Пилигрим - Юрий Неспящий

Алые глаза со змеиным хрусталиком дрогнули. Словно безумец он приговаривал что-то под нос, пока шлепал босыми ногами по ступеням. Вскоре Акай добрался до камер, где держали Наэля, его сестру, братьев Дирзы и Грису. Он громыхал решеткой, открывал и закрывал.

— Пусто… Пусто… Пусто-пусто-пусто, куда вы ушли, я так хотел… Пусто!

Акай шибанул решетку так, что с краев вылетели искры и пыль. Вдруг он дернулся к лестнице. На лицо наползла шакалья улыбка. Акай побежал по ступенькам, поскользнулся и покатился кубарем по спирали. Поднялся и захромал по темному коридору. Споткнулся о труп с пробитой грудью. Мятный тряхнул головой, зафыркал, отгоняя вонь. Его ноздри заполнил запах мочи, крови, и лампового масла, которое казалось жгли в котле.

Акай взял себя за правую руку. Та превратились в змею со светящейся изумрудной кожей. Она обвила шею Акая, подсвечивая все вокруг. На лице парня вспыхнул восторг. Акай наклонился и застонал как безумец. Снял рогатую маску с трупа. Под ней оказалось женское лицо. Верхняя часть будто лишилась кожи, превратилась в сплошной шрам, только веки остались не тронутыми.

— Как же я счастлив, — простонал Акай, — Ты тут одна?

Он хлестанул труп по щеке, затем еще раз наотмашь.

— Нет, нет, смотри на меня, — Акай развернул лицо женщины, что прилипло к камню, выровнял, как будто строил карточный домик, снова ударил, — неужели ты не хочешь что-то сказать? ОТКРОЙ СВОЙ РОТ!

Акай забылся, он превратил змею обратно в руку и молотил по голове покойницы, пока не вывихнул обе кисти и не переломал половину пальцев. Затем Акай топтал тело, услышав хруст ребер, засмеялся, начал плясать на трупе и хлопать в сломанные ладоши. Он радовался боли в руках и ногах, смеялся и даже напевал что-то, кто никто и ни в какой части света не смог бы понять.

Когда Акай совсем выдохся, он лег вместе струпом, как будто в кровати, обнял изуродованное тел, прижал к груди голову и поцеловал в макушку.

— Как мне жаль, что это был не я, — проскулил Акай.

Чуть погодя он засунул пальцы в глазницы трупа, начал выть как зверь.

Раздался стук дерева, а затем и грохот. Подвешенная бочка грохнулась на каменный пол. Через мгновение когтистая лапа с подушечками шмякнула Акая по лицу, до хруста в челюсти. В полубреду его змеиные глаза разглядели пушистый хвост и уши. Продолжилось это частым дыханием, шкрябом когтей и эхом топота по ступенькам вверху.

Акай встал, с довольным видом припал к стене, вправил челюсть, подрыгал телом, которое превращалось в шипастую змею толщиной с дерево.

— Дивный день, — простонал Акай, теряя человеческий облик, — поохотимся!

Чудовище, извивая чешуйчатыми складками, поползло по ступеням быстрее горной реки.

Наэль, Грису, четверо похищенных гонов, Лиса и братья-зайцы бежали по лесу. В лучах заката деревья слились в одно черное полотно. Братьев Дирзы приходилось тащить силой.

— Там сестренка! — вопили зайцы и начали всерьез лупить гона, что их нес.

Лины рыкнули. Досо прокусил шею, а Шото ухо.

— Прекратите! — шикнул гон. — Мы искали ее час и не нашли, может она уже ушла.

— Она бы нас не бросила! — сказали братья хором.

Наэль и Грису переглянулись.

— Вдруг мы что-то упустили? — спросил Зеленый.

— Нельзя рисковать, — сказал Наэль, — что если они вернутся? Вдруг Дирза просто убежала за подмогой.

Братья-зайцы начали реветь, с ними и Лиса на руках Наэля.

Беглецы остановились.

— Я пойду за ней. — Грису зашагал обратно.

— Тебя просто схватят! — крикнул Наэль.

— Бегите идиоты! — раздался крик издалека.

— Это сестра! — пропищали Досо и Шото.

Дирза подбежала к остальным, уперлась в колени.

— Что с тобой? — спросил Зеленый.

— Там змея, огромная, она гонится, надо бежать! — прохрипела Зайка, к ней подбежали братья.

Вдалеке послышался хруст деревьев и крики, которые переросли в вопли.

— Помогите мне унести их!

Гон, что тащил зайцев до этого, снова взвалил их на плечи, толпа побежала в сторону города. Еще какое-то время крики из леса преследовали их.

(Два часа спустя юго-восточный лес Далай)

Рю, Кито, Мия и Тихий в сопровождении пары парней из банды Мудо шли к заброшенному форту, который уже виднелся силуэтом вдали. Рюгу заставили остаться, так как ее раны, полученные в Чида, кровоточили, вдобавок от резких прыжков на духовом скелете и заблокированных ударов у гонкай кружилась голова и хлестала кровь из носа.

Пока троица добиралась до места с пленными, двое из банды Мудо рассказали, как они похитили заложников и корабли с зерном.

— Так вы говорите, что Мудо кто-то направлял? — Спросил Кито.

— Да, — сказал первый парень с пучком на голове. — Один раз он приходил в форт месяц назад.

— Потом прилетали птицы, — сказал второй. — Мудо знал, где что находится, и чем вы заняты. Он специально дождался, пока ваша сестра привезет зерно, чтобы похитить и его. Это была главная цель, так он говорил.

— Вы видели того, кто приходил в форт? — спросила Рю.

— Лица не видел, он был одет в черное наверняка человек или лишо… Голос у него был как у старика, — сказал Второй.

— Там был еще кто-то в рогатой маске, мы видели лишь раз, но он всегда был в Форте, мы знали это… он как будто умел исчезать. — Сказал Первый.

— Та баба это была, я голос слышал.

— Неважно. Он скорее контролировал Мудо, чем помогал, — сказал второй. — Этот рогатый появился с ним, когда Мудо вернулся.

— Откуда? — спросила Мия.

— Стойте! — воскликнул Кито.

Его глаза засияли вдвое ярче. Лин побежал в кусты. Воткнул посох в землю, зеленый дух в дереве подсветил небольшой кружок вокруг окровавленного парня, что убежал с площади. Криста пошла вслед за Кито.

— Мия тае! — воскликнул Птицелюд и схватил девушку за плечо.

Она бы упала, споткнувшись о тело. Мия закричала. Лин и птицелюд уже давно заметили — их окружали сломанные деревья, примятые кусты, а теперь виднелись и два десятка изуродованных трупов. Выломанные руки и свернутые шеи. Через раз лежали тела, которые вывернуло наизнанку.

Парни из банды Мудо остолбенели.

Кито поднялся, взял посох, зеленый свет исчез.

— Я ничего не могу сделать. Тут нет живых, — сказал он.

— Ведите дальше, — сказала Рю сопровождающим, выждала пару секунд. — Сейчас же.

— Да!

(Далай, бордель)

Голый и обляпанный кровью, Акай поднялся на третий этаж. Дверь в покои Лисары открылась до того, как он постучал в нее.

— Ма-ма… — простонал Акай.

— Что случилось! — воскликнула Бандерша.

Она подхватила сына, начала нежно прощупывать