Судьба тигра - Коллин Хоук

– Убей ее! – прохрипел он.

Богиня занесла чакру над моей головой. Я зажмурилась… и тут что-то тяжелое врезалось мне в бок и отшвырнуло в сторону. Кишан! Мой черный тигр стряхнул с себя остатки порванной сети и с рычанием набросился на Дургу. Локеш взревел от досады. Он хотел поразить Кишана своей магией, но взвизгнул от боли и снова схватился за прокушенную руку.

Мне очень хотелось верить, что мы победили, но разум подсказывал, что до этого еще далеко.

Кишан и Дурга сцепились друг с другом, он прыгал на нее, она полосовала его чакрой. Локеш призвал к себе Сунила, который захромал к своему господину, припадая на раненую ногу.

Я все еще беспомощно лежала на каменистой земле, когда одна из рук Дурги промелькнула совсем рядом со мной. Поднатужившись, я дотронулась пальцами до края Шарфа и прошептала свою просьбу. В тот же миг нити, связавшие меня, начали таять. Не дожидаясь полного освобождения, я дотянулась до Огненной верви и стиснула в пальцах рукоять. Это был мой последний шанс, и я хорошо это понимала.

Сунил, рыча от ярости, бросился ко мне, но Локеш отшвырнул его, как щенка.

– Не надо! Я сам вырву эту черную занозу, которая так долго раздражала меня!

Он стиснул зубы, вскинул здоровую руку и выпустил тучу ледяных осколков в сторону Кишана. Было видно, что это простое колдовство потребовало от него огромного напряжения. Локеш пошатнулся, попятился назад и едва не упал, споткнувшись о распростертое на земле тело Рена. В отместку он злобно пнул моего тигра ногой.

Рен не шелохнулся, копья торчали из его тела, как иглы дикобраза. Я больше не чувствовала его присутствия. Закрыв глаза, я позвала его.

«Рен?»

Ничего. Ни тепла. Ни сердцебиения. Ни мысли, ни шепота.

Смаргивая слезы, я заглянула в глаза моего тигра. Его пустой остекленевший взгляд напомнил мне пластмассовые глаза игрушечного тигра, которого я когда-то купила в магазине. Слезы потоком хлынули у меня по лицу, горе сотрясло меня.

Рен умер.

Потом неистовый гнев охватил меня, дикое пламя заполыхало во всем теле. Вскочив с земли, я забежала за спину Локешу, замахнулась Вервью и прошептала:

– За Рена!

С громким щелчком Огненная вервь обвилась вокруг горла Локеша.

Он захрипел. Потом вскинул руки, схватился за Вервь и потянул, пытаясь оторвать ее от себя, но только туже затянул удавку. Я увидела древний медальон, по-прежнему зажатый в посиневших пальцах колдуна. Собрав всю свою оставшуюся силу, я направила ее в медальон. Ослепительный золотой свет залил мое тело, на миг я снова почувствовала присутствие Рена. Я закрыла глаза и представила, будто он стоит со мной рядом, прижимаясь щекой к моей щеке. Соединяясь, мы с ним рождали силу, которая была сильнее земли, воды, ветра, огня и пространства. Потому что эта сила издревле называлась любовью.

Золотой свет заструился из моих рук в рукоять Огненной верви. Медальон Локеша обратился в пепел. Волна золотой магии подхватила злого колдуна и подбросила его в воздух. Свет был настолько силен, что все небо окрасилось золотом. Потом полыхнуло зарево, оглушительный грохот прокатился над долиной, могучая гора задрожала, и фонтаны воды выплеснулись из озер.

Раздался последний страшный вопль – и все было кончено. Мертвое тело Локеша, злого демона Махишасуры, которого мне было суждено убить, тяжело рухнуло на землю.

Мои силы закончились, я почувствовала, как призрачные руки отпускают меня. Пылавшая щека вдруг сделалась холодной.

«Рен? – беззвучно взмолилась я. – Рен! Пожалуйста, не оставляй меня!»

«Ты всегда будешь в моем сердце. Всегда», – прошептал его добрый голос и растаял.

Я упала на черную землю и разрыдалась.