Пленница Гора - Джон Норман

Я подняла с земли свою шелковую накидку и отошла от костра.

Все во мне дрожало от возбуждения. Я была мокрой от пота и едва держалась на ногах.

Рафф и Прон вытолкали на песочную площадку Ингу с Реной, требуя, чтобы те продемонстрировали свое мастерство в танце.

Зрители шумно переговаривались, делясь впечатлениями.

Я поспешила укрыться в темноте и тут же наткнулась на поджидающую меня Юту.

— Ты очень красивая, Эли-нор, — заметила она.

Я промолчала и пошла за ней к кухонному бараку.

Здесь Юта омыла меня водой и протянула полотенце. Я насухо вытерлась и собралась отправляться в барак для рабочих невольниц.

— Нет, — остановила меня Юта. Я с удивлением посмотрела на нее.

— Приведи себя в порядок, — сказала она, — и снова наложи косметику.

— Зачем? — спросила я.

— Делай то, что я тебе говорю, — приказала она. Я послушно наложила тени на веки и накрасила губы. Юта привязала мне к рукам колокольчики.

— А теперь сиди здесь и жди, — сказала она.

Больше двух часов мы просидели с ней на кухне. Наконец праздничный шум начал стихать, и воины, прихватив с собой понравившихся им невольниц, стали расходиться по своим палаткам.

Юта подошла и помазала меня за ушами и на груди туалетной водой.

Меня пронзила страшная догадка.

— Нет! — воскликнула я. — Только не это! Лицо Юты оставалось непроницаемым.

— Отправляйся в шатер Раска, — приказала она.

Мне не оставалось ничего другого, кроме как подчиниться…

— Входи, — сказал Раск. Я вошла в его шатер.

В этот момент я с наибольшей остротой ощущала свою беспомощность и полнейшее одиночество.

— Опусти полог шатра, — распорядился Раск из Трева.

Я задернула полог и стянула его края кожаными ремнями, отделяя себя и моего повелителя от всего внешнего мира.

Обреченно уронив руки вдоль негнущегося тела, я повернулась к нему.

Над полной пылающих углей жаровней стояла тренога, предназначенная для установки железного бочонка и подогрева в нем вина.

Изнутри шатер был обтянут красным шелком. С поддерживающих полотняные стены шестов на толстых цепях свисали изящные, заправленные тарларионовым жиром светильники. По краям помещения стояло множество мешков, сундуков и баулов, наполненных сокровищами, награбленными тарнсменами во время своих разбойничьих рейдов и нападений на караваны торговцев. Горловины некоторых мешков были развязаны, и доверху наполняющие их золотые монеты отбрасывали на стены шатра яркие блики. Под откинутой крышкой ближайшего ко мне сундука я увидела целые россыпи украшений из благородных металлов, усыпанных жемчугом и драгоценными камнями.

Что и говорить: Раск из Трева владел большими богатствами.

— Подойди сюда, — приказал он.

Сопровождаемая перезвоном колокольчиков, я шагнула к нему.

Ноги мои утопали в толстых коврах, устилающих полы шатра. Их мягкий ворс приятно ласкал мои ступни.

В нескольких футах от своего повелителя я остановилась.

— Подойди ближе, — распорядился он. Еще несколько шагов в полной тишине, нарушаемой только перезвоном колокольчиков.

— Подними голову, — сказал мой повелитель. Я посмотрела ему в глаза.

На мне был надетый им ошейник, поставленные его рукой невольничьи клейма.

Я не могла выдержать его взгляд.

Я почувствовала, как он потянулся к моей накидке и через мгновение белые шелка соскользнули к моим ногам.

Он отвернулся, отошел к пылающей жаровне и опустился на ковер, скрестив перед собой ноги.

Некоторое время мы молча смотрели друг на друга.

— Приготовь мне вино, — наконец сказал он.

Я выбрала в углу шатра бутылку каланского вина — наверняка из винных погребов Ара, хорошего качества, как и все остальное, попавшее к Раску из рук какого-нибудь ограбленного им торговца. Затем я отыскала небольшой медный бочонок, перелила в него вино и установила на треногу над пылающей жаровней.

Раск, скрестив ноги, сидел рядом и не спускал с меня задумчивого взгляда.

Через пару минут я сняла бочонок с треноги и прижалась к нему щекой; но он, как оказалось, еще недостаточно нагрелся. Я снова поставила его на огонь.

Напряженная тишина в шатре производила на меня гнетущее впечатление. Мне стало страшно.

— Не бойся, — словно почувствовав мое состояние, сказал Раск.

— Хозяин… — умоляющим голосом начала я.

— Я не давал тебе разрешения говорить, — оборвал меня мой повелитель.

Я послушно замолчала.

Мучительно медленно протекла еще минута-другая. Бочонок уже впитал в себя жар раскаленных углей, но не настолько, чтобы его нельзя было держать в руках. Я сняла его с огня и перелила вино в изящный, тонкой работы кувшин с узким вытянутым горлышком. На гладких стенках кувшина, покрытых искусной чеканкой, плясало искаженное до неузнаваемости отражение склонившейся над ним светловолосой невольницы с увешанным колокольчиками металлическим ошейником на шее.

Подогретое вино уже успело подарить часть своего тепла тонкостенному кувшину. Прикосновение к нему щекой подтвердило, что вино не перегрелось.

— Готово? — спросил Раск.

Моего повелителя не интересовало, что мне известно о его вкусах; он желал услышать только утвердительный ответ.

— Да, хозяин, — прошептала я.

Я не знала, какой температуры вино он предпочитает. Некоторым воинам нравилось вино, обжигающее горло, другие пили его слегка подогретым. Попробуй тут угадай! А если не угадаешь…

— Налей, — приказал Раск.

Я поспешно подхватила тонкостенный кувшин, вскочила на ноги и, сопровождаемая мелодичным перезвоном колокольчиков, подбежала к своему хозяину. Опустившись перед ним на колени и низко склонив голову в позе рабыни для наслаждений, я осторожно наполнила вином большой золоченый кубок.

— Позвольте, хозяин, предложить вам вина, — пробормотала я обязательную в данном случае фразу.

Он взял кубок, и я замерла от страха, не зная, что меня ожидает. Он коснулся губами края кубка, сделал маленький глоток, и на лице у него заиграла удовлетворенная улыбка. У меня будто гора свалилась с плеч: меня не ждало наказание за ошибку.

Я продолжала оставаться на коленях, пока он не торопясь, с наслаждением потягивал вино.

Когда в его кубке оставалось несколько глотков, он знаком приказал мне подойти поближе. Я опустилась на колени рядом с ним. Он взял меня рукой за волосы и запрокинул мне голову назад.