Рыцарь двух миров - Сергей Садов

– Я в-выживаю… вызываю тебя на это… бой.

Я несколько секунд разглядывал оратора. Меч мелко дрожал у него в руке, сам он тоже не выглядел героически. Вообще весь вид его был немного комичен. Не выдержав, я рассмеялся. От этого смеха оратор совсем растерялся.

– Бросьте меч, – посоветовал я. – А то порежетесь.

– Ты должен принять вызов! – немного неуверенно заявил он.

– Тогда бой будет насмерть – это мое условие. Вы вызываете, я определяю поединок и оружие.

Оратор растерянно посмотрел на свое оружие.

– Кстати, вы еще можете бросить меч. – Спокойно заметил я. – Так вы по-прежнему настаиваете на поединке?

Меч полетел на землю.

– Вот так, а теперь бросайте другое оружие.

На землю полетел кинжал и два ножа.

– Остальное.

– Какое остальное? У меня больше ничего нет.

Я поднял арбалет и прицелился в него. Тут же к куче оружия прибавился еще один нож. Я кивнул Рону, и тот моментально подобрал все это.

Интересно, и что теперь мне с ним делать? Ладно, возьмем с собой.

– Езжай впереди и не вздумай дергаться, – предупредил я.

Оратор вздохнул и выехал вперед. Я двинулся следом. Рядом пристроился Витька.

– Ну ты и дал! Прям действительно Наводящий Ужас. А кто это были? И кто такой Эзип Рыжебородый. Он король чего? Ты тут что, с королями на дружеской ноге?

– Эзип Рыжебородый бандит, вор, убийца, обитатель Грязных кварталов. Если ты не был в Константинополе, то никогда не поймешь, что это такое. Скажу только, что там собралось все отребье человечества. По крайне мере, большая его часть. В этих кварталах есть своя иерархия, в том числе есть и король. Когда я встретил Эзипа, то он был графом. Сейчас стал королем. Но все эти титулы действуют, естественно, только внутри этих кварталов. Живут за счет грабежей, воровства и прочего. Если вор хочет найти убежище в этих кварталах, он должен с каждой кражи отстегивать проценты барону, тот графу, а тот королю. Может есть еще какие-нибудь титулы. Меня не особо тянуло знакомиться с подробностями. Рыцари этих кварталов – это стража короля. Все предельно просто, как видишь. Иногда они выполняют такие вот поручения, как сейчас, правда, редко, они не любят далеко уезжать из своих кварталов.

– Ну у тебя и друзья тут! Стоило тебе ненадолго остаться одному, как ты подружился с главарем бандитов.

Еще с наемным убийцей, принцессой без королевства, эльфом, и магом с огромным самомнением, но говорить об этом я не стал.

– Как видишь, это знакомство пригодилось.

Часа через два, наш пленник уже всем надоел, своими попытками объяснить, какую ошибку мы допустим, если немедленно не освободим его. И ошибка будет прямо фатальной, если мы его убьем. Особенно он возмущался поведению бандитов.

– Нет, какие негодяи! – возмущенно говорил он. – Я ведь заплатил им, доверился, а они так меня предали! Ведь мы же договор заключали! Этот негодяй Эзип руку мне жал! И так меня обмануть! В наше время никому нельзя верить. Все негодяи и воры! Я то думал они честные люди…

– Честных людей надо искать за пределами Грязных кварталов, – не выдержал я этой тирады.

– Вот-вот. Но ведь какое-то чувство чести у них должно быть?! – Зря я заговорил. Теперь у него есть пища для следующей порции болтовни. – Все эти негодяи пользуются доверчивостью честных людей. Никакого благородства не осталось.

Все, он меня достал!

– Слушай, замолчи, зерцало благородства!!! Конечно, они поступили неблагородно, бросив тебя, а ты само благородство, когда нанял восемнадцать людей для охоты на одного человека! А они то не оценили твоего благородного поступка!!!

– Милорд, вы не понимаете…

– Заткнись ненадолго или замолчишь навеки!

Угроза ненадолго помогла, но уже через пять минут он снова попытался заговорить.

– А ну стой!

Оратор остановил коня и с испугом посмотрел на меня. Я быстро сунул руку в седельную сумку и достал какую-ту тряпку. Кинул ее болтуну. Тот машинально схватил.

– Запихай ее себе в рот!

– Что?

– Тряпку засунь себе в рот.

– Но…

Я поднял арбалет. Оратор быстро скомкал тряпку и вставил ее себе в рот.

– Глубже пихай. Еще глубже. Вот так. А теперь слушай внимательно. Если ты только поднимешь руку, что бы вытащить ее, то я тебя пристрелю. Считай этот кляп твоим спасителем. Береги его. Как только ты уронишь его, ты труп. Понял?

Пленник отчаянно закивал головой.

– Умница.

– Так он может выплюнуть кляп, – заметил Рон. Он быстро слез со своего коня, заскочил за спину пленнику и небольшим отрезком веревки перетянул кляп, завязав узлы у него на затылке. – Все, теперь болтать не будет.

Даже Витька одобрительно кивнул.

Дальнейшее наше путешествие прошло без звукового сопровождения. А вскоре показались знакомые ворота монастыря.

Я подъехал к ним, соскочил с коня и замолотил в них рукояткой кинжала.

– Ну кто там стучит? – раздался из-за ворот недовольный голос. Тут же приоткрылось окошечко, в которое меня внимательно осмотрел монах. – Чего надо? – спросил он уже более мягко.

– Простите, но дней десять назад мы привезли вам человека с поврежденным позвоночником, солдата. Я могу его увидеть?

– Одну минуту. – Окошечко закрылось, и тут же раздался звук убираемого запора. Ворота медленно раскрылись. – Заходите. Эй, отрок, куда это ты верхом собрался? Здесь дом божий и сюда положено входить только ножками.

Последние слова относились к Витьке, который не догадался последовать нашему с Роном примеру и остался сидеть в седле.

Витька покраснел и поспешно соскочил на землю. Один из монахов принял уздцы наших коней, на которых мы сложили все оружия, помня, что в монастырь с ним не пускают, и удивленно покосился на нашего пленника, во рту у которого по прежнему торчал кляп. К нам же приблизился третий монах, которому что-то шепнул на ухо тот, кто открыл нам ворота. Подошедший согласно кивнул и подошел к нам.

– Меня зовут брат Вегорий, идите за мной, я провожу вас к отцу-настоятелю.

Я бы предпочел, что бы нас сразу провели к Муромцу, но решил не спорить, понимая, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят.

Ведший нас монах постоянно с любопытством оглядывался на пленника. Потом не выдержал:

– Милорд, а почему у вашего спутника тряпка во рту торчит?

– А это лекарство от болезни, брат Вегорий.

Несколько секунд Вегорий переваривал мой ответ.

– Опасная, наверное, болезнь, – нерешительно заметил он.