Грешная воля Катастроф - Орлова

Взгляд оного поднялся на личность, что неизменно сидела на одном и том же стуле со своим котом.

— Ты манифестация Катастрофы. Твои фанатики пытались меня украсть тогда. — начал он с наездом.

— Ха-ха. Всё-таки, этот момент настал. Да. Так и есть. Чёрная церковь поклоняется мне. — девушка закрыла книгу и посмотрела на прибывшего гостя. — Но лично я не отдавала им приказа. Просто ощутили часть моей силы.

— Порой твоя система куда-то уходила. Неужели из-за нахождения рядом с Катастрофой?

— Какой догадливый. Я не хотела, чтобы меня так быстро обнаружили.

— Почему раньше не сказала? — вся эта ситуация раздражала путника.

— А зачем?

— Зачем?! Да я в буквальном смысле был прямо пред ней! Я чуть ли не поддался её влиянию! Её резонансу Эго!

— Моя вина, что дал себя обмануть? — оставалась непреклонна девушка. — Я, знаешь ли, не вижу происходящего. Просто смогла кое-что заметить, когда ты, хах, так сказать, занимался всякими вещами с Катастрофой безумия.

Валтейн выдохнул. Нужно обуздать гнев. Нужно быть спокойным. Теперь ему известна цель, теперь он знает кого стоит убить. Теперь нужно принять реальность и смириться с ней.

— Ладно. Теперь ответь мне. — он подошёл к ней поближе, чуть ли не нависнув над ней.

— Мяу-у. — внезапно Чешир открыл глаза и недовольно поглядел на мужчину.

— Ну же, Чешир, не нужно беспокоиться. Валтейн не сделает ничего плохо, правда ведь? — с каким-то хитрым выражением лица проговорила библиотекарша.

— Почему тебя здесь заключили? Саму Катастрофу. Одну из тех, кто терроризирует мир одним своим существованием. — это было даже с некой иронией.

— Эта история стара, как мир, Валтейн.

— У меня есть время. Теперь есть. Он и так уничтожен.

— Ха-ха. Как критично для него самого. — её руки продолжили гладить кота. — Меня немного не любят.

— И это всё? Рассказывай дальше.

— Ну же. Войди в положение. Мне не слишком приятно вспоминать то время. — Винтерс наигранно надулась. Но, поняв, что это не возымело никакого эффекта, вернулась в прежнее положение. — Хорошо. Пролью я свет на некоторые тайны этого мира. В прошлом я захотела остаться единственной Катастрофой.

— Чего?..

Это сильное заявление. Даже для такой сущности, как она. Остаться единственной? Это значит повергнуть всех остальных?

— С какой целью? — уже не так смело поинтересовался Валтейн.

— Моё Эго не может терпеть существование других подобных мне.

— …тогда почему тебя не убили окончательно?

— Наверное, правильно всё-таки считать, что Катастрофу может сразить только другая Катастрофа. Но это не совсем так. — улыбка на лице девушки стала шире, а во взгляде проявилось нечто страшное. — Понимаешь, мы бессмертны, покуда абсолютно уверены в своём пути. Ты можешь уничтожить оболочку, но не Эго. И поверь, Эго каждой Катастрофы не потерпит банальной смерти, пускай и от равного себе.

— Как это?..

Путник не совсем понял. Раньше он думал, что достаточно одолеть, казалось бы, непобедимых существ. А теперь выясняется, что их в принципе невозможно убить окончательно. Такое вообще честно? Как мир существует до сих пор?

— Ха… Ха-ха-ха-ха! — внезапно засмеялась Винтерс самым чистым смехом из возможных. — Ты правда думал, что тебе хватит… Эм? Снести голову? Или… Или на что ты рассчитывал?

— Ты же сама сказала… Убить Катастрофу…

— Да. В истории есть прецедент смерти Катастрофы. — она успокоилась. — Момент, когда удалось сломить её Эго.

— Ты… — гнев вбирался из самых недр груди. — Смеялась надо мной?! С самого начала просто веселилась?!

— Почему ты так думаешь? Я просто удивлена, что ты правда считал, что всё так просто.

— К чёрту твои оправдания… Страж говорила правду. Тебе не стоит доверять. — путник отошёл и уселся на стул с ужасным настроением. У него было слишком тяжело на душе. У него теперь не осталось никаких союзников. Они либо погибли, либо же оказались лжецами.

Винтерс беспристрастно смотрела на мужчину и заговорила:

— Не надо метаться из крайности в крайность. Катастрофы иной уровень. Их не убить обычными способами. Максимум, хах, запечатать.

Валтейн молчал. Ему не хотелось с ней разговаривать. Может, выглядело слегка по-детски, однако настроение не располагало. Уж слишком взбесила нынешняя ситуация. У него просто нет вариантов.

В мире бушуют различные монстры, сила которых не позволит ему что-либо сделать, Эллен оказалась главной целью, Винтерс и вовсе забавна вся эта ситуация.

С самого начала никто не являлся его союзником. Кроме, разве что, Элис. Она единственная, наверное, кто не обманывала его. Может, скрывала что-нибудь, но… В ней Валтейн хоть как-то был уверен, нежели в этих созданиях. Катастрофы слишком опасные, непонятные и непредсказуемые существа. Возможно ли им вообще доверять?

— Ты обиделся? Расстроился из-за меня? Правда так зол? — библиотекарша не унималась. — Я не хотела тебя так обижать. Я хранила эти знания ради тебя.

— Ради меня? Да что может сделать одно из самых эгоцентричных созданий в мире ради кого-то? Ты противоречишь своей же сущности.

— …противоречу? — с её губ сошла прежняя улыбка. — Ошибаешься, Валтейн. Мы можем быть бесконечно жестокими и эгоистичными созданиями, но в конце концов остаёмся неидеальными.

— К чему ты это?

— Эго слишком непонятное определение. Даже для нас — Катастроф. Понимаешь? Эго — есть квинтэссенция всех твоих граней. Доброты, жестокости, хладнокровия, оптимизма, пессимизма. Все качества, что только существуют, вбирает в себя твоё Эго. Развивая его, ты лишь укрепляешь их, закрепляешь, доводишь до предельных значений. Разве не прекрасно? — в её серых глазах отразился слабый светло-синий свет. Он завораживал. — Даже мы способны делать нечто ради других.

— Мне теперь плевать. — он не желал слышать оправданий. Ему в любом случае придётся как-то решать всю эту дилемму в одиночку. — Хотя… Свобода… Она является Катастрофой, не так ли?

— Свобода… Возможно.

— Ясно. Встретить три Катастрофы… У меня хорошая удача.

Винтерс покачала головой. Возможно, это можно назвать удачей. Не каждому повезёт встретить больше одной Катастрофы и остаться в живых. В конце концов, они слишком своенравны. В один момент могут оставить в живых, а в другой лишить жизни из-за плохого настроения. Потому это скорее проклятие, нежели элемент удачи.

— Что ты будешь делать теперь? — спросила девушка с любопытством.

— А что? Так интересно?

— Конечно!

— Становиться сильнее. Теперь не имеет значения, что происходит. Мир и так на грани краха. Кстати. Где находятся горы Альтмир?

— Альтмир? Они ещё не сгинули в потоках времени? Какие чудные новости… — слегка удивилась Винтерс. — По моей памяти, где-то на западе Обширных земель.

— Точно? — теперь Валтейн ей не шибко доверял.

— Ты не веришь моей памяти? Она достаточно хорошая.

— Я не верю Катастрофе.

— Как грубо. Я же красивая девушка в цепях. Чего быть таким принципиальным?

— От этого