Судьба тигра - Коллин Хоук

Белый тигр глубоко вздохнул, а Пхет воскликнул:

– Анамика, что ж ты стоишь, дочка? Дай ему скорее глоток из камандалу!

Богиня бросилась к Рену и влила эликсир ему в рот. Страшные раны на теле тигра стали стремительно затягиваться.

– Теперь твоя очередь, Каль-си, – скомандовал Пхет. – Исцели его своим золотым пламенем.

– Но… – замялась я. – Ведь у меня больше нет огненного амулета?

– Золотое пламя порождается не амулетом, дитя мое. Оно всегда жило в тебе.

Бросив Кишана, я обняла моего белого тигра и послала ему всю оставшуюся у меня энергию. Я отдала ему свои мысли и чувства, я шептала ему, вслух и про себя, как люблю его и как прошу вернуться. Теплый золотой свет заструился по моим рукам, и я услышала, как тело Рена загудело в ответ.

Глубокие раны стремительно заживали, а через несколько минут белый тигр отполз от меня и сел. Когда он негромко фыркнул, я зарылась лицом в его белую шерсть и обвила руками за шею. И заплакала от счастья.

Рен мгновенно превратился в человека и крепко обнял меня. Он прижался губами к моему виску и стал гладить по спине, шепча какие-то ласковые слова на хинди. Не знаю, сколько мы так просидели, прежде чем он поднял голову и спросил:

– Как это случилось?

Ему ответил Пхет.

– Твой брат принес свою жертву.

Мы все посмотрели на Кишана.

Он откашлялся, пожал плечами.

– Это трудно объяснить словами. Оказывается, вернуть жизнь – дело непростое. Чтобы оживить Рена, мне пришлось отдать часть себя.

– Но я все равно ничего не понимаю, – пробормотала я, нехотя отрываясь от Рена. Подойдя к Пхету, я села на корточки у его ног. – Что Кишан отдал для спасения Рена?

Пхет вздохнул, покачал головой.

– Свое бессмертие. К счастью, он оказался достаточно крепок, чтобы пережить это.

Увидев, как новая слеза поползла по моей щеке, он потрепал меня по руке и улыбнулся.

– Не стоит так беспокоиться, Каль-си. Кишан будет жить очень-очень долго, во много раз дольше, чем средний человек.

Я кивнула и молча уселась рядом с золотоглазым мужчиной, который был моей опорой после отъезда из Орегона и который любил меня. Кишан сидел, опираясь локтями о колени. Слабая дрожь продолжала сотрясать его тело, он дышал тяжело и часто, как больной. Когда я робко дотронулась до его плеча, он рассеянно улыбнулся.

– Спасибо, что спас Рена, – прошептала я, обнимая его за шею.

Он вытянул ноги, обнял меня за талию, усадил к себе на колени. Потом заглянул мне в лицо и с глубоким чувством сказал:

– Я сделаю для тебя все, Келси. Разве ты не знаешь об этом?

Я тихо улыбнулась и погладила его по щеке.

– Конечно, знаю.

Братья переглянулись и долго не отводили глаз. Ни один из них не произнес ни слова, но по их серьезным лицам я поняла, что за этим молчанием скрывалось нечто большее, чем благодарность.

Кишан обнял меня, крепче прижал к себе. Когда я отстранилась, Дурга и ее брат уже ушли, а Рен сосредоточенно потирал руки не поднимая глаз. Пхет громко объявил:

– А теперь вам нужно как следует поесть и отдохнуть. О будущем мы поговорим завтра.

С этими словами он вышел из шатра. Кишан взял меня за руку, помог подняться. Рен тоже встал, и, проходя мимо него, я заглянула в его синие глаза и пропала. Мое сердце затрепетало, как бабочка под сачком, ярко-синий взгляд поймал меня и не отпускал. Рен дотронулся до моей руки, наши пальцы жадно соприкоснулись, но тут Кишан вывел меня из палатки наружу. Пхет куда-то исчез.

Для нас пятерых оставили место возле костра, но, как только Дурга увидела нас с Кишаном, держащихся за руки, она вскочила, сказала, что не голодна, и быстро зашагала в темноту.

Кишан крикнул ей вслед:

– Ана, поешь хоть немного! – но прекрасная амазонка даже не обернулась и быстро скрылась из глаз.

Подняв брови, Кишан вздохнул, чмокнул меня в щеку и убежал в шатер за Золотым плодом. Воспользовавшись моментом, Рен уселся рядом со мной.

– Прости, кажется, я вела себя… не слишком приветливо, – извинилась я перед Сунилом, когда мы все устроились в теплом круге костра. – Понимаешь, все это было…

– Чересчур странно, – закончил он. – Я нисколько не почувствовал себя обиженным. Более того, я хочу поблагодарить тебя. Прошу прощения за мою сестру. Сейчас она совсем не похожа на ту Анамику, которую я знаю. Ничего, когда она опомнится и станет собой, она непременно поблагодарит тебя.

Я негромко засмеялась.

– Ну, это вряд ли, но все равно спасибо!

Тут вернулся Кишан с Золотым плодом и едва не споткнулся, увидев, что Рен занял его место возле меня. Покачав головой, Кишан подошел к костру и упрямо сел с другой стороны от меня, прижавшись ко мне локтем и бедром. Я вдруг почувствовала себя тонким-претонким слоем шоколада, зажатым между двумя горячими бисквитами, только что вынутыми из духовки.

К счастью, все немного отвлеклись, передавая друг другу, в том числе и приятно изумленному Сунилу, горячие ломтики пиццы.

Когда Сунил взялся за пятый кусок восхитительного сырного лакомства, я спросила:

– Сунил, а как Локеш смог тебя пленить?

– Самое смешное, что если бы я слушался сестру, то ничего этого не случилось бы, – вздохнул Сунил. – Впервые мы услышали о демоне год назад. По государству поползли странные слухи, стали поговаривать об исчезающих неизвестно куда деревнях, купцы и торговцы из караванов рассказывали о великой армии, собирающейся на границе. Всех, кто осмеливался отправиться на север, к Великим горам, предупреждали, что там они могут потерять жизнь, а то и саму душу.

Рассказывали, что стоит предводителю демонов заглянуть человеку в глаза, как несчастный навсегда попадает в полную его власть. Ужасный демон никогда не отпускает своих жертв. Истории, надо сказать, были ужасные, а когда пропал нагруженный ценностями караван нашего государя, мы поняли, что дело серьезное, и послали армию на границу.

Меня захватили во время второй атаки. Во время первой я всего лишь получил удар в голову и потерял сознание. Анамика разыскала меня на поле битвы и принесла в лагерь. Каюсь, я был настолько самонадеян, что не поверил ее рассказам о страшной судьбе, постигшей наших погибших воинов. Я просто не мог допустить, что на свете может существовать такое запредельное зло. Это было немыслимо. Понимаете, я всегда был скептиком, я вечно спорил с Анамикой и уверял ее, что никакой магии не существует.

– Но разве вы не видели, кто сражался на стороне Локеша? – поразилась я.

– Мы сражались в сплошном тумане. К тому же многие наши враги были в доспехах. Откуда мне было знать, что против нас воюют демоны? Я просто не мог в это поверить и, как дурак, твердил Анамике и своим солдатам, что мы сражаемся с хитрым проходимцем, который пытается запугать нас при помощи каких-то трюков.