надсаживаясь… как всегда у людей, самая большая суета начинается, лишь когда…

Я перевела взгляд на спутницу командора. Глубоко вздохнула — и медленно, неторопливо, — Великий Лес, каких усилий стоила мне эта неторопливость! — вытянула из кобуры пистолет.

— Нет, сэр. Одно дело еще осталось.

«У вас большие задатки, — сказал тогда Кэл, — для двух очаровательных бомб». И добавил: «Уверен, охрана королевского дворца не посмеет обыскивать эльфийку здесь».

Сейчас я тоже была уверена — охрана королевского дворца не стала обыскивать беременную леди.

Девушка улыбалась все так же счастливо-безмятежно, словно бы ничего не произошло и ее спутник по-прежнему стоял рядом. Я смотрела на ее улыбку сквозь прицел, старательно ловя каждое движение, каждый звук.

— Что вы… — Кард осекся, похоже, до него, наконец, дошло.

А вот я не понимала сейчас лишь одного — почему не жму на спуск? Девушка все равно уже почти мертва, но если она успеет привести в действие бомбу, то вместе с ней на Вечный Лед отправлюсь и я. А заодно — полковник, гвардейцы за моей спиной, и другие люди, чьи лица гротескными масками страха и любопытства маячили где-то на перефирии сознания. Каждое мгновение промедления — игра в «рыбку» с судьбой, где ставка на кону — добрый десяток жизней. Так почему же я не стреляю…

…и до сих пор не разорвана в клочья?

«Главное — подобрать правильную мотивацию», говорил полуэльф. И можно надрессировать даже ящерицу… а человека? Опиум достать куда проще, чем… какой-нибудь эльфийский «настой изменника», зло подумала я. Но и эффект несравним. Они явно импровизировали, торопливо, наспех, иначе командор не стал бы идти на отчаянный риск, лично ведя свою «живую бомбу» к цели. Что же они успели внушить одурманенной жертве?

— Режьте платье, сэр. И, во имя всех ваших святых, осторожно!

Затрещала рассекаемая ткань, затем вдруг что-то брызнуло, звонко рассыпаясь под ногами — на миг опустив глаза, я увидела множество разноцветных стеклянных шариков, игрушку клавдиумской детворы, два гроша за дюжину во всех лавках.

— Все назад! — хрипло выдохнул полковник. — Дальше, дальше… тут полно динамита.

Толпа зевка дружно качнулась назад, кто-то упал, вскрикнул.

— Хитрый ублюдок, — продолжил бормотать Кард, — понакрутил тут почище иного гнома. Ага… похоже, двойная система инициации… шнур почему-то идет к ноге, странно…

В голове у меня вдруг проявилась картинка — Кемминг с девушкой идут навстречу Анриетте, вот командор начинает отставать, а живая бомба продолжает идти, подходит, опускается на колено.

— Не вздумайте резать шнур, сэр.

— Что?! — удивленно переспросил Кард. — Но… ах, вот как… пружина и срабатывает на сжатие… ну ладно.

До меня донеслось тихое ругательство, короткий металлический скрежет — а затем полковник выпрямился, осторожно, на отлете, держа небольшую картонную трубку.

— Это запал, — объяснил он. — Отойдите в сторону, инспектор.

Я послушно шагнула с дорожки. Кард размахнулся и швырнул трубку, целясь в каменный столбик футах в пятнадцати. Взрыв прозвучал негромко, просто хлопок, но почему-то ноги у меня подкосились, мелькнуло небо, встревоженное лицо полковника — а затем стало темно и тихо.

* * *

— Они чуть не взяли посольство штурмом, но старший целитель стоял насмерть, как легендарный герой. Никаких визитов, полная изоляция пациентки от этих ужжасных людишек.

Сидевший рядом с моей кроватью Моран вытянул руки, полусогнув пальцы на манер выпущенных когтей и зевнул, точь-в-точь как древесный кот. Ему тоже весьма шел привычный эльфийский наряд — черный с зеленым и красным, цвета второй по старшинству Высокой Ветви. Конечно, эльфа в таком хамоне пропустили бы и к умирающему.

— Он завернул даже Молинари, хотя в этом случае, подозреваю, сыграли роль скорее причины личного характера, чем врачебная необходимость.

— Да, целитель Гилан бывает суров, — согласно кивнула я, припоминая некоторые высказывания. Будь он человеком, наверняка ругал бы меня с утра до вечера, прерываясь лишь на еду и процедуры. Но как Перворожденный, Гилан был вынужден искать другие способы донести до меня свое глубочайшее недовольство — и весьма успешно находил их.

— Порой чрезмерно, — Моран взял со столика один из флаконов с лекарственной настойкой, открыл пробку и скривился. — В конце концов, с точки зрения военно-полевой невралгии ваш случай не представляет ничего выдающегося. Обычный слом защитного барьера, вызванный нервным перенапряжением, со стандартными же последствиями: шок, депрессия. Что поделать, такова плата нашей расы за умение убивать.

— Слишком легко убивать, — содрогнувшись, прошептала я. Едва отступившие призраки вновь придвинулись вплотную и беззвучно взвыли, пытаясь дотянуться из-за ледяной стены.

— Я не задумывалась… просто жала на спуск… и теперь на моих руках — кровь!

— Только плакать не надо! — строго произнес Моран. — Мы тут с любезным Гиланом крепко поспорили насчет вас, а я, знаете ли, терпеть не могу проигрывать в споре. Что же касается ваших мертвецов, — эльф сердито взмахнул рукой и, странное дело, призраки, словно испугавшись, отшатнулись прочь, растворяясь на фоне целебного мха стен. — Вы ведь не думали о том, сколько жизней спасли, инспектор Грин? Попробуйте подвести баланс.

— Вы путаете меня с гномом.

— А вы попробуйте, — настойчиво повторил Моран. — А я помогу, — подняв руку, он принялся загибать пальцы: — девушка в дворцовом парке, королева, лейтенант О#39;Шиннах, несколько сотен женщин и детей в овечьем городке, мисс Марилена…

— Марилену я не спасала.

— Странно, а вот она полагает иначе. Ну и главное, — убирая руку, продолжил Моран, — площадь Пяти Святых. Вы хоть знаете, что заговорщики притащили на башню? — я мотнула головой. — Пневматическую мортиру и две дюжины динамитных бомб. По толпе сложно промахнуться, а паника и давка легко довели бы число жертв до нескольких тысяч. И это лишь прямые итоги вашей пальбы, инспектор, а есть еще и глобальные. Вы — настоящая героиня, Фэйри.