Путь, выбирающий нас - Оксана Панкеева

— Можешь расстаться с этой мыслью, — мстительно ввернула Ольга. — Он сказал, что ты похожа на господина Флавиуса.

— А разве похожа?

— Да, — решительно вставил маэстро, намереваясь, по всей видимости, прекратить глупую болтовню и занять ученицу делом. — Зинь, у тебя все? Ступай, не отвлекай Ольгу. Косточки любовникам перемоете в свободное время.

Наводить вокруг себя дисциплину и порядок наставник умел не хуже короля, и Ольга частенько ловила себя на низменной зависти. Карлоса слушались беспрекословно, а вот что будет делать она сама, когда закончит обучение и попытается чем-то руководить без посторонней помощи, ей и думать было боязно.

— Маэстро, — все-таки не удержалась Ольга, когда за управляющим закрылась дверь, — разве Зинь действительно похожа на господина Флавиуса?

— Не знаю, — небрежно отмахнулся наставник, — я этого господина никогда не видел. Лучше ты мне поведай, о чем шла речь? Близнецы опять устроили вечеринку?

— У них был день рождения! — вступилась Ольга.

— И у них хватило ума пригласить в одну компанию тебя и двух твоих мужчин? Бездна такта и понимания! Кроме того, разумеется, все перепились и на репетицию явятся с похмелья.

— Не все! — возразила Ольга. — Артуро всегда пьет очень мало, а Диего и вовсе не пьет теперь.

— И это от большой трезвости он, как ты выразилась, пошел в отрыв?

— Он может. Я заметила, иногда его начинает нести, и совершенно независимо от количества выпитого. Но вчера он превзошел самого себя. В один вечер вдруг научился играть на гитаре, врун несчастный, полгода мне лапшу вешал… Песни пел, выплясывал что-то невероятное, собрал вокруг себя толпу девушек…

— И хорошо играл? — как бы мимоходом поинтересовался Карлос, но даже Ольге было заметно, как он насторожился.

— Артуро сказал, что отвратительно, непрофессионально и фальшиво. Но всем понравилось. Да и мне понравилось, а если где и фальшиво — так я этих мелочей не слышу.

— Нашла кого спросить! Если Артуро так любит соперника, что даже в кружку ему что-то подсыпал, то заранее можно было ожидать, что он скажет о его музыкальных способностях.

— Да не подсыпал он ничего! Что вы все на него накинулись! Что он вам сделал? Я могу еще понять Диего — он ревнует, и ему для собственного душевного спокойствия удобнее думать о сопернике плохо. Утешать себя мыслью, что я променяла его на ничтожество и когда-нибудь это пойму, ему легче, чем признать поражение. Но вам-то какая разница, с кем я встречаюсь?

Сбить маэстро с толку оказалось не проще, чем короля. Он неторопливо закурил и с традиционно-печальной миной завел очередное нравоучение:

— Во-первых, ты моя ученица, и мне не все равно, кто оказывает на тебя влияние и какое именно. Во-вторых, ваши отношения меня не касаются, но только до тех пор, пока они остаются личными. Когда же ты начинаешь переносить их на работу, они перестают быть личными, и тут уж мне действительно приходится принимать в них участие. Если бы ты не делила со мной хлопоты о трудоустройстве маэстро Артуро, мне и не приходилось бы высказывать о нем свое мнение. Ему что, есть нечего? У него работы нет?

— У него есть работа. Но там мало платят. Ему-то хватает, но разве вы не понимаете, как должен чувствовать себя мужчина, когда между ним и его девушкой такая разница в уровне благосостояния? Ему это неприятно, он стремится как-то изменить ситуацию. Ищет другую работу, старается чего-то добиться в жизни…

— И почему-то делает это через тебя, — так же грустно и как бы мимоходом заметил наставник.

— А через кого? Разве у него есть еще кто-то, на чью помощь и поддержку он мог бы рассчитывать?

— Странно. Ты не задумывалась почему?

— Что — почему?

— Почему человеку, прожившему десять лет в этих краях, не к кому обратиться за помощью в трудный момент? Почему он за это время так и не приобрел ни друзей, ни определенного статуса в обществе?

— Да разве вы сами не понимаете? Его друзья — такие же простые бедные люди, как и он сам, чем они могут ему помочь? И разве вы забыли, как он провел последние три года? Много ли друзей останется у человека, если он на несколько лет исчезнет из жизни?

Карлос безнадежно вздохнул и затушил сигарету.

— Возможно. Но… об Эль Драко не слышно уже шесть лет. И все же если бы он вдруг объявился, у него сразу же нашлись бы старые друзья. И если бы ему понадобилась помощь, лично я сделал бы для него все, что в моих силах. То же самое сделали бы и близнецы Бандерасы, и несравненная Азиль, и твоя подружка Этель. Даже господин Пуриш без сожалений вывернул бы кошелек. А маэстро Артуро почему-то оказался в безвыходном положении. И знаешь почему?

— Потому, что стал жертвой клеветы и злобных сплетен!

— Нет. Потому, что он слишком много плевал вниз, когда находился наверху.

— Да когда это было! Он давно не такой! Десять лет прошло, человек мог сто раз все понять и пересмотреть свое отношение к жизни! Мне всего-то двадцать два, и то — вспоминаю, какой дурой была в шестнадцать, самой стыдно.

— Что ж, твое мнение — это твое мнение, лезть в твою личную жизнь я не стану. Но когда нас с тобой приглашают на какие-либо салонные мероприятия, не таскай за собой Артуро.

— Я его не таскаю, его тоже приглашают.

— Ты попросила?

— Да, я. Когда мы ходим с вами вдвоем, это будоражит нездоровую фантазию светской тусовки, и моментально начинают ползти слухи о нашей с вами любовной связи.

— Это тебе Артуро сказал?

— Да. Но это же правда! Я и сама слышала!

— Хорошо. Давай подумаем вместе. Слухи всегда были и будут. Например, слухи о твоей связи с его величеством ходят до сих пор. Однако они не заставляют тебя отказаться от общения с королевской семьей. Точно так же слухи о твоей связи с принцем-бастардом Элмаром ничуть не препятствуют вашим с ним периодическим посиделкам. Но когда дело доходит до меня, тебя вдруг начинает волновать мнение каких-то сплетников. Извини, но у меня одно объяснение. Артуро желает завести знакомства. В этом вся причина твоего внимания к дурацким слухам.

— Но что плохого в том, что он хочет завести знакомства? Вы сами говорили, что это необходимая часть жизни любого барда и что нам придется болтаться по этим салонам, хочу я того или нет.

— Ты так и не поняла… — Маэстро недовольно поморщился и махнул рукой. — Хорошо, когда его приглашают, пусть. Но больше не приставай ни к кому с просьбами. Это неподобающе выглядит. Если ты будешь и дальше интенсивно хлопотать за Артуро, пойдут слухи, что он тобой пользуется, что он у тебя на содержании и тому подобные измышления, неприятные как тебе, так и ему. — Маэстро взглянул на часы и поспешил закончить неприятный разговор: — А сейчас нам пора заняться практикой. Репетиция начинается через две минуты, нехорошо заставлять актеров ждать.