Год полнолуний - Александр Прозоров

Умное предисловие имеет смысл писать, если обсуждаемое в нем произведение представляется столь многослойным и сложным, что без отдельного истолкования понять его невозможно. Комплиментарное предисловие стоит писать, если обсуждаемое произведение представляется столь низкопробным и примитивным, что нуждается в дополнительных оправданиях своего существования. Роман Александра Прозорова «Год полнолуний», который я имею честь вам представить, не требует ни того ни другого. «Год полнолуний» достаточно прост, чтобы его понял любой человек, умеющий читать по-русски без словаря, и в то же время достаточно необычен и интересен, чтобы, пожав плечами, обойти его вниманием.

Кроме прочего, перед нами одно из тех редких произведений, за которыми отчетливо проступает личность автора, а значит, если мы хотим понять, зачем его стоит читать, нам нужно разобраться, кто такой Александр Прозоров и чем он отличается от других современных писателей.

2

Всех писателей можно разделить на две категории: те, которые описывают мир, данный нам в ощущениях, и те, которые конструируют («высасывают из пальца») свои собственные миры.

Первых называют реалистами, вторых — фантастами. Первые отчетливо недолюбливают вторых и относят их к так называемому «литературному гетто». Вторые на это обижаются и в свое оправдание говорят, что нельзя на бумаге описать реальный мир во всей полноте, любое литературное произведение — это фантастика, а за колючей проволокой сидит на самом деле тот, кто ее устанавливает.

Александр Прозоров из тех писателей, которые никогда не участвуют в зажигательных дискуссиях на тему позиционирования в литературе и степени принадлежности к «литературным гетто». Он спокойно, без пустой болтовни и идеологических шатаний, уже не первый год делает свое дело, придя в литературу сравнительно зрелым человеком.

Прозорова безусловно можно отнести к числу фантастов: в большинстве его произведений фигурируют вымышленные миры, среди них попадаются и такие, которые не могут существовать в реальности, поскольку нарушают фундаментальные физические законы. Однако для Прозорова конструирование миров не цель, а средство, фантастика предоставляет ему возможность рассказать о людях, попадающих в необычные ситуации, и о том выборе, который приходится нам делать даже в самой невероятной ситуации.

В фантастическом романе «Год полнолуний» в соприкосновение вступают две вселенные: наша реальность, локализованная современным Петербургом, и мир, являющийся порождением одного из петербуржцев — плавильщика ювелирной мастерской по имени Олег. Новый и совершенно невозможный мир возникает из ничего и как бы случайно.

«…Когда заснешь, — раскрывает один из персонажей романа технологию изготовления новых реальностей, — нужно вообразить себе такой мир, в какой хочешь попасть. Получается настоящая вселенная, неотличимая от реальной. Там можно путешествовать, сражаться, любить, женщин и заводить детей, наживать врагов и друзей. В общем, совершенно реальный мир, но только такой, какой ты пожелаешь… Заснув, именно заснув, а не раньше, нужно во сне подцепи к глазам ладонь и посмотреть на нее. Как только это случилось — все! Новый мир у ваших ног. Можете дальше воображать стены, потолки, людей, гурий и так далее. Увы, на деле желание взглянуть во сне на свою ладонь уплывает вместе с сознанием. Наверное, кто-то может добиться своего с первой попытки, кто-то — лет через двадцать, а кто-то не увидит своего личного мира никогда в жизни. Хотя человеческий мозг достаточно развит, чтобы создать не одну, а сотни вселенных…»

Мир, создателем которого стал плавильщик Олег, выглядит довольно странно. Во-первых, это не шар, а круг, омываемый бесконечным океаном. Во-вторых, кроме людей его населяют причудливые существа, взятые прямиком из ночных кошмаров: злобные вампиры, ящероподобные чурыги, паукообразные арахнопаки, чудовищные змеловоги и так далее и тому подобное. В-третьих, в этом мире правит магия, но не магия «прямого действия», а магия иллюзий, призванная отпугивать врагов и радовать друзей. Поначалу кажется, что во всем этом нет никакого смысла, однако с какого-то момента понимаешь: именно так и должен выглядеть мир, порожденный воображением обыкновенного петербургского рабочего, который хоть и учился в советской школе, но в глубине души верит в то, что Земля плоская, а боги и демоны существуют наравне с людьми. Но чего-то все равно не хватает, и тогда Олег пытается взорвать свой собственный мир изнутри.

3

Всех фантастов можно разделить на две категории: те, которые пишут о том, что знают сами, и те, которые пишут о том, чего не знает никто.

Само собой, периодически попадаются авторы, уверенные, будто бы можно писать фантастику, не зная ничего вообще. Почему-то именно фамилии этих авторов любят склонять литературные критики в своих статьях, посвященных теме «литературных гетто». Почему-то эти критики забывают, что о жанре (любом жанре) следует говорить по его лучшим представителям, а не по наихудшим. Александра Прозорова, без всякого сомнения, нельзя отнести к «наихудшим» хотя бы уже потому, что он, конструируя фантастические миры, практически всегда пишет о том, что знает очень хорошо. Широта же палитры, представляемой Прозоровым читателю, обусловлена прежде всего уникальным опытом, накопленным им в течение жизни.

Александр Прозоров родился в 1962 году в Ленинграде. Его воспитывала мать, Валентина Митрофановна, по специальности инженер-кораблестроитель. Казалось бы, Александру уготована карьера инженера или ученого, и первые шаги в этом направлении он сделал, поступив на математико-механический факультет ЛГУ (в скобках автор этих строк признается, что поступал туда же через восемь лет после Прозорова и с треском провалился на экзаменах). Однако в 1980 году студента Прозорова призвали в армию, и, по всей видимости, срочная служба что-то сильно изменила в его взглядах на жизнь, потому что после демобилизации он не вернулся в университет, а пошел работать программистом в ЛКТБ «Светлана», а затем — водителем рейсового автобуса в автопарке № 7. Удивительный поворот, не правда ли?

Именно в это время Александр Прозоров написал свой первый рассказ. Что подвигло его к писательскому ремеслу? Сегодня он и сам не может ответить на этот вопрос. Может быть, чего-то не хватало ему в советской прозе середины 1980-х и он, оправдывая свою фамилию, решил внести посильный вклад, заполнив образовавшиеся лакуны.

Прежде всего не хватало небольших остроумных рассказов с «парадоксальной» концовкой, и из-под пера Прозорова появляется не меньше десятка прекрасных образчиков этой редкой формы. Рассказы обсуждались на заседаниях Литературной студии Андрея Балабухи и Анатолия Бритикова, а один из них — «Окно для пришельца» — был даже опубликован в газете «Аномалия». Этот небольшой успех воодушевил молодого писателя, и он впервые задумался о карьере профессионального литератора.

Чтобы оставалось время писать, Прозоров сменил место работы водителя на куда менее оплачиваемую должность дежурного механика автобазы. Теперь он обращается к другой нише жанра, написав несколько приключенческих повестей с элементами фантастики. Параллельно он еще набирался литературного и жизненного опыта, подрабатывая штатным корреспондентом популярной питерской газеты «Час пик». Этот период жизни Прозорова отмечен публикацией повести «Совесть без памяти» (под названием «Длинный кавказский кинжал»), которая состоялась в журнале «Аврора» в 1996 году.